Лоло (СИ)

Во время его рассказа северяне даже виду не подали, что им хорошо известно о «приходе» Айки. Еще до выздоровления акридца Богдан предложил не открывать ему правду о ночной беседе с Сашкой, и как выяснилось — не зря. И сейчас они дружно изображали удивление, стараясь не выдать себя. И только Сашка, когда Гавран отошел, прошептала Богдану на ухо:
— Я не говорила, что возьму его с собой и все такое…
— Значит, это говорила сама Айка, — серьезно ответил тот.
Эту ночь они тоже провели в лесу, а с восходом солнца двинулись в путь. Гавран быстро восстановился после болезни и снова возглавил отряд. Шел пятый день знаменательного похода. Из-за змей путники потеряли немало времени, поэтому шли быстро, максимально сокращая остановки.
Утром Денис снова проснулся от кошмара. Сначала Лоло показала ему яркие моменты из детства, родителей, дом. Потом вдруг резко вернула в сумрачный лес, где все так же недвижимо лежал Марк. Вокруг тела его теперь кружили большие жирные мухи с выпуклыми шоколадными глазами. После этого они с Лоло переместились в центр острова, и Ден увидел непобедимую армию сирфов в момент атаки многолюдной базарной площади — так, как это было много лет назад.
«Посмотри на них, мой хороший, разве ты не видишь их силу? И это только часть моего войска. В замке, кроме сирфов, есть и другие стражи, и лучше бы вам не встречаться с ними».
Как и в прошлый раз, крылатая дева требовала, чтобы он привел своих друзей-северян на поляну. И клятвенно обещала открыть заветные врата и вернуть их всех домой. В этот раз обошлось без вещественных доказательств. Но в правдивости видений Дена и так никто не сомневался.
По дороге Денис рассказал свой сон товарищам. Гавран в ответ только усмехнулся:
— Похваляется своим воинством, потому что сама боится.
— Что ж она не натравит на нас своих крыс, пока сирфы в спячке? — спросил Ден. — На этом бы все и закончилось.
— Крысы охраняют логово королевы. Она никогда не отпускает их дальше окрестных деревень, будто на длинном поводке держит. Думается мне, на большом расстоянии от замка власть Лоло над грызунами слабеет. С сирфами все по-другому. Может, потому, что они тоже бабочки, не знаю…
— А что там говорилось в пророчестве? — спросил Костя. — Можешь напомнить?
Гавран кивнул и торжественно произнес:
— Придут шестеро молодых иноземцев, и чудесная сила, сокрытая в земной тверди, поможет им освободить остров. И падет дева от меча иноземца. И откроются врата в далекий неведомый мир, чтобы вернуть шестерых обратно.
— Сила, сокрытая в земной тверди… — повторил Костя. — Что это может быть?
— Время покажет, — коротко ответил акридец.
Еще два дня и две ночи пути прошли относительно спокойно. Под руководством Гаврана северяне насобирали едко пахнущей хмарь-травы, чтобы отпугивать василисков в предгорьях. Заготовили и снадобье от укусов аспидов — отныне его рецепт знали все участники похода.
Денис рассказал старику о странном побочном эффекте змеиного зелья — отсутствии страшных снов. Несказанно обрадованный, акридец предложил ему и впредь использовать лекарство для этой цели. «Главное, не переборщить, — предупредил он, — средство сильное, можно и отравиться». И Ден, принимая по нескольку капель зелья на ночь, теперь прекрасно высыпался, не опасаясь видений с участием Лоло.
За это время путники преодолели большое расстояние. Когда до северных гор оставалось, по словам Гаврана, «не больше пятнадцати верст», появились василиски. Незадолго до этого старик повесил на шею каждому пучок подсушенной пахучей травы для защиты. Теперь друзья страдали о нестерпимого запаха, но, тем не менее, чувствовали себя в некоторой безопасности.
Это было время вечернего привала. Луна мягким серебристым светом озаряла притихший лес. Вся компания расположилась на большой открытой поляне у костра. Кто-то наслаждался ароматным чаем после ужина, а кто-то уже устраивался на ночлег.
