Фальшивая война (СИ)

Когда стрелка настольных часов уже подползла непростительно близко к назначенному времени, Гермиона резко выдохнула и, мрачно пообещав себе отдохнуть на том свете, если её и в самом деле ждет неприятный сюрприз, встала и накинула мантию-невидимку, которую так и не удосужилась вернуть Гарри.
Люциус ждал её в своем кабинете, но остатки осторожности и здравого смысла подсказывали, что не стоит быть слишком уж скрупулезной в выполнении его инструкций. Так что она вызвала домашнего эльфа Малфоев – Кэри, и попросила перенести её в библиотеку, благоразумно сочтя, что это, вероятно, наименее популярное помещение среди Пожирателей смерти.
Насчет ПСов она, возможно, была не так уж неправа, но женщина, сидевшая в единственном ярко освещенном углу огромного книгохранилища, к ним навряд ли относилась. Она уронила светлую, безупречно причесанную головку на руку, усыпанную изящными кольцами, и, казалось, не замечала вокруг никого и ничего – впрочем, ровно до того момента, как тишину библиотеки разорвал негромкий, но отчетливый хлопок трансгрессии.
- Кэри?.. Я тебя не звала, – её голос, поначалу растерянный, мгновенно обрел привычные нотки властности и уверенности.
- Да, госпожа, простите, госпожа, – домовик рассыпался в поклонах.
- Ты что-то хотел? – графитовые, четко очерченные брови Нарциссы надломились и приблизились друг к другу, образовав крошечную морщинку посередине.
- Нет, госпожа, Кэри исполнил все данные ему поручения, – эльф задрожал до кончиков ушей, оказавшись между хозяйками, как меж двух огней.
- Тогда уйди и не беспокой меня, – холодно распорядилась женщина, и эльф вне себя от облегчения моментально исчез.
В библиотеке вновь воцарилась тишина, и из Нарциссы Малфой как будто вынули стальной шест, удерживающий спину безупречно ровной, а голову – высоко поднятой. Плечи её ссутулились, спина округлилась, как будто она хотела свернуться в клубок, сжаться в комочек, позабыв о гордости и достоинстве.
Гермиона видела Нарциссу всего пару раз до этого дня, и это были мимолетные, случайные пересечения на вокзале Кингс-Кросс, да на Чемпионате мира по квиддичу, где миссис Малфой демонстративно морщила нос от её близости. Тогда она произвела на неё впечатление истинной аристократки – такой же утонченно-красивой, высокомерной и надменной, как её муж и сын. Теперь же перед ней сидела разбитая, уставшая и очень несчастная женщина, в которой только благодаря элегантному наряду и угадывалась та гордая, презирающая всех красавица.
Девушка осторожно приблизилась к столу, заглядывая Нарциссе через плечо. Плевать на опоздание, на неприличное любопытство – перед ней была мать Драко, и она должна знать, в чем причина её состояния.
Вся поверхность стола была усыпана пергаментами, часть из которых была смята и порвана.
“Дорогой Драко!”
“Здравствуй, сынок!”
“Здравствуй, Драко! Как твои дела в школе? Ты совсем не пишешь…”
“Дорогой сынок! Я беспокоюсь о тебе, ты совсем не пишешь мне и не отвечаешь на мои письма.. .”
Письма.
Письма к сыну.
Ни одно не дописано до конца, и на каждом, каждом – поплывшие пятна чернил, круглые, расплывшиеся следы.
От слез.
От соленых материнских слез, пролившихся от тоски и страха за единственного сына.
Потому что на письма не приходит ответов. И Мерлин знает, придет ли еще когда-нибудь.
Гермионе захотелось отвести взгляд и немедленно исчезнуть, убежать отсюда, но она себе не позволила.
“Смотри, – твердила она себе. – Смотри, что ты натворила. Смотри, что происходит с людьми, пока ты пялишься в стену. Смотри.”
Смотреть было невыносимо.
Услышав сдавленный всхлип, девушка развернулась и почти бегом направилась к двери, прочь из библиотеки. Сердце разрывалось от сочувствия и боли, и только в последний момент она отдернула уже занесенную было руку, которой хотела дотронуться до плеча Нарциссы, и прошептать, что с Драко все хорошо. И пообещать, поклясться всем, что у неё было, что с ним все будет хорошо, чего бы это ей ни стоило.
Но нельзя. Нельзя было поступать столь опрометчиво. В кабинете её ждал Люциус, чья помощь могла изменить все.
