Фальшивая война (СИ)
Было бессмысленно искать здесь Грейнджер. Это было бы глупо даже в том случае, если бы он знал, как выглядит та, которую он ищет – но, как бы иронично это ни звучало, в эти минуты он понятия не имел о внешности своей жены.
Тем временем прием шел своим чередом: служанки без устали разносили закуски и напитки, разговоры становились громче и развязнее, а улыбки и флирт со стороны незамужних барышень – все откровеннее и навязчивей.
Увидев в этом бесконечном водовороте знакомое лицо, Малфой почти обрадовался. Пэнси Паркинсон, кто бы мог подумать!.. Хотя, конечно, он мог – ведь сегодня в мэноре собрались действительно все, включая его однокурсников с семьями. За последние месяцы для него все изменилось так круто, что он почти забыл о школе, уроках, приятелях – все это казалось каким-то далеким, утонувшим в дымке забвения прошлым. И Пэнси, намертво вцепившаяся в его локоть – девушка, которую он знал с детства, с которой спал – Мерлин, он же действительно когда-то спал с ней!.. – эта Пэнси едва выделялась среди прочих бессмысленных и ненужных лиц. Она щебетала о чем-то – Драко не вслушивался, изредка кивая, и не особо задумывался над тем, чтобы делать это к месту. Однако её рука, недвусмысленно огладившая его по бедру, и горячий шепот, которым Пэнси предложила “прогуляться и найти местечко потише” быстро вернули его в реальность. Холодно сообщив, что ему необходимо найти родителей, он поспешил убраться от неё как можно дальше. Мерлин благослови отца, что на этот раз ему было позволено решать хоть что-то!..
Наконец Малфой нашел себе приют под одной из колонн, частично скрытый громоздким вазоном с цветами. Здесь он не привлекал повышенного внимания, зато с этого угла открывался неплохой обзор на всю бальную залу. Потягивая шампанское, он раз за разом обыскивал глазами толпу, то и дело выхватывая из неё девичьи фигурки в серых платьях. Но ни одна из них не показалась ему той самой; не заставила сердце биться чаще от знакомого поворота головы, движения рук или походки. Время шло, минуты утекали сквозь пальцы, а найти здесь Грейнджер представлялось таким же невозможным, как отыскать одну-единственную песчинку среди десятков таких же.
Внезапно все голоса стихли; оркестр, издав напоследок несколько разлаженных фальшивых звуков, перестал звучать. Драко не нужно было даже поворачивать голову в ту сторону, куда одномоментно обратились все взгляды. Приближение Лорда он чувствовал кожей, ощущал всем своим существом. Волдеморт, подобно дементору, нес с собой стылый холод и пронизывающий, леденящий страх, а еще вызывал в Малфое липкое отвращение и глухую ненависть. Этот потрясающий букет эмоций и ощущений не давал ни малейшей надежды на ошибку.
Темный Лорд был здесь.
Если бы мог, Драко трансгрессировал бы прочь прямо сейчас. Или дезинтегрировал. Рассыпался бы на атомы и растворился в пространстве. Определенно, это было куда предпочтительнее того, что ожидало его через несколько минут.
- Мои дорогие друзья! – высокому голосу не требовался никакой Сонорус.
Тишина стояла такая, что, казалось, никто из присутствующих не позволял себе даже дышать, и слова Темного Лорда доносились до каждого угла бальной залы.
- Я бесконечно рад приветствовать вас на этом празднике! Сегодня вечером здесь собрались самые достойные из волшебников, те, кто гордо носят это звание – по праву рождения и крови! Наконец-то Министерство возглавил волшебник, который понимает всю полноту возложенной на него ответственной миссии. Прошу приветствовать – Пий Тикнесс, наш новый министр магии! – по залу раскатился гул аплодисментов, а Тикнесс, которого буквально вытолкнули из толпы, торопливо раскланялся. Волдеморт позволил овациям звучать несколько мгновений, после чего поднял руку, и все моментально стихло. – Предстоит еще очень много работы, но я рад, что мы вступили на верный путь. Печально, что за время моего отсутствия магический мир настолько увяз в грязи, пороках и опасных заблуждениях. Я и подумать не мог, что за несколько лет волшебники способны пасть так низко, чтобы забыть о том, кто они такие, пренебречь своим достоинством, отречься от того, что должно быть непреложно и свято. Поразительное количество достойных семейных древ прогнило, холя и лелея больные, пораженные скверной ветви вместо того, чтобы безжалостно отсечь их и уничтожить заразу, пятнающую само понятие “волшебник”. Однако я здесь, чтобы с верными соратниками изменить это. Мы должны очистить этот мир от маггловской скверны, сделать все для того, чтобы маггловское отродье, эти ошибки природы, заняли подобающее им место – на коленях перед теми, кто неизмеримо выше их!
