Фальшивая война (СИ)

Но теперь все иначе. И дело даже не в кольце, которое несомненно сообщит Грейнджер, вздумай он в очередной раз развлечься. Просто больше не было смысла. Не было никакой возможности больше притворяться перед самим собой, что нет никакой разницы, кого целовать, если глаза закрыты. Потому что теперь он точно знал, что разница была. Он знал вкус ее губ, ее кожи, знал, как она пахнет. Помнил ощущение ее губ на своих, то, каково это – держать ее хрупкое тело в своих руках, как ее волосы рассыпаются по спине, помнил, как скользил ее язык по его шее… Так не было ни с кем, кроме нее. И теперь будет только она. Пусть сейчас Грейнджер его ненавидит, пусть считает врагом, пусть. Все неважно. Она все равно станет его. Даже если это произойдет лишь единожды, он сделает все для того, чтобы ей захотелось повторить. Он положит к её ногам все, что может и умеет. Он заставит её гореть в его руках, и она обязательно вернется. К нему. В его постель. В его жизнь.
А пока Драко решил наблюдать. Издалека, не приближаясь. Это же Грейнджер, у нее всегда все на лице написано.
Но за всю неделю она не посмотрела в его сторону ни разу. Ни единого взгляда. В Большом зале, будто специально, садилась спиной к слизеринскому столу. На совместных уроках усаживалась с неизменным Поттером. В коридорах школы передвигалась исключительно в сопровождении своих остолопов. В общем, вела себя так, как будто никакого Малфоя не существует вовсе. И это задевало, цепляло железным крюком и тащило, выворачивало наружу его жалкие внутренности. Несколько раз ему приходилось прикусывать язык до крови, чтобы привычно не бросить в сторону гриффиндорцев что-нибудь едко оскорбительное, как обычно. Просто для того, чтобы она взглянула в его сторону. Чтобы увидеть, как загораются негодованием и гневом ее глаза. Получить такие малые, но так необходимые крохи её внимания. Хотя бы так. Но Малфой сдерживался изо всех сил, отдавая себе отчет в том, что тогда он потеряет намного больше, чем приобретет. И молчал.
Так прошла неделя. Драко подумывал, не заявиться ли к Грейнджер в субботу с самого утра, как в прошлый раз. Навряд ли она его выставит – побоится лишнего шума. А там…
Но все сладкие и не очень приличные мечты обломал Забини, который в пятницу вечером решительно заявил, что завтра они всей компанией идут в Хогсмид, и никаких отмазок от Малфоя он не примет. Так что вместо завтрака в компании одной лохматой гриффиндорки Драко ожидал бессмысленный, с его точки зрения, поход в деревню.
В Хогсмиде компания, конечно же, разделилась. Девушки отправились по магазинам, а Малфой в компании Забини, Нотта, Крэбба и Гойла пошли прямиком в “Три метлы”. И только заняв места за столиком в глубине зала, Малфой заметил невероятную, непостижимую картину: в углу бара сидела Гермиона Грейнджер в компании странной когтевранки Лавгуд и… Риты Скитер.
====== Глава 20. ======
 Комментарий к Глава 20. ! Часть текста заимствована из оригинального романа “Гарри Поттер и Орден Феникса” авторства Джоан Роулинг, перевод издательства “Росмэн”
Новую пищу для размышлений, напрочь выбившую все мысли о треклятых кольцах из головы, Гермионе предоставил свежий номер “Ежедневного пророка” прямо в понедельник с утра.
На всю первую полосу – десять фотографий и сообщение о том, что Пожиратели смерти сбежали из Азкабана. Гарри сказал, вчера Волдеморт был счастлив. Еще бы он не был!.. Сейчас на его стороне уже больше двух десятков Пожирателей, дементоры, а если еще и великаны присоединятся…
“Пророк” валил все шишки на Сириуса Блэка, но даже слепому было ясно, что у автора статьи концы с концами не сходятся. Волшебники наверняка испугаются и начнут сомневаться в Министерстве… Это может быть удачным моментом для вербовки новых членов Ордена, но необходимо, чтобы как можно больше людей поверило, что Волдеморт вернулся. Не закончив завтрак, Гермиона умчалась в совятню.
