Фальшивая война (СИ)

“Два-ноль, мистер Малфой, – подумала про себя Гермиона. – Вы поверили, что Розье не из Хогвартса, и вы совсем не ожидали увидеть здесь подругу Гарри Поттера. Так что, если вы собирались изображать счастливое воссоединение детей давних союзников, этого козыря у вас больше нет”.
Она бросила быстрый взгляд на Драко. Тот был белым, как полотно, и сейчас больше напоминал мраморную статую, чем живого человека. Гермиона вернула свое внимание Люциусу. Приносить свои соболезнования Малфою-младшему по поводу невезения с женитьбой в её планы не входило.
- Итак, мистер Малфой, я полагаю, что на данный момент мы знаем друг о друге достаточно, так что ту часть, где вы изображаете бурную радость обретения нового члена семьи мы, с вашего позволения, пропустим, – ледяным тоном начала Гермиона. – Вариантов у нас с вами всего два. Первый: вы принимаете мое маленькое условие, мы заключаем помолвку и через три месяца я выйду замуж за вашего сына. Скажем, в конце декабря. Разумеется, никто, кроме присутствующих здесь, об этом знать не должен. Во втором случае мы мило прощаемся и расходимся, однако последствия вам, я полагаю, известны.
- Эти последствия известны и вам, мисс Грейнджер, – парировал Люциус. – Не в ваших интересах ставить какие-либо условия, когда на кону стоит ваша жизнь, не находите?..
- О, Люциус, видите ли, мне терять совершенно нечего, – широко улыбнулась Гермиона. – Мы оба понимаем, что вы используете все возможности, чтобы не допустить брака вашего сына с подругой Гарри Поттера. Я, конечно, не собираюсь облегчать вам задачу, покидая стены Хогвартса, но при большом желании, знаете ли… – она неопределенно взмахнула рукой. – А у вас, позвольте заметить, единственный сын. Наследник великого рода. Готовы ли вы рисковать им?.. Кто знает, вдруг поразительная живучесть Гарри Поттера заразна, и я дотяну до июня, чтобы прихватить Драко с собой в могилку на каком-нибудь старом, заброшенном кладбище?..
- Допустим, мисс Грейнджер, – аристократ стиснул зубы так, что его речь больше напоминала змеиное шипение. Её намеки были возмутительными, хотя и более чем прозрачными. – И что же это за “маленькое условие”?
- Вы дадите мне Непреложный Обет, – небрежно бросила девушка так, как будто это было совершенно обычное дело. – Вы оба.
До этой минуты Люциусу Малфою казалось, что хуже быть не может. Что ж, он ошибся. В который раз?..
- Об этом не может быть и речи, мисс Грейнджер.
- Что ж, очень жаль. В таком случае, рада была встрече, – девушка поднялась с кресла и повернулась к двери, явно собираясь уйти.
Драккл ее подери, она не оставляла ему никакого выхода! И времени на обдумывание ситуации тоже!
- Стойте. Я согласен, – сдался Малфой. – Но Обет дам только я. С Драко достаточно и одного контракта.
- Хорошо, – неожиданно легко согласилась Гермиона. – Но вы дадите клятву как патриарх рода.
Да Мордред и Моргана, откуда этой маггловке известны такие подробности?! Малфой-старший согласился на Обет, оставляя лазейку для Драко, но если он заключит его как патриарх рода, это будет означать, что его условия будет обязан соблюдать любой Малфой, включая даже Нарциссу.
- Так каково будет ваше решение, лорд Малфой? – прервала его размышления Гермиона. Она смотрела на него выжидательно и абсолютно спокойно.
- Я согласен, – проговорил Люциус. Ничего, она еще может допустить ошибку в формулировке обета, и тогда он не преминет этим воспользоваться. Да он сотрет эту девчонку с лица земли при первой возможности за то, что она посмела загнать в угол самого Люциуса Малфоя!
- Замечательно, – мило улыбнулась девушка, не обращая никакого внимания на то, как аристократ испепеляет ее взглядом. – Профессор Дамблдор, не согласитесь ли вы скрепить клятву?
- Разумеется, мисс Грейнджер, – отозвался волшебник, думая о чем-то своем.
