Барин 2 (СИ)
Когда «медведя» вдоволь накупали, девки снова стали в хоровод и затянули красивую песню про лебедушку.
Сзади послышались шаги и я обернулся. С откоса медленно спускался высокий статный мужчина с усиками. У зарослей стоял крепыш и недобро ухмылялся. На всякий случай я проверил нож за штаниной.
Кажется, вечер переставал быть томным.
Глава 9
Незнакомец спустился с откоса и улыбнулся:
— Добрый вечер, господин Никитин!
— Добрый вечер… с кем имею честь?
— Зовите меня Ефим Константинович,– мужчина кивнул. — Не возражаете, если я присяду рядышком?
— Присаживайтесь…
— Хорошо девки хороводят, аж душа радуется…
— Мне тоже нравится.
— А ваша самая красивая, кажется, ее зовут Аглая?
— Давайте ближе к делу, Ефим Константинович.
Мужчина вздохнул.
— Да вы, наверняка, обо всем и так догадались. Нам нужны вещи из шкатулки. Полумесяц и серебряные монеты.
— А вы кого представляете?
— Господин Никитин, лучше не лезьте в это дело…– вздохнул собеседник.– У вас есть поместье, заводик, красивая девушка… вам нужно просто отдать эти вещи, все равно они принадлежат не вам.
Я уже начал догадываться и напрямую спросил.
— Скажите честно, вы эти самые… «сочинцы»?
— Мы бывшие офицеры, и те, кому не нравится существующий строй, многовековая монархия, покрытая плесенью и застоем.
— О каком застое вы говорите?
— Только не прикидывайтесь валенком, господин Никитин. Оглянитесь вокруг. Посмотрите хоть на заграницу. Промышленность в Европе развивается семимильными шагами. Давно изобрели паровые двигатели, мощные линейные корабли, строятся новые заводы. В Англии сейчас отливается почти в два раза больше чугуна, чем во всей огромной России… куда, в какое мракобесие ведет нас царизм? Император Николай думает выиграть войну с этими дряхлыми генералами-кавалеристами и шомпольными ружьями? Или надеется на Пруссию и Австрию, которые первыми же отвернутся от России…
— А что хотите вы?
— Свободного либерального общества. Мирных переговоров и торговых отношений. Конституцию и отречения императора от власти. Но чтобы свергнуть строй — придется пролить кровь. Суровые времена требуют непростых решений.
— Вы забыли про восстание на Сенатской площади?
— Тогда все посыпалось из-за трех предателей. Больше мы такого не допустим. Впрочем, господин Никитин, мы много дискутируем. Нам нужны вещи из шкатулки, с помощью которых мы найдем сокровища «Золотой Орды». Это золото необходимо нам для тщательной подготовки.
— Ничему вас история не учит. Начнете рушить монархию и дробить Россию — сразу появится внешний враг. Наша сила — в единстве. И технический прогресс тоже невозможно развивать через насильственные методы. Для этого требуются другие рычаги воздействия… Ефим Константинович, одумайтесь, пока не поздно…
Собеседник вытащил из кармана серебристые часы, приоткрыл крышку и посмотрел на циферблат.
— Андрей Иванович, вы, конечно, интересный собеседник. Но я не располагаю сейчас достаточным запасом времени. Шкатулку принесете послезавтра. На это же самое место, как только стемнеет. Я прекрасно осведомлен о вашем друге-полковнике из Петербурга. Не пытайтесь устроить нам засаду. Эта местность хорошо просматривается с холмов. В лесу мои люди. Тут даже чужая мышь не проскочит.
Ефим Константинович улыбнулся, слегка растянув губы:
— Сейчас вы, наверняка, хотите задать вопрос, что будет, если не принесете шкатулку… так?
— Верно.
Собеседник заиграл желваками:
— Знаете, иногда даже собственная боль не воспринимается так, когда причиняют боль родным и близким…– он кивнул на хоровод.– Не хочется, чтобы эта красивая девочка превратилась в хромоногую уродину с обожженным лицом… чтобы мы перебили жителей вашей усадьбы, устроили всем смерть страшную, лютую… мои ребята иногда бывают очень вспыльчивыми…
— Вы угрожаете?
— Здесь вовсе не столица и даже не уездный город. Российская глубинка. Люди иногда теряются в лесу или неудачно падают в реку… всякое может случиться, в том числе и с вами…
Собеседник резко привстал.
