Фальшивая война (СИ)
Дни понеслись одни за одним.
Разбор шкафов, отскребание плесени, то призраки, то боггарты…
Гермиона была уверена, что уж Гарри не поведется на эту чушь про ее помощь в Хогвартской библиотеке, но, как ни странно, он поверил. Даже помощь свою предложил, но, после ее робких уверений, что она справится, настаивать не стал.
Гермиона очень хотела обсудить с ним грядущее слушание в Министерстве, подготовила выписки из Указа и связанные постановления, но друг на беседу явно не был настроен и всячески ее избегал. С одной стороны, она очень сочувствовала Гарри и считала подобные обвинения крайне несправедливыми, но с другой – перевела дух с облегчением. Пока Гарри озабочен своими проблемами, на других он внимания почти не обращает, а значит, и лишних вопросов задавать не станет.
До этого лета у них не было друг от друга тайн, да и врать Гермиона не очень-то умела. А сейчас она не могла рассказать друзьям ничего, решительно ничего из того, что было для нее важно: ни про тайну ее происхождения, ни про новые уроки, ни про, упаси Мерлин, помолвку. Не могла прибежать к ним и рассказать про новые заклинания, которым ее научил Брегович, про то, что совершенствуется в невербальной магии и ей уже даже не нужно мысленно проговаривать заклинания, и про то, что на последней тренировке у Пайна ей удалось ловко вывернуться из его захвата, но он успел перехватить ее за край школьной юбки…
Юбка, блин, черт бы её побрал. Оба её наставника потребовали приходить на тренировки в той одежде, которую она носит постоянно, поэтому на последние занятия она брала с собой свою школьную форму. И это было ужасно неудобно! Рубашка постоянно выбивалась и мешала, в школьной мантии путались руки и ноги, юбка норовила то задраться, то сползти, а то, как легко и просто можно придушить Гермиону ее же галстуком, Пайн наглядно продемонстрировал за первые же две минуты урока. Брегович не комментировал, но читать его неодобрительные взгляды Гермиона уже прекрасно научилась. Пайн же без обиняков велел заменить все это тряпье на что-то практичное. Легко ему сказать!..
Слушание Гарри в Министерстве прошло хорошо, с него сняли все обвинения. Правда, заседание без предупреждения перенесли на более раннее время, явно с расчетом на то, что Поттер не успеет явиться, и судили полным составом Визенгамота, чего никогда не бывало. Чтобы полным составом разбирать использование подростком волшебства в присутствии магглов! Да это же полный абсурд!
Впрочем, когда в своём рассказе Гарри добрался до встречи с Фаджем и Люциусом Малфоем, все встало на свои места. Скользкий гад! Наверняка у него уже и статьи для “Пророка” были готовы и оплачены. Что-то вроде:
“Мальчик-который-врет совершенно сорвался с катушек, колдует направо и налево, игнорируя Статут о секретности, и даже не посчитал нужным явиться на дисциплинарное слушание, оскорбив тем самым Визенгамот в полном составе.”
Да уж, после такого Гарри бы исключением из школы не отделался, и в Азкабан могли упрятать. Гермиона мысленно поставила себе заметку “подумать попозже о дементорах”. Потому что уж слишком складно все было разыграно, чтобы считать их появление случайным. А если не случайно – то чей был приказ? Фаджа или Малфоя? На чьей стороне дементоры: Министерства или Пожирателей? Или теперь это одно и то же?..
Гермиону очень беспокоил этот аспект. Ведь даже если Пожирателям удалось получить контроль над частью дементоров, то только вопрос времени, когда будет организован побег из Азкабана сторонников Волдеморта. А ведь там заключены самые преданные из них, те, кто даже не пытался отмыться от обвинений. И они не станут прятаться и строить из себя порядочных людей, их побег будет означать вступление войны в новую фазу.
Остальных это, казалось, вовсе не волновало. Мальчики не желали загадывать так далеко, а взрослые члены Ордена, с которыми она попыталась обсудить свои подозрения, только отмахивались, очевидно считая происшествие с дементорами какой-то случайностью или недосмотром.
Тем временем сентябрь был все ближе, и игнорировать необходимость рассказать друзьям хотя бы часть правды Гермиона уже не могла. Осталось только решить, что именно рассказывать.
