Фальшивая война (СИ)

- Молли, Артур, – воскликнула профессор МакГонагалл, вскакивая и бросаясь к ним навстречу, – мне так жаль…
- Билл, – прошептала миссис Уизли, увидев изуродованное лицо сына, и метнулась мимо МакГонагалл к его кровати. – О, Билл!
Люпин и Тонкс торопливо встали и отступили в сторону, чтобы позволить мистеру и миссис Уизли приблизиться к Биллу. Миссис Уизли склонилась над сыном, коснулась губами его окровавленного лба.
- Вы сказали, что на него напал Сивый? – встревоженно спросил профессора МакГонагалл мистер Уизли. – Но ведь он не преобразился? Так что же это значит? Что будет с Биллом?
- Пока мы этого не знаем, – ответила МакГонагалл, бросая беспомощный взгляд на Люпина.
- Какое-то заражение, вероятно, произойдёт, Артур, – сказал Люпин. – Случай редкий, быть может, уникальный… Не ясно, как поведет себя Билл, когда очнется…
Молли Уизли отобрала у мадам Помфри остро пахнущую мазь и начала сама покрывать ею раны Билла.
Гарри заметил какое-то движение стоявшей рядом с ним Джинни и взглянул на нее. Чуть сузившиеся глаза Джинни не отрывались от Флер, которая, замерев, вглядывалась в Билла.
Миссис Уизли могла сейчас думать только о сыне. Она заплакала, слезы ее падали на изуродованное лицо Билла.
- Конечно, какая разница, как он выглядит… это н-не так уж и важно… но он был таким красивым мальчиком… всегда таким красивым… и с-собирался жениться!..
- А это еще что такое? – внезапно и громогласно осведомилась Флер. – Что значит – соби’гался?
Миссис Уизли повернула к ней залитое слезами, испуганное лицо.
- Ну… только то…
- Думаете, Билл не захочет тепе’гь взять меня в жены? – гневно спросила Флер. – Думаете, ‘газ его покусали, так он меня и ‘газлюбит?
- Нет, я совсем не об этом…
- И п’гавильно, потому что он захочет и еще как! – заявила Флер, распрямляясь во весь рост и отбрасывая за спину длинную гриву белокурых волос. – Чтобы помешать Биллу любить меня, т’гебуется кое-что пок’гуче какого-то обо’готня!
- Да, да, конечно, дорогая, – торопливо подтвердила миссис Уизли, – просто я подумала, может быть… раз он теперь… то как же…
- Вы думали, что я не захочу за него выйти? – гневно раздувая ноздри, спросила Флер. – Что меня инте’гесует одна его внешность? По-моему, моей к’гасоты вполне хватит на нас обоих! А все эти ш’гамы показывают только, как отважен мой муж! Пустите, я сама! – яростно воскликнула она, отталкивая миссис Уизли и вырывая из ее рук мазь.
Миссис Уизли отпрянула назад, к мужу, и с растерянным видом наблюдала, как Флер обрабатывает раны Билла. Все молчали. Гарри не решался даже пошевелиться. Подобно всем остальным, он ожидал какого-то взрыва.
- У нашей тетушки Мюриэль, – произнесла после долгой паузы миссис Уизли, – есть редкой красоты диадема… гоблинской работы… Я не сомневаюсь, что уговорю ее одолжить эту диадему вам на венчание. Знаете, она так любит Билла, а диадема очень пойдёт вашим волосам.
- Спасибо, – чопорно ответила Флер. – Уве’гена, это будет к’гасиво.
А через миг – Гарри не успел даже заметить, как это произошло, – две женщины уже плакали, обнимая друг дружку.
- Видишь! – произнес сдавленный голос. Тонкс гневно взирала на Люпина. – Она все равно хочет выйти за него, пусть даже он и искусан! Ей наплевать на это!
- Тут другое, – едва шевеля губами, ответил напрягшийся вдруг Люпин. – Билл полным оборотнем не станет. Это два совершенно разных…
- Да мне-то что, какое мне дело? – воскликнула Тонкс, хватая Люпина за отвороты мантии и встряхивая его. – Я миллион раз говорила тебе…
Вот тут-то все детали, которые раньше замечал Гарри, встали на свое место. Тонкс была влюблена в Люпина!..
- А я миллион раз говорил тебе, – произнес Люпин, стараясь не встречаться с Тонкс взглядом, – что я слишком стар для тебя, слишком беден… слишком опасен…
- Сколько раз я тебе повторяла, Римус, ты ведёшь себя просто смешно, – объявила миссис Уизли через плечо Флер, которую она продолжала гладить по спине.
