Дороги (СИ)

В ворохе сбившихся в кучу машин, выделялся угловатый изотермический фургон. Осевшая на нем пыль скрыла пеструю рекламу, указывающую его предназначение. Петр добрался до него по мятым автомобилям и стер руками пыль с борта. Машина принадлежала мясокомбинату, производящему колбасы и другие мясные деликатесы. Водителя в салоне не оказалось. Видимо, в момент начала землетрясения, он занимался другими делами. Подушки выстрелили и обвисли на руле и панели белыми тряпками. На полу перед пассажирским сиденьем лежала фирменная термосумка-рюкзак. Петр достал ее и осмотрел фургон с разных сторон. От ударов он лопнул, но ящики с продукцией закупорили дыру. Можно было надеяться, что внутри еще сохранилась достаточно холодная температура, не позволившая колбасе испортиться.
  
— Там есть еда? — Поинтересовалась Марина со стороны.
— Ты же колбасу принципиально не ешь, значит, для тебя нету. — Пошутил Петр. — Соя, что там еще добавляют в нее, мясной клей, растительную клетчатку, красители, рога и копыта, короче, людям это есть нельзя.
— Слышь, ты, благоверный, той Марины, которую ты знал, больше нет. Я теперь не только ем колбасу, но и кровь пью из слишком злопамятных мужчин. Я всегда любила колбасу, но чтобы не казаться белой вороной перед знакомыми подружками, поддерживала миф, что я ее не ем.
— А я все думал, где нам кефир взять с льняным семенем, чтобы нормально накормить тебя. — Петр засмеялся. — М-м, как отсюда пахнет. — Он вытянул через дыру коляску полукопченой колбасы. Обнюхал ее и откусил вместе с оболочкой. — Ничего вроде, еще съедобно. Лови.
Бросил ее Марине. Супруга ловко поймала колбасу и жадно откусила.
— Вкушно. — Сообщила она. — Но надолго не запасемся.
— Поэтому придется лезть внутрь, искать чего-нибудь в вакуумных упаковках или в сушеном варианте.
Он с трудом, с матами разобрал заклинивший затор из ящиков. Колбасу при этом не разбрасывал, понимая, что люди вокруг тоже голодны и надо оставить ее им. Забрался через дыру вовнутрь фургона и долго исследовал содержимое. Катастрофа переворошила груз, смешав продукцию, как в центрифуге. На их счастье нашлись мясные чипсы к пиву в бумажных коробках. Они могли храниться долго при любой температуре. Еще Петр взял несколько вакуумных упаковок копченой грудинки, сало и несколько палок сырокопченой колбасы. Выбрался и пересыпал всё, что собрал в рюкзак.
Марина как раз доела колбасу.
— Спасибо тебе. — Поблагодарила она мужа.
— Это ты нашла фургон. Если тебя не пронесет от такого количества жирной еды, то ладно.
— Не пронесет. Каждая калория пойдет в дело. — Ответила супруга. — Но вот, что я скоро захочу пить, это факт.
Петр увидел, что к ним проявили интерес люди возле разрушенных домов и отправили группу из пяти человек. На всякий случай он проверил пистолет в кармане и стал их дожидаться. Все пятеро были мужчинами.
— Э, привет. — Неуверенно поздоровался один из них, подойдя ближе. — Мы обратили внимание, что вы копаетесь среди машин и решили узнать зачем. — Он потянул воздух носом, учуяв характерный запах копченой колбасы.
— Мы нашли машину мясокомбината и решили, что надо себе взять немного, пока еда не испортилась. — Ответил Петр, не сводя глаз с мужчин.
Они совершенно не проявляли никакой агрессии, просто хотели есть и накормить своих близких.
— А где она?
— Вон, угол фургона из завала торчит. Я там специально колбасу в ящиках рядом сложил, чтобы в грязи не испачкалась. Забирайте всё и другим скажите, иначе пропадет. — Посоветовал Петр.
— Спасибо.
Мужчины торопливо направились к фургону. Марина проводила их взглядом.
— Сделали хорошее дело. — Похвалила она себя. — Даше на душе светлее стало.
— Это калории по крови пошли. — Поддел ее муж.
— Шутник. Мы с тобой поступили, как должны поступать хорошие люди, наткнулись на источник богатства, взяли себе сколько нужно, остальное передали другим.
— Я думаю, многие бы так поступили. Никто не стал бы огораживать фургон и торговать колбасой, когда вокруг столько горя. — Не согласился с женой Петр.