— И запомните, Андрей Иванович. Вежливо мы просим только один раз. У вас ровно двое суток…
Мужчина быстро поднялся на склон и вскоре эта странная парочка исчезла в зарослях.
Я сидел на берегу и размышлял. Может отдать «сочинцам» эти ключи к сокровищам? Полковнику Кудасову сообщить, что просто не было выбора, они пистолет к голове приставили, пообещали всех перебить. В конце концов, я не железный герой и не супермен. К тому же на кон поставлена не только моя жизнь, но также жизнь Аглаи и всех обитателей усадьбы. Что мы сможем сделать, если однажды ночью в имение ворвутся четверо или пятеро стрелков? Речь ведь идет о нескольких тоннах золота, под такой серьезный хабар можно подготовить любые ресурсы, хоть сотню солдат пригнать…
Но с другой стороны, отдам я им эти ключи к сокровищам. Заберут они золото, купят оружие, взрывчатку, устроят революцию или гражданскую войну, прольются реки человеческой крови. Какой же я буду тогда последней сволочью, позволив радикалам и террористам завладеть сокровищами…
Но я все же чувствовал, что Ефим Константинович — не главный, всего лишь бригадир, а управляет всем — загадочный мистер икс, пожелавший пока остаться неизвестным, тот, у кого оставшаяся часть карты и половина ключа…
Пока я раздумывал, совсем не заметил, как девки закончили водить хороводы и заливали костер на берегу. Аглая уже возвращалась по мостку. Я встретил девушку на берегу.
— Ну как погуляли?
— Похороводили, Андрей Иванович, аж дух захватывает…
— Ну все, пойдем тогда домой…
Идти по дорожке вдоль ночного леса было слегка жутковато. Рядом где-то громко ухнул филин, в чаще трещали ветки, будто там бродил медведь или кабан. Дорогу стремглав перебежала лисица с пушистым хвостом, сразу затаившись в зарослях.
Я увидел впереди фигуру и слегка насторожился. Но тут же узнал ротмистра Вахрушева.
— Андрей Иванович, что-то неспокойно стало на душе. Вот решил вас встретить,– улыбнулся ротмистр.
Я заметил на поясе Вахрушева кобуру с пистолетом.
— Егор Сергеевич, увидев ваш грозный вид — все душегубцы сразу разбегутся…– рассмеялась Аглая.
Мне казалось, в лесу за нами наблюдают.
— Ну и хорошо, что встретили,– кивнул я.– А теперь пойдемте в усадьбу, время-то уже позднее…
Когда мы вернулись и Аглая отправилась спать, я решил поговорить с ротмистром в беседке.
— Андрей Иванович, вы слышали что-нибудь про «сочинцев»?
— Конечно же слышал. Тайное общество бывших офицеров, последователей декабристов. Пару человек знал лично, откровенные подлецы. Их вытурили из армии за воровство и избиение солдат-крепостных…
— Недавно полковник Кудасов предупреждал меня, что в Царицыне действует активная ячейка «сочинцев». Они тоже намерены отыскать сокровища «Золотой орды». А два часа назад я беседовал с их представителем в лесу.
— Что⁈ — брови у Вахрушева поползли вверх.
— Требуют послезавтра, как стемнеет, принести ключи к тайнику из шкатулки. К мосту, напротив Березкино. Иначе грозятся всех в усадьбе перебить.
Вахрушев нахмурился:
— Знаю я это место. Там даже засаду невозможно устроить…
Он задумался и потер ладонью легкую щетину.
— Есть только один вариант, правда рисковый. Согласится на встречу, но только с условием, что вместе пойдете к тайнику в курганах. Тем более шифр сейфа знаете только вы. А засаду устроить на Царевских курганах.
— Там они меня и грохнут, как только я отдам им ключи…
— Вдвоем пойдем. Я не думаю, что они придут целым отрядом. «Сочинцам» ни к чему светиться, будет человека три-четыре, не больше. Поскольку за усадьбой следят, отправим с запиской вестового к полковнику Кудасову. Пусть солдаты возьмут в кольцо курганы и ждут сигнала.
— Царевские курганы тянутся на двенадцать верст. Точное расположение дворца хана мы узнаем, только когда полностью составим карту из монет.