Внезапно в дальних кустах раздался подозрительный шорох. Гавран сразу насторожился и сделал знак остальным соблюдать тишину. Затрещали ломающиеся ветки, зашевелились высокие кудрявые папоротники. Что-то громоздкое неумолимо двигалось по направлению к лагерю. Прошло несколько секунд, и из зеленой массы вынырнула огромная продолговатая змеиная голова с двумя заостренными рожками сверху.
 
— Василиск, — одними губами прошептал Гавран в ответ на испуганно-вопросительные взгляды товарищей.
Стараясь не издавать ни звука, старик быстро бросил в костер хмарь-траву. Как было условлено заранее, северяне тут же прикрыли рот и нос лоскутками ткани, защищаясь от ядовитых паров. Посыпались искры, резко пахнущий дым потянулся вверх.
В ярких отблесках костра блеснула гладкая синяя чешуя. Черные выпуклые глаза василиска, затянутые белесой пленкой, невидящим взглядом смотрели впереди себя. Замерев на мгновение, змей раскрыл клыкастую пасть, выбросил вперед длинный, раздвоенный язык, служивший ему обонятельным органом, и сделал им несколько вращательных движений, после чего снова пополз. Он двигался медленно, то и дело останавливался и крутил головой, как будто к чему-то прислушиваясь. Часть туловища василиска все еще была в кустах, поэтому оценить его подлинные размеры не представлялось возможным.
— Он может нас слышать? — прошептала Сашка, обращаясь к Гаврану.
Тот молча кивнул и снова приложил палец к губам. Гавран на своем веку повидал немало аспидов-василисков. Этот змей ничем не отличался от своих собратьев. Будучи совершенно слепым, он, при помощи сверхчувствительного обоняния и острого слуха с большого расстояния обнаружил присутствие людей и начал преследование. Запах ядовитой травы не дал василиску сразу броситься в атаку, вызвав заторможенность и некоторую потерю ориентации. Но сильный голод и жажда крови влекли змея вперед, поэтому медленно и осторожно он продолжал двигаться к костру.
Гавран забросил в огонь еще одну партию травы, и дым заклубился с новой силой, окутывая поляну одуряющим черным туманом.
Василиск, переставший улавливать человеческий запах, опустил голову к земле и застыл на месте. Остроконечный язык, завернувшись, втянулся обратно в разверстую пасть.
В этот момент Гавран, резко метнувшись к змею, нанес ему несколько мощных ударов мечом в то место, где огромная голова переходила в туловище.
— Свет к свету! Исчезни во мраке! — услышали северяне знакомые слова.
Страшно зашипев, василиск попытался скрыться в кустах, но Гавран настиг его и нанес последний сокрушительный удар. Чудовище дернуло наполовину отрубленной головой и затихло. Все произошло в считанные секунды, и никто из северян не успел прийти акридцу на помощь. Как выяснилось, он в ней и не нуждался.
Отвернувшись от поверженного монстра, Гавран закашлялся и долго не мог остановиться. Только несколько глотков воды, принесенной обеспокоенными друзьями, остановили этот приступ. Но и сами северяне, надышавшись дыма от спасительной травы, чувствовали себя не лучшим образом — в горле у всех першило, глаза слезились, губы жгла едкая горечь. Но все это казалось сущей ерундой в сравнении с тем, что их могло ожидать при ином исходе дела. К счастью, трава, исполнив свою роль, скоро прогорела, и друзья смогли снять повязки и вдохнуть полной грудью.
— И не говори после этого, что ты не воин! — заявил Костя, с восхищением глядя на старика, когда все шестеро снова уселись у костра.
Гавран с грустной улыбкой покачал головой, прокашлялся и ответил:
— Я не воин, а земледелец, дети мои. Но руки эти привыкли к тяжелой работе, вот и кажется, будто я заправский рубака. Мне больше по сердцу плуг с бороной, чем всякое оружие. Оно несет смерть, а это противно самой природе.
— Не стоило тебе одному со змеем биться, — высказался Денис. — Мы-то здесь для чего?
Гавран похлопал его по плечу и сказал примирительно:
— Этот змей был трусоват, к тому же одурманен ядом. Поверь, я точно знал, что делаю. Иначе позвал бы вас.
Денис только пожал плечами.