Для разговора больше всего подходило воскресенье. Вести беседы на любые темы после того, что ей устраивали преподаватели, девушка была не в состоянии. Поэтому, улучив минутку, когда рядом никого не было, Гермиона наклонилась к Гарри и Рону и быстро прошептала:
- Сегодня после отбоя не закрывайте дверь в вашу комнату и дождитесь меня. Есть разговор.
Парни удивленно переглянулись и синхронно кивнули.
Гарри давно подозревал, что с регулярными отлучками Гермионы что-то не так. Так не выглядят люди после работы в библиотеке, даже если нужно перетаскивать книжные шкафы с места на место без помощи магии, а такую работку, даже если бы она и была необходима, вряд ли поручили бы хрупкой девушке. Однако он признавал право Гермионы на самостоятельные решения и просто ждал, пока она наконец созреет для того, чтобы поговорить начистоту.
Чтобы не вызывать лишних вопросов, троица еще за ужином начала усиленно зевать, так что никто не удивился, когда сначала Гермиона, а затем и Гарри с Роном извинились и ушли к себе, ссылаясь на усталость и желание выспаться. Выждав, пока все звуки в доме стихнут, Гермиона взмахом палочки наложила заглушающие чары на свои ноги и бесшумно вышла за дверь. Ни одна половица не скрипнула по пути к спальне мальчиков.
Девушка быстро проскользнула в комнату и, жестом велев парням помолчать, стала накладывать запирающие и заглушающие заклинания. Подумав немного, она добавила заклятие недосягаемости на дверь и антитрансгрессионные чары на всю комнату, после чего махнула друзьям.
- Это что было, Гермиона? – не вытерпел первым Рон.
- Это я сделала так, чтобы нас никто не подслушал, а то, знаете ли, чересчур много любопытных ушей в этом доме, – объяснила Гермиона.
Все трое рассмеялись, и атмосфера стала чуточку менее напряженной.
- Так о чем ты хотела поговорить? – спросил Гарри.
- Ох… да много о чем, на самом деле, – вздохнула она, собираясь с мыслями. – Рон, не обижайся, пожалуйста, что я не рассказала тебе сразу, но я думала дождаться Гарри, а потом эта история с дисциплинарным слушанием… – сбивчиво начала оправдываться девушка.
- Ага, а еще твои постоянные отлучки якобы в библиотеку, – поддел ее Гарри.
- И мои отлучки, да. Про это тоже поговорим, – Гермиона сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. – В общем, после того, что случилось на Турнире, мне было очень тревожно. Теперь, когда Волдеморт вернулся, война фактически началась, хотим мы этого или нет. А учитывая, что мы – друзья Гарри Поттера, вряд ли нам удастся отсидеться на галерке.
Друзья обменялись невеселыми усмешками.
- Поэтому я подумала, что нужно как-то подготовиться, что ли… Мои родители – магглы, любому волшебнику ничего не стоит причинить им вред, и защитить их из Хогвартса я не смогу. Поэтому я изменила их документы и попросила уехать из страны, – Гермиона замолчала, давая тем самым друзьям возможность обрушить на нее лавину вопросов.
- Ты изменила их документы? И как их теперь зовут? – озадаченно спросил Рон.
- Я не знаю. Мы решили, что я не должна знать, чтобы ни при каких обстоятельствах не выдать их, – ответила Гермиона.
- А куда они уехали? – в свою очередь задал вопрос Гарри.
- Я не знаю, Гарри. Потому что…
- Потому что ты не должна знать, чтобы не узнали другие, я понял, да, – перебил ее Гарри. – И как с ними связаться, ты тоже не знаешь, да?
- Не знаю, – опустив голову, проговорила девушка.
- Гермиона, – тихо, почти шепотом обратился к ней Рон, – а как ты их потом найдешь? Ну, знаешь, когда все закончится?
- Если честно, я понятия не имею, Рональд. Но я же волшебница, придумаю что-нибудь, – грустно улыбнулась Гермиона.
В комнате повисло неловкое молчание. Все присутствующие понимали, что, даже если вся история с Волдемортом закончится хорошо, и им повезет выжить, искать магглов, не зная ни имен, ни фамилий, ни даже приблизительного местонахождения – все равно что иголку в стоге сена. Этим решением Гермиона фактически себя осиротила при живых родителях. Парням отчаянно хотелось её поддержать, но нужных слов отчего-то не находилось. Гарри молча притянул девушку к себе, Рон накрыл объятием их обоих.