Фальшивая война (СИ)

Поэтому Гермиона уже который день подряд не отрывалась от книг. Присланные Скримджером из библиотеки Министерства, набранные ей самой в запретной секции Хогвартса… Она даже наведалась в поместье Розье, и с помощью Минни пересмотрела всю тамошнюю библиотеку. Гриффиндорка искала малейшие упоминания о дементорах, хоть какую-то зацепку. Ведь если они способны размножаться, нуждаются в пище, способны испытывать голод – значит, они все же скорее живые существа, чем мертвые. А все живое можно уничтожить. Главное, узнать, как.
Драко помогал ей с поисками. Он вернулся в Хогвартс на следующий день после их встречи в мэноре. Пришёл с сумкой прямо к ней и попросил разрешения остаться до конца каникул. И ничего не рассказывать до последнего дня. Или раньше, если будет готов.
Ни черта он не был готов.
Гермиона прекрасно чувствовала это, хотя каникулы закончатся уже завтра. Он боялся. Боялся того, что должен сказать, боялся её реакции. Они провели вместе почти две недели, и все это время он был непривычно тих и молчалив. Даже когда вручал подарок на Рождество: коробку с набором таких зелий, о большинстве которых она только читала. А он принял бурный поток её благодарности и восторга, как ни в чем не бывало. Он ел, спал, помогал ей с поисками информации, терпеливо ждал ее возвращения с тренировок и занимался с ней любовью. Каждый раз, как в последний. Как будто пытался насытиться ею, надышаться, впечатать ее в себя. Как будто прощался.
От этого было не по себе.
А еще он почти не улыбался. Изредка слабая тень его былой улыбки слегка касалась уголка губ, но этого было так мало, так ничтожно мало, что убивало ее еще больше.
Хватит.
Все, достаточно.
- Малфой! – решительно позвала Гермиона и заметила, как он посмотрел не на неё, а куда-то поверх её плеча. Он теперь часто так смотрел. – Малфой, я вернусь сегодня от Бреговича, и мы поговорим.
Страх.
Опять страх.
Он молчал.
- И не вздумай сбежать, ладно?..
Он не сбежал, хотя, что уж там скрывать, хотелось. Гермиона все равно не станет с ним больше… да ничего не станет! Так что какая разница, сейчас или через несколько часов. А так хотя бы можно было избежать разговора. Не рассказывать. Вообще не говорить этого вслух, никому, никогда.
“А ещё закрыть глазки и сделать вид, что вообще ничего не было. Давай, Малфой, в детстве отлично работало! Только тебе уже не три годика, и даже не пять”, – прошептал ему противный внутренний голос.
И он остался.
Ждал её.
Сидел на полу у камина, привалившись спиной к дивану, и ждал. Не повернул головы, когда услышал, что она вернулась. Проигнорировал хлопок двери в ванную. Сделал вид, что не замечает лёгких шагов по комнате.
И лишь когда уставшая, бледная, в одной сорочке, с влажными после душа распущенными волосами девушка опустилась рядом с ним, протягивая ему стакан с огневиски, он посмотрел на неё. Залюбовался. Отвернулся к огню. Так легче.
- В тот вечер… когда я вернулся в мэнор, отец был в бешенстве. Оказывается, на вечер было назначено собрание, а из-за меня… в общем, его перенесли на следующий вечер. Темный Лорд был в ярости. В эти каникулы я должен был принять метку, ты знаешь. И не только я. Лорд отменил церемонию из-за мер, предпринятых Министерством. И, как ты понимаешь, восторга он не испытывал. Он считает, что это идеи Дамблдора, поэтому отдал приказ его убить.
Гермиона, которая слушала молча, боясь лишний раз моргнуть, чуть не задохнулась.
- Убить Дамблдора? – не проверила она своим ушам.
- Именно, – голос глухой, отстраненный.
- Но это невозможно, пока он в Хогвартсе! – жарко возразила Гермиона.
- Почему же? Убийца всего лишь должен быть здесь же, в Хогвартсе, – Малфой невесело усмехнулся. Гермиона быстро обдумывала его слова.
- Кто? – вопрос прозвучал резко. Малфой дернулся, как от удара. – Нотт, Крэбб, Гойл, Пьюси. Это кто-то из тех, кто должен был получить метку. Кто?
- Я.
Вот и все. Ты это сказал. Несложно ведь было? Несложно. А теперь вставай и уходи, тебе здесь больше не место, Малфой. Проваливай.