В субботний полдень Гермиона Грейнджер сидела в пабе “Три метлы” в очень необычной компании: с ней были Луна Лавгуд, дочь издателя журнала о всякой чепухе “Придира”, и одна из наименее симпатичных для Гермионы личностей на свете, бывшая сотрудница газеты “Ежедневный пророк” Рита Скитер. Завершил их более чем странный квартет своим появлением Гарри Поттер.
 
- Ты рано! – сказала Гермиона, отодвигаясь, чтобы освободить для него место. – Я думала, ты с Чжоу придешь не раньше, чем через час!
- Чжоу? – сразу всполошилась Рита и хищным взглядом впилась в Гарри. – Девушка?
Она схватила свою крокодиловую сумочку и запустила туда руку.
- Пусть он был хоть с сотней девушек, вас это не касается, – ледяным тоном одернула ее Гермиона. – Так что можете сразу убрать.
Рита уже вытаскивала из сумочки ядовито-зеленое перо. С таким видом, как будто ее заставили выпить ложку Смердящего сока, она защелкнула сумочку.
- Что ты придумала? – спросил Гарри, усевшись за стол и глядя поочерёдно на Риту и Луну.
- Наша юная кудесница как раз собиралась мне объяснить перед твоим приходом, – сказала Рита, шумно отхлебнув из стакана. – Полагаю, мне позволено с ним разговаривать? – язвительно обратилась она к Гермионе.
- Полагаю, позволено, – холодно ответила та.
Положение безработной не красило Риту. Волосы, прежде тщательно завитые, висели нечесаными прядями, лак на длинных ногтях местами облупился, и нескольких фальшивых камешков на широких дужках очков не хватало. Она опять хлебнула из стакана и, почти не разжимая губ, спросила :
- Она хорошенькая, Гарри?
- Еще одно слово о личной жизни Гарри, и сделка отменяется, – пригрозила Гермиона.
- Какая сделка? – сказала Рита, утирая рот тыльной стороной ладони. – Ты ещё не предложила сделки, моя благонравненькая, ты только просила меня прийти. Ну ничего, когда-нибудь…
- Ну да, когда-нибудь вы сочините новые гнусные истории про нас с Гарри.
- В этом году печаталось немало гнусных историй о Гарри, притом безо всякого моего участия, – она искоса взглянула на него и свистящим шепотом спросила: – С каким чувством ты их читал? Ты чувствовал себя непонятым, оболганным, опозоренным?
- Конечно, он сердит, – отчетливо и громко сказала Гермиона. – Он сказал министру магии правду, но министр такой идиот, что не поверил ему.
- Так ты по-прежнему настаиваешь, что Тот-кого-нельзя-называть вернулся? – Рита устремила на Гарри испытующий вгляд. – Поддерживаешь эти россказни Дамблдора о якобы возвращении Ты-знаешь-кого и о тебе, якобы единственном свидетеле?
- Я был не единственным свидетелем, – с бешенством ответил Гарри. – Там была дюжина с лишним Пожирателей смерти. Хотите их имена?
- Счастлива буду услышать, – она смотрела на Гарри с таким восторгом, словно ничего прекраснее не видела в жизни. – Крупным шрифтом заголовок “Поттер обвиняет“. Подзаголовок: “Гарри Поттер называет притаившихся Пожирателей смерти “. А ниже – твоя большая фотография и подпись: “Потрясенный подросток, переживший нападение Того-кого-нельзя-называть, Гарри Поттер вызвал вчера фурор, обвинив почитаемых членов волшебного сообщества в том, что они являются Пожирателями смерти“, – прытко пишущее перо было уже у нее в руке, как вдруг восторженное выражение исчезло с ее лица. – Но наша маленькая кудесница, – Рита опустила перо и волком глянула на Гермиону, – конечно, не захочет, чтобы это напечатали?
- Наоборот, – нежным голосом протянула Гермиона, – именно этого ваша маленькая кудесница и хочет.
Рита удивлённо уставилась на нее. Гарри тоже.
- Ты хочешь, чтобы я опубликовала его рассказ о Том-кого-нельзя-называть? – тихо спросила Рита у Гермионы.
- Да, – сказала девушка, – подлинную историю. Все факты. В точности так, как сообщит их Гарри. Он расскажет вам все подробности, сообщит имена Пожирателей смерти, которых там видел, опишет, как выглядит теперь Волдеморт…
- “Пророк” это не напечатает, – перебила Рита, не сводя глаз с Гермионы. – Ты, возможно, не заметила, но его россказням никто не верит. Все считают, что он свихнулся.