По мановению его руки девушки в серых платьях, до этого замершие вдоль стен, рухнули на колени и низко склонили головы в рабском поклоне. Эта демонстрация вызвала низкий гул одобрения.
- Вместе мы установим верный, правильный порядок вещей, и вознесемся на невиданные ранее высоты магии! И я надеюсь, что каждый из вас, – Волдеморт сделал весьма выразительную паузу и обвел своими алыми глазами собравшихся, – внесет свой вклад в построение Нового мира!
Зал утонул в аплодисментах.
Малфой прикрыл глаза. Сердце стучало, как метроном, размеренно отсчитывая удары до его личной катастрофы.
Волдеморт опять поднял руку, призывая к молчанию.
- Некоторые из вас славно послужили мне, и я был бы глупцом, если бы умалял их заслуги перед всем магическим обществом. Люциус, Беллатрикс, Северус, Корбан, – он одарил стоящих по правую руку от него волшебников царственным кивком, – я доволен вашей службой. И, разумеется, не могу не отметить восходящую звезду, самого молодого, но уже в полной мере доказавшего свой талант и преданность делу, из наших друзей – юного Драко Малфоя!
Вот и всё.
Медленно, отмеряя каждый шаг, Малфой прошел мимо расступавшихся перед ним людей, сопровождаемый тихими перешептываниями и изумленными вздохами, занимая свое место по левую руку от Лорда.
- Драко, мой мальчик, – Волдеморт растянул безгубый рот в подобии улыбки, – Я рад, что ты превзошел мои ожидания, показав себя достойным своего отца и всего древнейшего рода Малфоев. Ты уже многого добился в свои годы, и тебе еще многое предстоит сделать. Однако, как бы ни было важно наше общее дело, мы не должны забывать о том, в чем состоит истинное предназначение любого настоящего волшебника. Мы должны холить и лелеять наши семейные древа, отсекая больные ветви и всячески поддерживая и развивая здоровые, неустанно увеличивая число истинных магов, продолжая свой род сквозь века. И сегодня настал день, который, я уверен, станет счастливейшим для тебя и твоей достойной избранницы, и радостным для всех нас. Дамы и господа! Я горд оказанной мне честью объявить о помолвке двух представителей достойнейших семей: Драко Малфоя и Астории Гринграсс!
Драко даже не успел понять, в какой момент рядом с ним оказалась Астория. Все, что он успел увидеть – то, как она впивается в его губы поцелуем. В ту же секунду его рука запылала, будто к ней поднесли горящий факел, грудь разорвало изнутри острой, как от десятков стальных лезвий, болью, а все помещение заполнил низкий гул; особняк завибрировал, сотрясаясь в самом своем основании, мелко задребезжало стекло и хрусталь, и толстые каменные стены сотрясла дрожь самой земли.
Комментарий к Глава 114. А “Сны” сегодня попали в топ-50 по фандому ГП!
На 46 место, но для меня это обалдеть как здорово!
Хвастаюсь :))
====== Глава 115. ======
Гермиона вернулась в особняк на Гриммо глубокой ночью.
После речи Волдеморта поднялась настоящая паника. Пожиратели, очевидно, решили, что Малфой-мэнор атакуют, и стали швыряться заклинаниями без разбора, чудом никто серьезно не пострадал. Волдеморт немедленно куда-то исчез, а Люциусу понадобился почти час, чтобы навести порядок и довольно сбивчиво объяснить гостям, что магия мэнора стала чересчур сильна под влиянием большого количества темных чар, и излишне бурно отозвалась на радостную новость.
Лучше бы он сказал всем: “Хэй, не стоит беспокоиться, это моя чокнутая невестка не справилась со своей магией, чересчур нервно отреагировав на то, что мой сын станет двоеженцем!”. Это было бы, как минимум, честнее. И как нельзя лучше объяснило бы произошедшее.