Фальшивая война (СИ)

- Посмотри вот на этот символ, – Гермиона ткнула пальцем в страницу.
Вверху располагался, должно быть, заголовок очередной сказки, а над ним было изображено нечто вроде треугольного глаза, зрачок которого пересекала вертикальная черта.
- Гермиона, я же не изучал древние руны, – осмелился напомнить Гарри.
- Знаю, но это и не руна, и в “Словнике” её нет. Я думала, это просто глаз нарисован, но посмотри внимательно: знак выполнен чернилами, кто-то его нарисовал в уже готовой книжке. Если это не то, ради чего Дамблдор передал мне книгу, то я не знаю, что еще это может быть. Вспомни, ты никогда не видел его раньше?
- Да нет… Нет, погоди-ка! – Гарри присмотрелся поближе. – Это вроде тот самый символ, который был на шее у отца Луны? На свадьбе, помнишь?..
- Точно! А я голову ломаю, где могла его видеть! – обрадовалась Гермиона. – Виктор говорил, что это знак Гриндельвальда…
- И зачем бы Дамблдору оставлять тебе намек на Гриндельвальда? Я даже не знаю, жив ли он…
- Дамблдор точно нет, извини, и на вопрос он нам уже не ответит, – печально констатировала очевидный факт Гермиона, – так что предлагаю навестить отца Луны и спросить.
- Спросить Ксенофилиуса Лавгуда про этот знак? Ты серьезно? – удивился Гарри.
- Ну, пока никакой другой информации у нас нет…
- Да мы даже не знаем, где его искать!
- Вообще-то знаем, – вдруг вмешался в разговор Рон, который до этого валялся на диване и делал вид, что спит. – Лавгуды живут где-то недалеко от нас. Точно не знаю, но мама с папой, когда говорят о них, всегда указывают куда-то в сторону холмов. Я думаю, мы легко их найдем.
- Тогда завтра можем попробовать, – воодушевилась Гермиона. – Думаю, твоя рука уже достаточно зажила, чтобы перенести трансгрессию.
Гарри сомневался, что от этой затеи будет какой-то прок, но спорить не стал – в этом случае нужно было бы предложить идею получше, а таковых у него не было.
Тем более, что это было смутно похоже на какой-то план, а все, что отличалось от бездействия последних недель, было куда лучше, чем ничего.
 Комментарий к Глава 124. Товарищи, а у кого какие планы на новогодние каникулы?
Мы могли бы устроить небольшой марафон по “Войне” с новой главой каждый день – или отправиться в новое путешествие с новой историей :)
Или у всех планы, и сидеть на фикбуке будет некогда?
====== Глава 125. ======
Наутро после того, как было принято решение навестить мистера Лавгуда, трое друзей собрали вещи, упаковали палатку, которая исчезла в сумке Гермионы, тщательно стерли все следы своего пребывания в лесу и переместились, оказавшись на продуваемом всеми ветрами склоне холма.
Заслоняя глаза руками от ярких солнечных лучей, друзья смотрели в сторону Норы, но смогли разглядеть только живые изгороди и деревья в саду, защищавшие нелепый домик семьи Уизли от взглядов любопытствующих магглов.
- Странное ощущение – совсем рядом, а зайти нельзя, – сказал Рон. – Пошли поищем вон там.
Он решительно двинулся к перевалу, в противоположную от Норы сторону. Однако, побродив по холмам несколько часов, они нашли только маленький пустой коттедж, который ничем не походил на то, каким должен выглядеть в их представлении дом Лавгудов.
Они трансгрессировали на несколько миль к северу, и тут удача им наконец улыбнулась: на вершине ближайшего холма на фоне неба вырисовывался очень странный дом – громадный черный цилиндр, над которым средь бела дня висела призрачная луна.
- Это точно дом Луны, кто еще будет жить в такой жуткой конструкции? – радостно завопил Рон. – Похоже на гигантскую ладью!
- По-моему, на лодку совсем непохоже, – возразила Гермиона, разглядывая башню.
- Я имел в виду шахматную ладью, – объяснил Рон. – Ты её называешь “тура”.
Когда они приблизились к дому, то разглядели возле покосившейся калитки три самодельные таблички. На первой была надпись: “Кс. Лавгуд, главный редактор журнала “Придира”, на второй: “Омела на ваш выбор”, а на третьей – “Не наступайте на сливы-цеппелины”.
