Конфетная мама

Долго уговаривать детей не пришлось. Через минуту все были готовы.
Марута набила карманы конфетами со вкусом апельсина, Маркус положил помидорных пряников, а Эмилия, пригладив непослушные волосы, распихала по карманам ириски со вкусом морской воды. Собака Селёдка первой выскочила за дверь – так ей не терпелось прогуляться по улицам любимого города.
– А давайте сходим в парк! – предложил Маркус.
  
– Идём, – кивнула мама. – Там продают солёное мороженое, я его очень люблю. Маркус, сходи в мастерскую, позови папу – пойдём гулять все вместе.
Папа вышел из мастерской весь перепачканный краской. Одна кисточка была за ухом, другая в левой руке.
– Я начал работу над новой картиной, – гордо сообщил папа Ивар. – Уверен, эту картину покупатели оторвут у меня с руками.
Дети и Конфетная мама вошли в мастерскую, чтобы посмотреть, над чем трудится папа.
– Что это? – спросила рыжая Марута.
– Зебра. – Папа показал кисточкой на холст.
– А почему она красного цвета? – удивилась Эмилия. – Где ты видел зебру с красно-белыми полосками?
– Я видел красную зебру во сне, – ответил папа Ивар. – Она бежала к реке по африканской саванне. Я проснулся и решил её срочно нарисовать. А завтра рядом с этой зеброй я ещё нарисую синего бегемота.
Папа Ивар быстро переоделся в чистое, и вся семья Муценек направилась в сторону парка. Они прошли сквозь Шведские ворота, мимо Дома с котами, обогнули с левой стороны церковь Святого Петра, затем – городскую ратушу.
– Р-р-гав, хозяйка, смотри: опять эти двое, – прогавкала Селёдка.
– Какие двое? – не поняла Конфетная мама.
– Усатый и бородатый, – ответила Селёдка. – Р-р-гав, вон, идут впереди нас. Р-р-гав, они мечтают кого-нибудь ограбить.
Конфетная мама присмотрелась и увидела, что чуть впереди в самом деле шли и о чём-то оживлённо спорили двое утренних посетителей.
– Ты что, с Селёдкой разговариваешь? – удивилась Марута.
– Да, – кивнула Конфетная мама. – Сегодня утром, надев носки, я стала понимать собачий язык.
– Ого, здо́рово! – обрадовался Маркус. – Спроси у неё: куда она спрятала мячик для тенниса? Вторую неделю найти его не могу.
– Р-р-гав, – тявкнула Селёдка.
– Он лежит под твоей кроватью, – перевела с собачьего на человеческий язык мама.
– Р-р-гав, пойду послушаю, о чём они говорят, – сообщила собака хозяйке. – Не нравятся они мне, чувствую, что-то недоброе замышляют.
Не успела мама ничего сказать в ответ, а Селёдка уже бежала со всех лап вперёд, обгоняя прохожих.
А два друга – бородатый Бруно и усатый Марио – продолжали о чём-то оживлённо спорить.
– Между прочим, многие талантливые люди предпочитали носить именно усы, – уверял друга усатый Марио. – Писатели, художники, учёные, артисты.
– Кто же? – усмехнулся в бороду Бруно.
– Например, всемирно известный художник Сальвадор Дали носил красивые усы, – тут же ответил Марио. – Его усы знают во всём мире.
– А ещё кто? – спросил Бруно.
– Знаменитый писатель Марк Твен, – тут же вспомнил Марио. – Говорят, он очень гордился своими пышными усами.
– Да, – согласился Бруно, – усы у него в самом деле были красивые – я видел его фотографию в книге.
– А ещё усики Чарли Чаплина, – продолжал вспоминать Марио. – И учёный Альберт Эйнштейн тоже носил шикарные усы. Кого ни возьми, все любили усы.
– Это верно, но бороду носили философ Сократ, художник Леонардо да Винчи, писатель Жюль Верн и учёный Чарлз Дарвин! – сердился Бруно. – Их бороды знает весь мир.
– Борода растёт сама по себе, а за усами нужно ухаживать, – продолжал спорить Марио.
– Ничего подобного! – кипятился Бруно. – Бороду необходимо каждый день мыть специальным мылом, аккуратно стричь, мазать маслом, потом тщательно расчёсывать и завивать специальными горячими щипцами.
