Барин 2 (СИ)

— Старший брат ее отца Федора.
— Послушайте, я не привык ходить вокруг да около… в общем, хочу жениться на Аглае. Предупредите ее родителей…
Прохор застыл и слега потряс головой, будто не верил услышанному.
— Андрей Иванович… я все понимаю. Но как же это… милый мой человек…
— Ты будто и не рад, Прохор Петрович? Женюсь на твоей племяннице. Теперь она будет барыней…
— Но поймут ли вас люди, одобрят ли такое решение… случай-то весьма необычный.
— Да мне-то что? Не собираюсь я под всех подстраиваться, всем не угодишь… Люблю я Аглаю, и она меня тоже любит…
— Врать не буду, ошарашили вы меня, Андрей Иванович…– вздохнул Прохор.– Будто кувалдой по темечку вдарили. Скажите, это и вправду не шутка?
— Не шутка. Обязательно предупреди родителей Аглаи…
— Конечно же, завтра и съезжу в Березкино…– кивнул Прохор.– Андрей Иванович, я еще одну новость хотел вам сообщить.
— Какую?
— Митяй Трошкин пропал. Уже три дня не могут нигде найти. Это тот самый мужик, неудачный поджигатель, что нам про молодчиков на Выселках донес…
— Может еще отыщется…
Прохор вздохнул и пожал плечами.
В душе у меня закралась тревога. Если Гарин вычислил моего информатора — он наверняка мог пойти на что угодно. Неужели этот подлец настолько съехал с катушек, что приказал устранить Митяя Трошкина? Пожалуй, это уже переходило все мыслимые границы дозволенности…
  
Глава 10
 
Начало июня выдалось жарким. Сегодня с самого утра парило, небо молочно-ясное, без единого облачка. В беседке мы завтракали втроем: Прохор Петрович, ротмистр Вахрушев и я. Аглая уже напекла свежие румяные пирожки к чаю, вынесла маленькие пиалы с душистым медом.
— Егор Сергеевич, — произнес я.– Вчера бригадир подобрал четверых парней в охрану. Нужно обучить их хорошо стрелять.
— Обучим, Андрей Иванович. Натаскаем охрану, теперь на ваш завод ни одна мышь не проскочит…
— Будем надеяться…
К воротам подъехала гремящая тарантайка. Пес сразу протяжно залаял.
— Это еще кто?..– нахмурился Прохор.
Приоткрылась калитка и во двор осторожно заглянул худощавый чернявый парнишка в мешковатой рубахе.
— О… Лексей пожаловал, племяш мой…– удивился приказчик.
Парнишка вежливо поклонился:
— Здравствуйте! Барин, мне бы с сестрой Аглаей потолковать…
Девушка уже заметила брата и спешила навстречу.
Они пошептались за воротами, и вскоре вернулась встревоженная Аглая:
— Андрей Иванович, отпустите в Березкино на денек. Мама прихворала…
— Одну не отпущу…
— Андрей Иванович, давайте с Аглашкой съезжу,– предложил приказчик.– Заодно побеседую с ее родителями, о нашем вчерашнем разговоре…
— Хорошо. Поезжайте, Прохор Петрович…
Как только тарантайка уехала, я задумался. Прошли уже сутки, а от полковника Кудасова пока никаких вестей. Что мне делать вечером? Шкатулку отдавать я не хотел, но и подставлять жителей усадьбы под стволы тоже нельзя.
Ротмистр заметил мое беспокойство:
— Андрей Иванович, не волнуйтесь. Думаю, до обеда мы получим весточку.
— Барин! — быстро подошел Тихон.– Давайте на огороде, вдоль плетня, гороха побольше посеем, он и плетется, и землицу удобряет… а за баней лучше тыкву…
— Иди отсюда, фетюх! — прикрикнул ротмистр.– Мы тут дела государственной важности решаем…а он со своим горохом и тыквой!
— Тихон, сажай чего хочешь…– махнул я рукой.– Ты мне лучше скажи, дружочек, почему ружья боишься? Стрелять не учишься?
— Страсть боюсь, барин… Я когда еще мальцом был, меня сосед-дурак из ружья напужал… я даже портки тогда обмочил, до сей поры испытываю страшную неприязнь к оружию…
— А если супостат какой полезет? Как думаешь семью защищать?
— Возьму топор или вилы… в умелых руках все в дело пойдет…
— Ладно, иди уже, огородничай, тюля…
Я решил и вправду еще немного подождать. Вестовой из Тимофеево примчался ровно в десять. Передал запечатанный конверт и сразу уехал. Я присел на ступеньки и нетерпеливо вскрыл конверт.
' Андрей Иванович, сегодня вечером обязательно идите на встречу к мосту. Но шкатулку пока не отдавайте, обязательно требуйте аудиенции со старшим. Ничего не бойтесь, они вас точно не тронут. Теперь они будут с вас пылинки сдувать, чтобы завладеть сокровищем. Но один лучше не ходите, возьмите с собой своего друга-ротмистра. Кудасов.'
 