 
Несложная проверка показала, что, за исключением двух человек – в кабинете и библиотеке – и домовиков, в Малфой-мэноре никого больше не было. Даже подземелья оказались пусты. Это было по меньшей мере странно.
Здраво рассудив, что, раз уж она все равно пришла, уходить ни с чем было бы глупо, Гермиона направилась к кабинету.
- Вы опоздали, – бросил ей Люциус Малфой, стоило только девушке перешагнуть порог.
- Задержалась на обзорной экскурсии по дому, – как ни в чем ни бывало, улыбнулась гриффиндорка. – Осмелюсь поинтересоваться, где же все ваши многочисленные гости?
- Сегодня прием у Лестрейнджей, – холодно ответил Люциус, всем своим видом показывая, что она сует нос не в свое дело, но на гриффиндорку это произвело мало впечатления.
- Как же вас угораздило пропустить такое мероприятие? – язвительно спросила она, без приглашения устраиваясь в кресле около стола.
- Не любитель подобных развлечений, знаете ли, – поджал губы Малфой. – Они забрали всех пленников из подземелий, и едва ли вернут хоть кого-то обратно. Кроме того, мне показалось, что вы просили о встрече.
- Польщена вашим вниманием к моим просьбам, – расплылась Гермиона в фальшивой улыбке.
- Кстати об этом… – Люциус на мгновение отвел взгляд, как будто собираясь с духом. – Вы просили по мере возможности присмотреть за мисс Лавгуд… Я сделал все от меня зависящее, чтобы ей не причинили вреда, но вынужден сообщить, что некоторое время назад её обнаружили мертвой. Причины смерти мне неизвестны.
- Что ж, – поджала губы Гермиона, не зная, как реагировать на эту информацию. По идее, она должна разозлиться, расстроиться – но Луна ведь жива… – Полагаю, что вы действительно сделали все возможное. Жаль, что теперь в собственном доме ваши возможности не очень-то широки, не так ли, Люциус?
- Ближе к делу, мисс Грейнджер, – нетерпеливо перебил её он, не желая развивать весьма неприятную для него тему. – Не мне вам объяснять, что ваше присутствие здесь ставит под удар всю мою семью.
- Я не горела желанием посетить мэнор, – парировала Гермиона. – Это была ваша идея, и я рискую не меньше вас.
- И ради чего же вы рискуете? – приподнял бровь Люциус. Обмениваться колкостями можно было, конечно, хоть до утра, но не в текущих обстоятельствах.
- Мы приближаемся к финальному акту, Люциус, – наконец произнесла Гермиона, закусив губу. – Вам пора выбрать сторону, а не пытаться усидеть на двух стульях одновременно.
- Вы собираетесь бросить вызов Темному Лорду? – усмехнулся Малфой. Поистине, самомнению этой девчонки не было границ!
- Что я собираюсь делать – не ваше дело, Люциус. Пока не ваше, – уточнила девушка, сделав ударение на слове “пока”, – но это зависит, как я уже сказала, от вашего выбора.
- Я не намерен его делать, мисс Грейнджер, без каких-либо гарантий, – покачал головой аристократ. – Вам ли не знать, что меня волнуют в первую очередь интересы моей семьи. И слепо ввязываться в авантюры гриффиндорцев, рискуя своей женой и сыном – вы не настолько наивны, дорогая, чтобы не понимать, что для меня это неприемлемо. Между нами уже есть некое соглашение, и выходить за его рамки я не вижу смысла.
- Вы забываете, Люциус, что теперь это и моя семья, – вскинула подбородок гриффиндорка, – и я не допущу, чтобы Нарцисса и Драко пострадали.
- Не нужно лицемерия, мисс Грейнджер, нам обоим прекрасно известно, какие обстоятельства привели вас в нашу семью, – брезгливо скривился Люциус. – И я не настолько верю в гриффиндорское благородство, чтобы полагать, что вы не попробуете избавиться от нежеланного вами замужества при удобном случае. В отличие от Малфоев, вы обетов не давали.
- Ваше упущение, – пожала плечами девушка. – Я бы могла.
- Не делайте из меня идиота, – поморщился Люциус. – Вы понятия не имеете, куда лезете. То, что вам удалось сбежать от Темного Лорда, отнюдь не означает, что вы сможете победить его в бою. Едва ли это вообще возможно, если уж говорить начистоту.