Зов призрачных сердец

Завтра утром ей нужно будет отыскать сторожа Серафима, попросить его открыть имение и приступить к работе.
Зевнув, Рада наконец-то погрузилась в сон.
Сон этот был странным и беспокойным.
Рада шла по темной тропинке к видневшемуся вдалеке дому. Сначала ей казалось, что в окнах старого здания она видит свет, но чем ближе она подходила, тем темнее становилось вокруг. И вот, когда она очутилась возле входной двери, то ее окутал полный мрак. Свет свечи, которую девушка несла в руках, колыхался от порывов ветра, и Рада, боясь, что слабый огонек потухнет, прикрывала его ладонью, поэтому-то ничего, кроме собственной руки, Рада и не видела. Толку от свечи было мало.
  
Поднявшись на ступени каменного крыльца, которые выходили на полукруглую площадку, Рада шагнула к двери и толкнула ее. Дверь неохотно скрипнула, но открылась. За ней открылся длинный коридор, который вел вглубь дома. Рада уже сделала несколько нерешительных шагов внутрь, как входная дверь позади нее с грохотом захлопнулась. От резкого порыва ветра пламя свечи погасло, оставив Раду в полной темноте. Испугавшись, девушка обернулась и подбежала к двери, дернула за ручку, пытаясь ее распахнуть, но та не поддавалась.
– Откройте! Помогите! – крикнула Рада.
Ее голос эхом раскатился по пустому дому. Но никто на ее зов не откликнулся. Тогда Рада подошла к одному из заколоченных окон возле двери и выглянула наружу сквозь небольшую щелку в криво прибитых досках.
Из-за тучи выскочил край луны, освещая подъездную аллею. Сначала Рада не видела ничего, кроме безжизненных деревьев, что тянули голые ветви к ночному небу. Но вдруг вдалеке она заметила белесое пятно, похожее на дымку. Пятно это быстро росло и приближалось к дому, в котором теперь была заперта Рада. Она уже собралась было снова крикнуть, чтобы позвать на помощь, но с ужасом увидела, что пятно это превратилось в призрачную фигуру мужчины, который, задрав голову, смотрел на окна второго этажа. От страха у Рады волосы на затылке встали дыбом. Неужели перед ней призрак? Один из тех, про которые ей рассказала Даша?
Рада зажмурилась, отгоняя морок, а когда снова открыла глаза, никакой полупрозрачной фигуры уже не было. Она облегченно выдохнула и вдруг ощутила, как ей на плечо легла чья-то тяжелая рука. Рада завизжала…
 