Я показал письмо Вахрушеву.
Интересно девки пляшут… Кудасов не видел эту странную парочку. Кажется, эти люди способны на все… слетят еще с катушек и перестреляют нас в лесу как куропаток, кто знает, сколько там головорезов в зарослях бродит… хотя тогда они и вправду никогда не найдут шкатулки…
Однако, в любом случае, полковник Кудасов серьезно подставлял меня. У оперативников этот прием называется «охота на живца». Интересно, они вообще собираются задействовать своих сотрудников?
— Значится пойдем,– кивнул ротмистр.– Езжайте пока на завод, Андрей Иванович, а я, на всякий случай, оружие к вечеру приготовлю… давайте еще вечером Герасима возьмем.
— Хорошо, — кивнул я.
А почему бы не прихватить с собой еще десяток мужиков для паритета?
Я уже собирался выезжать на завод, когда к воротам подъехал запряженный фаэтон с большими колесами. Довольно редкое средство передвижение в нашей местности. Прибыл солидный господин в новеньком френче, с аккуратной щеточкой усов. Он важно вошел во двор и поздоровался:
— Добрый день, господа. Военный инженер Аркадий Семенович Дягилев.
— Вас губернатор прислал? — вспомнил я.
— Да, прибыл от губернатора Матвея Львовича Кожевникова,– подтвердил инженер и внимательно осмотрел винт Архимеда.– Забавная штука… Господин Никитин, давайте поговорим о ваших идеях по оружию…
Мы прошли в беседку.
— Вы голодны, господин Дягилев?
— Нет. Но от чая не откажусь.
— Андрей Иванович, разрешите я тоже послушаю предмет вашего разговора? — спросил Вахрушев.
— Конечно. Тем более, как человеку военному, вам это будет наверняка интересно…
Я попросил Марфу принести чай, и вынес из кабинета листы с записями и чертежами.
— Посмотрите, Аркадий Семенович, вот характеристики винтовок и их преимущество по отношению к гладкоствольным дульнозарядным ружьям. Прусский инженер Дрейзе еще более десяти лет назад придумал винтовку с затвором в казенной части. Заряжать винтовку можно в любом положении, даже на ходу, что очень удобно в бою. Мое предложение — начать изготовление подобных винтовок и сразу выпускать к ним патроны. Скорострельность винтовки — восемь выстрелов в минуту, а дульнозарядных ружей — один выстрел в три-четыре минуты. Есть разница?
— Существенная,– согласился инженер.
— Со временем нужно переходить на винтовки с обоймой. То есть заряжать сразу обойму из пяти пуль. Отстрелялся — вставил новую…
— Такого еще никто в мире не делал…
— Мы сделаем первыми. Посмотрите чертежи. Я не большой специалист-оружейник, но в общих чертах все подробно описал.
Дягилев показал на чертеж:
— А куда будете закладывать обойму?
— В пазы ствольной коробки. Каждый патрон досылать при помощи затвора. Но патроны должны быть одной маркировки и калибра. Если все рассчитать идеально, пуля будет покидать ствол со скоростью восемьсот пятьдесят метров в секунду…
— Невероятная убойная сила…– покачал головой инженер.
Марфа принесла кипящий самовар и разлила чай по бокалам.
— Вы просто гений, Андрей Иванович! — восхитился Дягилев.
Я слегка покраснел. Не хорошо, конечно, купаться в лучах чужой славы. Славы великих русских оружейников, которые по-настоящему заботились о защите Отчизны… впрочем, не только русских оружейников, но и иностранных, взять хоть талантливого инженера Дрейзе…
— Создание новых винтовок — тщательная и кропотливая работа. Мы должны сделать точные расчеты. Если губернатору удастся убедить военного министра — откроем в Царицыне оружейный завод, выпустим для начала экспериментальную партию новых винтовок, покажем их преимущество военным.