Семь Нагибов на версту (СИ)

Черт, длинный коридор все не кончался, а топот преследователей слышался все ближе. Тело уже меня слушается, но его возможностей я пока не знаю. Ну, и помирать как-то не хочется. Ясно, что их за это потом накажут, но я-то этого не увижу. Да и домой вернуться хочется. У меня там семья, невеста.
Так что я бежал, попутно дергая запертые двери.
— Валите его! — услышал я приближающийся вопль, и в этот момент что-то кольнуло меня в руку. Браслет на руке отчаянно мигал красным и ощутимо нагрелся. Что за на хер⁈
Попытался сорвать его с руки, но стоило к нему прикоснуться, как он тут же успокоился.
— Он вызвал подмогу! Бе… — но договорить орущий не успел.
За моей спиной раскрылся портал, из которого выскочили трое суровых и насквозь военных дядек, что в мгновенье ока спеленали бегущих за мной.
Резко торможу, разворачиваюсь и смотрю на происходящее. Шестеро тяжело дышащих человек с огромным ужасом в глазах.
От троицы моих спасителей отделился, видимо, главный и подошел ко мне.
— Тайный советник Третьего отдела Тайной канцелярии, Котляров Степан Васильевич. Ямир Нагибин, мы прибыли по тревожному сигналу, и на этот раз, как я вижу, он не был ложным.
Мягкий свет окутал меня, обволакивая каждую клеточку.
— Множественные переломы ребер, черепно-мозговая травма, остаточные следы от кровоизлияния в мозг. Свидетельствую попытку убийства. Рекомендую отправиться домой. Вашей семье уже сообщили о произошедшем.
— А что будет с этими? — нервно сглотнул я, только сейчас сообразив, что у меня ничего не болит. А раньше болело? Не помню. В шоке был, вот, наверное, поэтому и не заметил.
— Согласно приказу Его Величества Павла Третьего, изданному триста лет назад и еще действующему, напавшие на род Нагибиных подлежат физическому устранению. Честь имею, Ваше Сиятельство.
— А подождите… — но меня уже не слушали. Всех нападавших резко затащило в портал, в котором скрылись и военные.
Но не успел я даже пару раз хлопнуть глазами, как рядом открылся новый портал, из которого вылезла рука, бесцеремонно схватила меня за форменный пиджак и втащила внутрь.
— А… Что?.. — начал я, пытаясь привести зрение в норму. После перехода все так и мелькало перед глазами, но моя голова дернулась от сильной пощечины.
— За что⁈ — но мне прилетело опять, и голова дернулась уже в другую сторону.
— Я тебя сейчас… — удар под дых, меня откидывает и впечатывает в стену. Многострадальные ребра сказали хрусть и попытались покинуть мой организм посредством высыпания на пол. А еще мой желудок сжался и меня мило вытошнило прямо на ноги подошедшей слишком близко мучительницы.
Это простое по эффективности оружие сработало на отлично. Она завизжала, точно как циркулярная пила, отпрыгнула от меня и разразилась десятиэтажным матом, вспомнив все мои прошлые, настоящие и даже будущие прегрешения.
В этот момент зрение ко мне окончательно вернулось и я смог рассмотреть, где я нахожусь. И увиденное несколько напрягло.
Если описать в двух словах — камера пыток. Голые цепи, крючья с подозрительными бурыми подтеками на них, колесо для растягивания — это то, что уловил мой глаз, прежде чем дернуться от того, что я рассмотрел ту, кто на меня напал.
Высокая, почти два метра ростом. Свободная полупрозрачная блузка кремового цвета, тонкая черная, явно кожаная юбка. Прекрасный вид, если бы не одно «но» — красные глаза со зрачками, как у кошки, и мелкие рожки на голове. Ну, и пальцы рук, заканчивающиеся острейшими когтями. Демон!!! Живым не дамся, с*ка!!!
Рывок, и вот уже мой кулак влетает ей в лицо. Она, не ожидавшая атаки, падает, я сверху и начинаю бить ей по лицу со скоростью метронома, а глаза шарят в поисках оружия.
— Ты вообще охренел⁈ — в меня влетает пучок света, и вновь мое тело знакомится со стеной. — Стеф?
— Нормально все, — с кряхтением та стала подниматься с пола, поддерживаемая… ангелом⁈
Дьявол, мне надо срочно разобраться со всем, что здесь происходит!!!