Калитка скрипнула, открываясь. Дорожка, зигзагами ведущая к дому, вся заросла самыми причудливыми растениями, включая куст, увешанный оранжевыми плодами в форме редисок – Луна часто носила их в ушах вместо серег. С ветки одной из яблонь на гостей смотрела маленькая сова с приплюснутой ястребиной головкой.
 
Гермиона трижды стукнула дверным молотком в форме орла по массивной черной двери, утыканной железными гвоздями.
Не прошло и десяти секунд, как дверь отворилась. На пороге стоял Ксенофилиус Лавгуд, босой, в одеянии, похожем на замызганную ночную рубашку. Его длинные седые волосы, напоминавшие сладкую вату, были нечесаны и, похоже, давно не мыты. По сравнению с этой картиной на свадьбе Билла и Флер Ксенофилиус был прямо-таки элегантен.
- Что такое? Кто вы? Что вам нужно? – закричал он пронзительным, сварливым голосом, глядя сначала на Рона, потом на Гермиону и, наконец, на Гарри. Тут его рот раскрылся, образовав идеально ровную букву “О”.
- Здравствуйте, мистер Лавгуд, – сказал Гарри, протягивая руку. – Я Гарри. Гарри Поттер.
Ксенофилиус не пожал протянутую руку, хотя бесцеремонно уставился прямо на шрам у Гарри на лбу.
- Можно, мы войдем? – спросил Гарри. – Нам нужно вас кое о чем спросить.
- Я… думаю, лучше не стоит, – прошептал Ксенофилиус. Он судорожно вздохнул и окинул быстрым взглядом сад. – Это несколько неожиданно… право… я… боюсь, что… в самом деле, лучше не надо…
- Мы ненадолго, – сказал Гарри, слегка разочарованный таким прохладным приемом.
- Я… ну что ж, входите, только быстро. Быстро!
Едва они успели переступить порог, мистер Лавгуд захлопнул за ними дверь. Они оказались в самой удивительной кухне на свете. Она была совершенно круглой, как будто они стояли внутри гигантской солонки. Все в комнате было изогнуто по форме стен: плита, рукомойник, шкафы с посудой – и все расписано птицами, цветами и насекомыми ярких, чистых оттенков. Гарри подумал, что тут чувствуется стиль Луны: эффект в замкнутом пространстве получился довольно ошеломляющий.
Чугунная винтовая лестница в центре комнаты вела на верхние этажи, где что-то громко лязгало и громыхало.
- Поднимемся наверх, – пригласил мистер Лавгуд.
Держась по-прежнему скованно, он первым начал подниматься по лестнице. Комната этажом выше оказалась одновременно гостиной и мастерской, а захламлена она была еще сильнее, чем кухня. Повсюду лежали высоченные стопки разных бумаг и книг, а венчал это великолепие старомодный печатный станок, из которого непрерывным потоком лезли “Придиры”.
- Прошу прощения, – сказал Ксенофилиус, выдернул из-под мгновенно развалившейся груды книг неопрятную скатерть и накрыл ею станок. – Зачем вы сюда пришли?
- Нам нужна помощь, – ответил Гарри, замечая, что Гермиона сверлит взглядом какой-то странного вида рог, висевший на стене.
- А! – сказал Ксенофилиус. – Помощь. Хмм… – он опять впился глазами в шрам на лбу Гарри. Он казался одновременно испуганным и словно завороженным. – Даа… видите ли… помогать Гарри Поттеру… небезопасно.
- Вы же всегда поддерживали Гарри! – возмущенно вмешался Рон.
Ксенофилиус покосился на печатный станок, который гудел и звякал под скатертью.
- Ну да, ну да, мне случалось высказывать подобные взгляды. Однако…
- По-вашему, это относится ко всем, кроме вас? – спросил Рон.
Ксенофилиус не ответил. Он то и дело мучительно сглатывал, глаза у него бегали. Гарри показалось, что в нем происходит жестокая внутренняя борьба.
- Я пойду поставлю чайник, – наконец сказал он, – а потом, так и быть, помогу вам.
Он шмыгнул вниз по лестнице. Друзья услышали, как открылась и закрылась дверь.
- Шпендрик трусливый! – возмутился Рон. – Луна в десять раз храбрее его!
- Он, наверное, беспокоится, что с ними будет, если Пожиратели смерти узнают, что я сюда приходил, – сказал Гарри.
- Что ж, в этом его сложно винить, – обронила Гермиона. – И кстати, держитесь подальше от этого рога.