 
Но он не спешил вставать. А Грейнджер почему-то не торопилась погонять его прочь. Кусала губы, размышляла о чем-то.
- А иначе что, Драко? – спросила. Знает, о чем надо спрашивать, драккл ее дери. – Через метку он тебя контролировать не может, тогда как?
- Мать, Грейнджер, – вот оно, отчаяние. Вот почему. – Если я провалю задание, за это заплатит моя мать. И поверь мне, это не будет гуманная Авада. Он будет убивать ее долго и мучительно.
- На крайний случай, – задумчиво заговорила Гермиона, – есть один дом… Его никто не найдет, и Нарциссу там никто не найдет. Домовики за ней присмотрят.
- На крайний случай, – скептически поднял бровь Малфой. Не такой он ждал реакции, откровенно говоря. – Это на какой?
- Это если мы не найдем решения лучше, – вздохнула Гермиона. – Не будь идиотом, как бы то ни было, ты не сможешь убить такого волшебника, как Дамблдор. А если вдруг каким-то чудом сможешь, то живым тебе отсюда не выйти: мракоборцы и без того охраняют Хогвартс, и еще появятся, едва ты закончишь произносить Непростительное. Трансгрессировать из Хогвартса нельзя…
- А портал? – ляпнул Малфой вслух то, о чем думал.
- На Хогвартс наложены антипортальные чары, – Гермиона посмотрела на него, как на первокурсника, причём не из числа самых умных. – Моя комната – единственное исключение, и до неё тебе не добраться точно так же, как и до выхода. Так что тебе нужно думать о том, как ты мог бы отсюда выбраться
- Грейнджер, ты в своём уме?! – Малфой схватил её за плечи и встряхнул. – Ты вообще слышала, что я сказал?! Я. Должен. Убить. Дамблдора. Того старика, который здесь директор. Который обвенчал нас. Ну того, которого, по слухам, боится сам Темный Лорд. А ты сидишь тут и рассуждаешь, как мне уйти с места убийства! Серьезно?!
- Малфой, не ори, – Гермиона поморщилась и легко передернула плечами, сбрасывая его руки, – я и так прекрасно тебя слышу. Волдеморту безразлично, выживешь ты, или тебя убьют мракоборцы на месте, или загремишь в Азкабан. Ему плевать на тебя, а мне нет. Разумеется, никто не позволит тебе убить Дамблдора, и в первую очередь сам Дамблдор. Но если ты этого не сделаешь, тебя и твою семью убьют Пожиратели или сам Волдеморт. – Гермиона уронила голову на руки. – Вот это мы вляпались, Малфой.
- Мы?.. – произнес он одними губами, не смея верить своим ушам.
- Ну конечно, мы, Малфой, – терпеливо сказала Гермиона, тем самым тоном, каким малышам объясняют очевидные вещи. – Ты же не думаешь, что я оставлю тебя разбираться с этим дерьмом самому, правда?..
И тут у неё в голове щелкнуло. Его молчание. Оттягивание разговора до последнего. Это отчаяние…
- Малфой! Ты, соплохвост несчастный, на самом деле думал, что я от тебя отвернусь из-за этого?! Думал, что… Да о чем ты вообще думал, идиот?!
И в этот момент Драко стало невыносимо стыдно. И почему-то легко.
- Я боялся, что ты не поймешь, – признался слизеринец, и это признание далось ему совершенно свободно. – Что будешь настаивать, чтобы немедленно сообщить Дамблдору, а я не могу рисковать матерью. И что ты не захочешь меня видеть, когда я откажусь.
- Малфой, – её голос звучал очень серьёзно, – родителей Гарри убил Волдеморт. Моих родителей – настоящих, тоже. Хватит уже сирот. Достаточно. Я не собираюсь ни в малейшей степени подвергать жизнь Нарциссы опасности. И даже Люциуса, хоть он и сам подставляется. Нам придется найти решение, которое устроит всех, и мы его найдем. Если у нас не получится – тогда вам с Нарциссой придется пожить в компании друг друга и двух домовиков, пока все это не закончится. Не самая радужная перспектива, но вы будете живы и здоровы. Ты мне веришь?
- Верю, – ответил Малфой без тени сомнений. И он действительно верил. Правда, прятаться до конца жизни не собирался, но говорить об этом сейчас вовсе не обязательно.
- Тогда займи свой досуг поиском способа сбежать из Хогвартса. Кстати, сколько у тебя времени?