Глава 4
 
Рада завизжала… И распахнула глаза.
На нее смотрела испуганная Даша.
– Прости, не хотела тебя пугать, – сказала она.
– Хорошо, что это ты, – помотав головой, чтобы стряхнуть остатки ночного кошмара, проговорила Рада.
– Плохой сон приснился? – поняла Даша.
– Да. Сроду мне не снилось кошмаров, а тут – пожалуйста.
– Это всё разговоры про призраков, напугали мы тебя.
Раду не так-то просто было напугать, и впечатлительной она себя никогда не считала.
– Видимо, это от переутомления, – пробормотала Рада. – Но сколько времени?
– Еще рано. Семь доходит, – сказала Даша. – Извини, что в такую рань будить тебя пришла, но я с новостью.
Новости, рассказанные Дашей, Раде не понравились. Сторож Серафим спозаранку отправился в усадьбу, отпирать ворота на въезде и сам дом.
– …потому что там приехали твои коллеги, – закончился Даша. – Так что тебе и не нужно искать Серафима, позавтракаешь и можно отправляться в усадьбу.
Рада поднялась и теперь усердно расчесывала длинные темно-каштановые волосы, пытаясь таким образом снять раздражение.
– Какие еще коллеги, Даша? – хмурилась она. – Я работаю одна.
– Не знаю, – развела девушка руками. – Так Серафим дедушке сказал, когда тот его утром видел.
– Нет у меня никаких коллег и быть не может, – недоумевала Рада. – Ладно, я сейчас умоюсь и сразу поеду в усадьбу, выясню там, что к чему.
– А завтрак? – округлила глаза Даша.
– Я никогда не завтракаю, но за предложение спасибо.
Рада не стала признаваться Даше, что не завтракает она, потому что ей лень эти самые завтраки готовить, потому что она всегда куда-то спешит, всегда забывает о таких мелочах, как, например, зайти в супермаркет и купить себе к чаю хотя бы булку с изюмом. Она жила работой, все остальное ее мало волновало.
Быстро собравшись, Рада уже через пять минут была готова ехать. Даша стояла возле машины и топталась, будто хотела что-то от Рады, но никак не решалась заговорить.
Сев в машину, она уже завела двигатель, но, посмотрев на Дашу, которая так и стояла тут, опустила стекло и спросила:
– Что-то не так?
– Да нет… Просто хотела спросить…
Рада нетерпеливо подтолкнула мнущуюся девушку:
– Ну спрашивай же, Даша. Что такое?
– А можно мне с тобой поехать?
– Со мной? – удивилась Рада. – Зачем?
Даша неловко пожала плечами.
– Хочу на усадьбу взглянуть изнутри. Никогда туда не заходила.
Раде не хотелось брать с собой ни Дашу, ни кого бы то ни было. Посторонние только будут мешать, а ведь она собиралась прямо сейчас, как только окажется в имении Хворостиных, приступить к работе. «Только сначала нужно разобраться с «коллегами», кто это и зачем приехали», – напомнила себе Рада. Да и отказывать Даше она не хотела. Девушка и Иван Петрович приютили ее, и Рада была им благодарна.
– Поедем, – кивнула она на соседнее сидение. – Но учти, я сразу возьмусь за работу, а когда я работаю, то мне лучше не мешать.
– Я понимаю, – улыбнулась Даша. – Меня не нужно будет вести обратно, и свой нос совать я никуда не буду, только погляжу одним глазком, – заверила Раду Даша.
– Ну, хорошо, – засмеялась Рада. – Правда, я уверена, что нос там будет куда сунуть, и тебе, и мне, и всем любопытным.
Из деревни вела только одна дорога, и уходила она дальше на запад, к границе с Беларусью.
– Вот, смотри, – говорила Даша, указывая вперед. – Видишь, за этим маленьким полем лес начинается? Въедем туда и нужно будет не прозевать дорогу, что будет уходить направо. Она-то и ведет к усадьбе.
– Указателей там нет?
– Не-а. Дорога заросла знатно. Это хорошо, что снег почти сошел, а то была бы не дорога, а сугробы сплошные. А летом там тоже толком не проедешь из-за зарослей, – объясняла девушка.
– Ты увидишь, где сворачивать?
– Наверное, – в голосе Даши послышалось сомнение. – Я тут давно не была.
– Да уж…
Рада еще раз поблагодарила небеса, что не рискнула вчера ехать сюда по темноте, точно бы заблудилась.
Сейчас же, хоть погода стояла хмурая и по земле стелился слабый туман, дорога была хорошо видна, и даже ответвление ее на усадьбу обе девушки заметили без проблем – оно начиналось в метрах пятистах от края леса.
Дорога была ухабистая, неровная. Колеса машины то и дело проваливались в мелкие ямы или подпрыгивали на торчавших из земли толстых корнях деревьев.
Вскоре голый лес, с беспорядочно растущими деревьями перешел в аллею. Здесь в посадках виделась рука человека – два ряда высоких лип тянулись вдоль широкой разбитой дороги, которая упиралась в покосившиеся, но крепкие ворота усадьбы.
Сейчас обе створки были распахнуты, и Рада, без проблем въехав в них, двинула машину к дому. Профессиональным глазом Рада успела отметить, что хоть ворота и были целы, но забора как такового уже почти не было. Лишь кое-где виднелась каменная кладка столбиков, а меж ними покореженные прутья когда-то красивого кованого забора.
– Зачем ваш Серафим запирает ворота, если на территорию усадьбы только ленивый не зайдет? – проворчала Рада, останавливая машину возле другого автомобиля, внедорожника, покрытого изрядным слоем грязи.
Вопрос Рады остался без ответа.
Она быстро отстегнула ремень безопасности, схватила папку с документами, что была у нее наготове и, не дожидаясь Даши, выскочила из машины, решительно направившись к группе из троих мужчин, стоявших неподалеку.
  
Рада окинула их внимательным взглядом и обратилась к мужичку лет семидесяти, безошибочно определив, что это и есть Серафим.
– Здравствуйте, Серафим. Извините, не знаю вашего отчества.