— Хорошие мы с тобой люди, потому и верим, что другие не хуже. — Усмехнулась Марина.
Петр достал палку сырокопченой колбасы, откусил приличный кусок и, указав ею в направлении улицы, произнес:
— Продолжим исход.
Марина, впервые с роковых событий, рассмеялась.
— Ты стал часто шутить. — Заметила она.
— Это отходняк. Реакция на стресс и пережитый страх. Психика через юмор пытается восстановиться. Только не надо смеяться вслух, а то люди не поймут. — Предупредил Петр.
У разрушенного здания стояла скорбного вида толпа, оплакивающая погибших родственников. Рядом с ними возвышались кучи строительного мусора, то что они смогли разобрать руками, но остальное без техники им было уже не под силу. Мариной снова овладела тоска, после того, как она представила, что под завалами медленно умирают люди, которым повезло выжить, но они оказались зажатыми стенами. Медленная смерть показалась ей худшим вариантом, но еще хуже было родным, которые слышали голоса, но не имели возможности помочь.
Марина невольно прибавила шаг, забыв о больных пятках. Ей хотелось скорее покинуть город, его тяжелую атмосферу горя, выжигающую душу изнутри.
Ближе к полудню они были в окрестностях МКАДа. Тектоническая волна сбросила машины с дороги, собрав их в пестрый жгут, тянущийся параллельно объездной дороге. Людей здесь было мало. А те, кто встретились, открыто грабили машины, вынимая из них вещи и сливая топливо.
— Началось. — Констатировал Петр. — Мародерят.
— Да кому эти машины сейчас нужны. Я считаю, что люди ведут себя по-хозяйски, запасаются тем, что им вскоре пригодится. — Заступилась за грабителей Марина. — Пить хочу. — Произнесла она неожиданно.
В бутылке остались последние капли. Петр отдал их жене, хотя и сам ощущал жажду. Все-таки соленая колбаса была не лучшим продуктом для их условий. О запасах воды следовало позаботиться в первую очередь. Петр посмотрел на монументальные разрушения дорожной развязки.
— Слушай, а помнишь, мы были два года назад на рынке по ту сторону МКАДа? Там как раз было много невысоких зданий и всяких ангаров, которые могли уцелеть. — Петр почесал голову, полную всякого мусора. — Блин, помыться хочется.
— Помню, мы там Темке канцтовары набирали в первый класс, рюкзак и в приличной кафешке там же пообедали. — Припомнила Марина.
— Надо бы разведать. Местные точно не станут нас ждать.
Они приняли влево относительно дорожной развязки и направились в сторону огороженной коммерческой территории. Их предположения частично подтвердились. Разрушенных зданий оказалось намного больше, чем они ожидали, но были и те, что с виду выглядели почти целыми. Но и людей здесь оказалось больше, чем хотелось. Петр быстро нашел вывеску продовольственного магазина и потянул за собой супругу.
— От меня не отходи. — Предупредил он и на всякий случай вынул пистолет из кармана.
Мародеры выкатывали из магазина полные корзинки продуктов. Забирали все, до чего могли дотянуться. На входе свободных телег уже не оказалось. В темном помещении магазина, лишенного окон и освещаемого в прежние времена исключительно лампами, царила тьма, нарушаемая светом метущихся фонариков. Пространство наполнял человеческий гомон, ругательства и стук врезающихся тележек.
— Нам нужна вода в первую очередь. — Пояснил Петр цель поисков.
Марина вынула из сумочки телефон и включила фонарь. Держась вместе, они вошли в мрачное пространство магазина. Первые же пустые полки дали понять, что рассчитывать на особо позитивные результаты не приходится. Петр прибавил шаг, чтобы успеть поживиться хоть чем-нибудь. Всеобщий ажиотаж придал и их поискам азарта.
  
Народ в первую очередь вывозил продукты всех видов и туалетную бумагу. Полки с бытовой химией пока стояли нетронутыми. Марина схватила мыло и шампунь и бросила в шоппер, добытый в районе касс. Вместо туалетной бумаги они взяли вискозные полотенца и салфетки. В садовом отделе, в котором никого не оказалось, взяли комплект дождевиков и галоши с вставками из кошмы.