Малфой-старший и Гермиона поднялись со своих мест и встали напротив друг друга. Дамблдор взял в руки палочку и коснулся ею их сплетенных рук. Гермиона заговорила:
- Обещаешь ли ты, Люциус Абраксас Малфой, действительный патриарх рода Малфой, всеми силами хранить, беречь и защищать жизнь Гермионы Александры Розье, известной под именем Гермионы Джин Грейнджер, в будущем Гермионы Александры Малфой, а также жизни тех, кого она возьмет под свою защиту?
 
- Обещаю.
Тонкий сверкающий язык пламени вырвался из волшебной палочки Дамблдора, изогнулся, словно окружив их сцепленные руки докрасна раскаленной проволокой.
- Обещаешь ли ты хранить в секрете тайну личности Гермионы Александры Розье и все сведения, прямо или косвенно относящиеся к ней, её помолвке, браку и отношениям с твоим сыном, Драко Люциусом Малфоем, и не выдавать этот секрет ни добровольно, ни по принуждению, ни под действием зелий и хранить его даже в мыслях?
- Обещаю.
Второй язык пламени вылетел из волшебной палочки и обвился вокруг первого, так что получилась тонкая сияющая цепь.
- Подтверждаешь ли ты, как патриарх рода Малфой, что данная тобой клятва принята родом, ее условия и последствия распространяются на всех членов рода, как известных, так и неизвестных, как ныне живущих, так и умерших?
Люциус побелел еще больше, но все же ответил:
- Подтверждаю.
Их лица осветила красная вспышка — третий язык пламени, вырвавшись из волшебной палочки, сплелся с первыми двумя, опутал крепко стиснутые руки Малфоя и Гермионы, словно веревка, словно огненная змея.
На некоторое время в кабинете директора повисла тишина. Нарушил ее Дамблдор, вежливо прокашлявшись.
- Что ж, если все нюансы улажены, я полагаю, самое время перейти к тому, ради чего мы здесь собрались, не так ли?
Люциус в легкой прострации уставился на старого волшебника.
- Помолвка, мистер Малфой, – пояснила Гермиона. – Кольца, я так понимаю, при вас?
Малфой-старший молча вынул из кармана мантии бархатную коробку и практически швырнул ее на стол директора. Гермиона, не обратив никакого внимания на состояние обычно надменного и холодного, как лед, аристократа, взяла ее в руки и открыла. На темно-зеленом бархате сияли изумрудами два кольца в виде вьющихся спиралью змей.
- Мистер Малфой, на кольца нужно наложить отталкивающие чары. Будет сложновато держать помолвку в секрете, если все заметят их на наших руках, – заметила Гермиона.
- Разумеется, мисс Грейнджер, – Люциус забрал из ее рук коробочку и сделал над ней несколько пассов палочкой.
- И следящие чары снимите, пожалуйста, – как ни в чем ни бывало, продолжила девушка. – Я думаю, они вам более ни к чему.
Мужчина бросил на нее полный злобы и бессилия взгляд, но подчинился.
Наконец все взгляды присутствующих обратились к сидящему в кресле парню, который за все это время не произнес ни слова и, кажется, даже не шевелился.
- Драко, подойди сюда, – позвал сына Люциус.
Блондин посмотрел на отца, как будто впервые замечая его присутствие. С видимым усилием он поднялся с кресла и подошел к директорскому столу, занимая место рядом с Гермионой.
Непослушными пальцами достав из коробочки в руках отца кольцо невесты, он повернулся к девушке, глядя куда-то в стену поверх её плеча.
- Согласна ли ты, Гермиона Александра Розье, стать моей женой, согласно заключенному нашими отцами договору, по собственной воле и желанию? – его голос звучал хрипло, как будто после многочасового молчания.
- Согласна.
Гермиона протянула ему руку. Драко надел на тонкий пальчик тяжелый перстень, замечая, что ее руки едва заметно дрожат, и изумрудная змейка зашевелилась, плотно обвивая палец.
В момент, когда кольцо заняло свое место, кисть девушки окутало мягкое белое свечение. Брови Люциуса взлетели вверх, Дамблдор чуть наклонил голову, пряча улыбку, а парень с девушкой, казалось, вовсе не заметили ничего необычного.
- Согласен ли ты, Драко Люциус Малфой, стать моим мужем, согласно заключенному нашими отцами договору, по собственной воле и желанию? – повторила формулу Гермиона.
- Согласен.