– Ну хорошо, хватит спорить, – решил прекратить разговор Марио. – Мы же с тобой друзья, не будем ссориться из-за ерунды.
– Верно, мы друзья, – кивнул Бруно. – Мы же дружим с самого детства, когда у тебя ещё не было усов, а у меня не росла борода. Хорошо, что о нашей дружбе не знают наши усатые и бородатые товарищи.
– Мы на людях будем делать вид, что незнакомы друг с другом, – согласился усатый Марио.
– Друг, скажи, о чём ты мечтаешь? – спросил Бруно, усаживаясь на лавочку в парке. – Я, например, хочу больше никогда в жизни не работать, а лишь целыми днями сидеть на балконе, пить кофе и расчёсывать себе бороду.
– О, я тоже об этом мечтаю! – ответил Марио.
– Что, пить кофе и расчёсывать мне бороду? – удивился Бруно.
– Никогда больше не работать, – пояснил Марио.
– А, ясно, – кивнул Бруно.
– Тебе твой шеф поручил пробраться в городской музей и нарисовать Сальвадору Дали бороду на портрете? – спросил у друга Марио.
– Ага, – кивнул Бруно. – Председатель нашего Братства бородачей мечтает разозлить ваш Союз усачей.
– А мой шеф поручил мне пробраться в музей и смыть скипидаром бороду на портрете Ван Гога, – вздохнул усатый Марио. – Мне даже вручили отмычку от всех дверей. Мы с тобой можем завтра вместе пробраться в этот музей и сделать то, что нам поручили.
– У меня есть идея получше, – решительно заявил Бруно. – Раз у нас есть отмычки, мы не станем уродовать эти великие картины.
– Как это? – удивился Марио. – Нам же приказали их испортить.
– А зачем нам их портить, когда мы с тобой можем их украсть из музея? – усмехнулся в бороду Бруно.
– Украсть, но зачем? – удивился Марио.
– Уверен, друг, эти картины стоят огромных денег, – ответил Бруно. – Старинные картины всегда дорого стоят, а если художник – знаменитость, то они вообще бесценные. Мы их продадим.
– Точно, и тогда мы сможем больше никогда не работать! – обрадовался Марио. – А нашим боссам скажем, что у нас не получилось испортить картины. Двери не смогли открыть… или ещё что-нибудь придумаем.
– Итак, решено: украдём полотна Ван Гога и Сальвадора Дали, – приобняв друга, произнёс Бруно. – Нам нужно обсудить, как и когда мы это сделаем.
– Давай сегодня вечером встретимся у меня дома и обсудим все детали, – предложил усатый Марио. – У меня есть вкусный чай с мятой, приходи ко мне, как стемнеет. Где я живу, ты помнишь.
– Ты прав, здесь наш разговор могут подслушать, – посмотрев по сторонам, сказал Бруно. – Обсудим всё там, где нас никто точно не услышит.
Друзья-грабители даже не обратили внимания, что рядом с ними крутилась Селёдка, которая слышала весь их злодейский разговор.
– Р-р-гав, – вернувшись к маме и детям, залаяла Селёдка. – Я всё слышала: они хотят ограбить музей и стащить оттуда картины Ван Гога и Дали, хотя я не знаю, р-р-гав, хозяйка, кто это такие.
– Что она говорит? – спросила у мамы Эмилия.
– Это грабители! – перевела с собачьего Конфетная мама. – Они хотят украсть из музея картины Сальвадора Дали и Ван Гога.
– Ого! – Маркус подпрыгнул от радости. – Я ещё ни разу в жизни не видел настоящих грабителей.
– Нужно пойти в полицию! – нахмурился папа Ивар. – Нельзя допустить, чтобы картины пропали из музея.
– Нет! – решительно ответила Конфетная мама. – Я хочу сама поймать грабителей. Я же с самого детства мечтаю стать сыщиком!
  
– Ты хотела быть сыщиком? – Эмилия не верила своим ушам.
– Да, – кивнула Конфетная мама. – Когда я была маленькой, я постоянно читала книги про всяких знаменитых сыщиков вроде Шерлока Холмса или отца Брауна. Я хотела так же, как и они, выслеживать и ловить преступников.
– А я тоже могу быть полезным, – обрадовался папа Ивар. – Если полиция попросит описать грабителей, я смогу нарисовать их портреты. Уверен: с помощью моих рисунков полиция их быстро сможет отыскать.