— Представляешь, получила тревожный сигнал от Тайной канцелярии, что нашего братца чуть не убили. Воспользовалась экстренным порталом, чтобы его перенести сюда. Смотрю, он вообще ничего не соображает. Ну, шлепнула пару раз по лицу, чтоб в себя пришел, а он знаешь, что⁈ Облевал мне новые сапоги от Тифани! — почти взвизгнула рогатая от гнева. — А потом еще и с кулаками набросился!
  
— И как ты его не убила? — патетично воскликнула ангел.
— Ну, брат же все-таки, пусть и такой дурак…
— У тебя слишком доброе сердце, сестра. Тебе надо было родиться ангелом.
— Но до тебя мне далеко, Аврора.
— Эй, вы, непонятные нечеловеческие самки. Может, прекратите облизывать друг друга и объясните мне, что происходит⁈ — рявкнул я и тут же закрыл себе рот. Что за гадость я несу? Меня же сейчас грохнут. Но похоже, то, что я сказал, было вполне привычно для них, поэтому меня высокомерно проигнорировали, продолжая щебетать о своем.
Я терпеливо ждал, когда они закончат, рассматривая их и пытаясь понять, в какой момент моя жизнь свернула не туда и привела меня вот к этому.
То, что я прихожусь им братом, я уже понял. В то же время я вроде бы человек — и это уже не понятно. И тем более не понятно то, что я видел — а видел я явную демонессу, в которой не чувствовал тьмы. Парадокс, от которого у меня начали кипеть мозги. А эта ангел — красавица в белом, как перчатка обтягивающем тело комбинезоне, с нескромно расстегнутой молнией аж до середины груди… И как она торчащими из-за спины крыльями ни за что не цепляется?
— Ты еще тут? — прервала мои размышления эта, как ее, Стеф. Стефания. — подсказала память. — Вали наверх, тебя отец ждет. И вазелин с верхней полки прихвати — он не в настроении. Или наоборот, в настроении, — хихикнула она.
— Опять приставал, старый кобель⁈ –ангел запылала гневом.
— Ну так как напьется, он же себя не контролирует. Врезала по яйцам и спокойно ушла, — снова хихикнула демон. — Он орал так, что даже птицы заткнулись.
— Отбила? — с надеждой спросила Аврора.
— Да куда там. Они у него титановые, наверное. Сколько ни бью, никак не получается. А магия его не берет.
— Так, дамочки-сестрички. А ну, колитесь, что там у отца происходит и на хрена мне вазелин?
— Ну как же? На каждый вызов Тайной канцелярии положено реагировать и вытаскивать тебя экстренным порталом. А свиток с ним, знаешь ли, больших денег стоит. Кто будет платить? Он, конечно. Поэтому готовь вазелин или какую другую смазку. У меня, кстати, есть крем для рук с запахом клубники. Могу подарить.
— Обойдусь. А позже к нему нельзя пойти? И вообще насилие над детьми не приветствуется.
— Тебе восемнадцать придурок, так что все можно, а в твоем случае даже нужно.
— Не пойду. А то у меня что-то голова болит и все такое.
— Ну, так это же замечательно! Клин, как говорится, клином вышибают. После него у тебя если и будет что-то болеть, то точно не голова, -глубокомысленно произнесла Стеф, и они, переглянувшись, громко заржали.
Я сделал к ним шаг, намереваясь надрать зад, но они с громким визгом рванули вверх по лестнице. Гнаться не стал, потому как это могло быть ловушкой. Шел нарочно медленно, пытаясь понять, что делать дальше. Сильно углубляться в память Ямира не стал — иначе опять накроет, но поверхностно глянул. И увиденное мне опять не понравилось. Черт, в этом мире есть хоть что-то хорошее?
Отец Ямира был конченым ублюдком, которого ненавидели все, и сынок пошел в папу. Пьяница, распутник, транжира — в том, что касалось его хотелок, — и жуткий жмот в остальном. Это я про Ямира, если что.
Папа был все то же самое, только в кубе. Впрочем, тут я не прав, по виду он больше походил на шар — коротенькие ножки и ручки, засаленная лысина и просто огромное самомнение. ЧСВ уровня бог, не меньше. Глубоко убежденный, что весь мир его хочет, он имел полное право вертеть его на своем, кхм… бую. Это он так считал, ну, а мир был против, но терпел. И на это были причины, в которых мне еще предстояло разобраться.