- Ничего не смешно, – не сдавался Люпин. – Тонкс заслуживает кого-то помоложе и поздоровее.
 
- Да ведь нужен-то ей ты, – сказала, слабо улыбнувшись, миссис Уизли. – И в конце концов, Римус, человек молодой и здоровый вовсе не обязательно навсегда таким и останется.
И она печально повела рукой в сторону лежащего между ними Билла.
- Сейчас… сейчас не время говорить об этом…
Больничная дверь распахнулась снова – вошел Хагрид.
- Я все сделал, профессор, – сообщил он. – Мракоборцев под воротами Хогвартса уйма была, войти не могли. Ну так я пустил… они этих-то забрали. Оборотня и того, второго… Профессор Спраут отправила детишек по постелям. А профессор Слизнорт сказал, что сообщил в Министерство, хоть они сами как-то узнали, не зря ж понабежали…
При упоминании мракоборцев Гарри как током ударило.
- Профессор МакГонагалл! – воскликнул он, – мы должны немедленно рассказать им о Гермионе! Если она нужна была им живой, значит, её еще можно спасти! Мы должны найти её!
- Гарри, – Минерва поджала губы, подбирая слова, – мы, конечно, поговорим с ними и все расскажем, но…
- Она не могла так просто сдаться! – Гарри почти кричал. – Я знаю, Гермиона жива, и мы должны спасти её!
- Никто не знает, где скрываются Пожиратели, – тихо сказала Тонкс.
- И что?! – гневно вкричал Гарри. – Она спасла Дамблдора, увела их отсюда, и мы вот так просто её бросим?!
- Вам нужно успокоиться, Гарри, – мягко сказала МакГонагалл. – Я уверена, Северус поможет выяснить, что с ней. А пока пойдемте, поговорим с мракоборцами и представителями Министерства. Сейчас мы все равно не можем сделать большего.
Гарри неуверенно кивнул, признавая ее правоту, и вдвоем они покинули больничное крыло.
 Комментарий к Глава 73. Глава почти полностью повторяет канон, я знаю, но не смогла удержаться: обожаю то, что произошло в ней между Люпином и Тонкс. Да и надо же нам было узнать, что там случилось за пределами башни :)
====== Глава 74. ======
Гермиона чуть покачнулась, удерживая равновесие после резкой трансгрессии. Беллатрикс прошла вперед, а её грубо подхватили под руки Малфой и Кэрроу.
Веревки, наколдованные Пожирательницей, гриффиндорка сбросила еще в суматохе побега. Чтобы не привлекать внимания раньше времени, она наложила уже собственное Инкарцеро на руки, и, как ни в чем не бывало, продолжала путь.
И теперь она стояла на краю слабо освещенной неверным лунным светом пустоши, безоружная, связанная, сохраняя бесстрастное выражение лица. Малфой-мэнор ненаносим, и кто знает, с какого расстояния его может увидеть обычная пленница – поэтому высившуюся неподалеку темную громаду четырехэтажного особняка гриффиндорка старалась не замечать. Внутри словно работал метроном, размеренными щелчками приводя в порядок все её мысли и эмоции.
Половина дела была сделана, если не больше.
Гермиона еще раз умозрительно пробегалась по событиям минувшего вечера, мысленно ставя галочки в списке уже реализованных пунктов плана.
Дамблдор остался жив, Пожиратели покинули Хогвартс, и, хотелось бы надеяться, не оставили после себя жертв. Беллатрикс взяла на себя ответственность за невыполненный приказ, так что и Драко, пожалуй, в безопасности. Теперь нужно только подождать, пока её предъявят Волдеморту в качестве трофея, и сразу же сбежать. Никаких дуэлей, никаких геройств – просто трансгрессировать прочь отсюда при первой же возможности. Дальше пусть они здесь сами разбираются, да хоть поубивают друг друга – её это не касается, а Малфою должно повезти. Только бы действия зелья удачи хватило – это все, что им обоим было нужно. Просто еще немного удачи.
Её сопровождающие бесцеремонно потянули девушку вперед, а кто-то грубо подтолкнул в спину, направляя к неширокой тропе. Вдоль тропы шли слева низкие кусты дикой ежевики, а справа – высокая ухоженная живая изгородь.
Они повернули направо, на широкую подъездную дорожку, в которую уперлась тропа. Живая изгородь, повернувшая вместе с ними, вскоре оборвалась у высоких кованых ворот, преградивших им путь. Однако никто не замедлил шага: Беллатрикс подняла в подобии приветствия левую руку, и вся группа прошла сквозь темный, словно обратившийся перед ними в дымку тумана, металл.