Тафгай 5 (СИ)
К примеру, первая пропущенная шайба вышла обидной. Сегодня кроме изменений среди полевых игроков тренерский штаб решился дать отдохнуть Виктору Коноваленко и выпустил в рамку молодого Володю Минеева. Вот Володя с перепугу в самом начале игры и начудил. Защитник Билл Уайт щёлкнул от синей линии, шайба полетела выше ворот, но наш Миней неловко её отбил на свой собственный пятачок, где уже эту шайбу пропихнул в ворота Жан-Поль Паризе.
Зато отыгралась команда очень быстро. Удалили Валерку Васильева, вбрасывание в средней зоне, играя в меньшинстве, выиграл Володя Петров, обыгрался с Борисом Михайловым и щёлкнул с метром десяти. И благодаря грубой ошибке вратаря сборной Канады Тони Эспозито счёт стал — 1 : 1. Затем пошла динамичная обоюдоострая игра с множеством моментов. Причём лично мне казалось, что мы могли бы забросить ещё парочку. Но где-то спижонил Валера Харламов, где-то чуть не хватило удачи Саше Мальцеву, который сегодня играл на правом фланге атаки в пятёрке Александра Якушева. Кстати, всю черновую работу за партнёров выполнял в этом сочетании Сергей Капустин. Хельмута Балдериса сегодня даже не заявили, а я и Боря Александров хоть и сидели в хоккейной форме, но пока были вне игры. И совсем стало обидно под занавес первого периода, когда поймав на колено Славу Анисина, центра нападения третьей пятёрки, канадцы не получив заслуженного двухминутного удаления, убежали в контратаку и с близкого расстояния расстреляли ворота Володи Минеева, сделав счёт — 2 : 1.
— Что за непруха! — Психанул «Малыш», когда в начале второго периода канадские хоккеисты поздравляли Фила Эспозито, а на табло загорелся ещё более неприятный для нас счёт — 3 : 1.
— Михалыч! — Окрикнул я нашего старшего тренера. — Сними ты, за-ради советского спорта, этот пиджак! В первом матче выиграли, когда ты был в одной белой рубашке. Два дня назад, отыгрались и сделали ничью, когда ты остался в одной синей рубашке. Меняй костюмчик! Видишь, какая невезуха?
— Я в приметы твои глупые не верю! — Отмахнулся Всеволод Бобров, но пиджак снял и передал его второму тренеру Борису Кулагину.
Само собой, пиджак старшего тренера был не при чём, но сборная Канады вдруг вместо осторожной выжидательной игры от обороны, ринулась в атаку в агрессивный прессинг добивать нашу команду. И в эти минуты Володя Минеев, второй голкипер сборной, в нескольких моментах показал великолепный вратарский класс! Но кроме этого, нам наконец-то стало везти, канадцы начали мазать из убойных позиций и нервничать. А когда Юра Лебедев получил удаление за подножку. Вместо четвёртой пропущенной шайбы от канадцев я увидел небольшое произведение хоккейного искусства — контрвыпад Валерия Харламова. Я даже привстал с лавки, что бы получше рассмотреть такую красотищу. Ведь Валера улетел с середины поля от двух защитников в красных канадских свитерах, и на одном коньке обыграв Тони Эспозито, сократил разницу в счёте — 3 : 2!
— Я говорю Михалыч, пиджачок-то нефартовый! — Засмеялся я и поздравил, приехавших на смену Валеру Харламов и Бориса Михайлова, который выдал шикарный голевой пас.
Но смеялся я не долго, так как через полторы минуты Пол Хендерсон после передачи Бобби Кларка через половину площадки, вывалился один на один с нашим вратарём и чётким точным щелчком снова довёл разницу в счёте до двух шайб — 4 : 2. Однако и на канадской улице праздник не задержался. Прошло ещё чуть больше минуты и Валера Васильев после передачи Вячеслава Анисина, дальним, но не сильным броском застал врасплох Тони Эспозито, который в этой игре был явно не на высоте — 4 : 3. Хотя, чуть позже, товарищи судьи переписали заброшенную шайбу на Юрия Лебедева, который удачно подставил под бросок клюшку, но заброшенных шайб от этого на табло не добавилось. И наконец ещё через полторы минуты, когда до конца второго периода оставалось совсем чуть-чуть, тройка нападения московских «Крыльев советов» сравняла счёт — 4 : 4. Неплохую комбинацию закрутили Лебедев, Анисин и Бодунов в зоне подуставших профессионалов, и Саша Бодунов чётко выстрелил под перекладину. Оглушительный свист родных трибун обрушился на сборную всех звёзд НХЛ. И простых канадских обывателей можно было понять, ведь последний месяц вся пресса только и писала о победе в три счёта, а тут вышел такой «карамболь».
— Я же говорю Михалыч, пиджачок-то нефартовый! — Поддел я нашего старшего тренера, когда прозвучала сирена на перерыв, и мы потопали в раздевалку.
— Кхе, — кашлянул Бобров. — Минеев четыре штуки мёртвые взял, без всякого твоего фарта! Жарко здесь, вот я и снял пиджак, душно.
— Само собой, — хохотнул я в кулак, хотя если признаться мне было не до веселья. Я отлично знал, что если сейчас что-нибудь не предпринять, такой счёт 4 : 4 и останется гореть до конца игры. По крайней мере, в том будущем было именно так. «Пока профессионалы сами не в своей тарелке, пока их форма далека от оптимальной, нужно их дожимать! Иначе в Москве, куда они приедут сверх мотивированными и подготовленными мы можем вообще все матчи проиграть», — подумал я, взяв в раздевалке кружку горячего чая.
— Чё тебя не выпускают? — Зашептал весь взмыленный Саша Мальцев. — Мне уже по рукам два раза саданули! Совсем страх потеряли черти, лупят клюшками, не стесняясь продажного судейства.
— А он опозорил высокое звание советского хоккеиста, — горько усмехнулся Боря Александров, — вмазал по хлебалу канадским головорезам. А нужно было — скромно потупив глазки извиниться и отойти в сторону. Сегодня политика партии такая, если дали по одной щеке — подставь вторую, дали по второй — суй смело третью…
Защитник Саша Куликов, который сидел слева от «Малыша» толкнул моего юного друга локтем в плечо, так как в раздевалку ввалился весь собой довольный руководитель делегации Георгий Рогульский.
— Молодцы! — Важно рявкнул он. — Вчера говорил с Москвой, товарищи из ЦК вам передают пламенный привет! Главное что вы играете с достоинством и не отвечаете на мерзкие империалистические провокации, как некоторые. — Георгий Михайлович бросил на меня пренебрежительный взгляд, как будто я у него рубль с мелочью месяц назад занял и не отдаю.
— Вопрос можно? — Не выдержал я. — А вы уверены, что правильно интерпретируете пожелания нашей партии? У нас ведь в центральном комитете товарищи прекрасно осознают, что ваши разговоры могут прослушиваться. Вдруг вы сами не правильно поняли намёк, и теперь нас вводите в опасное заблуждение? Мы-то понимаем, что вы хотите как лучше, а вдруг выйдет как всегда? — Я подмигнул чиновнику, улыбка которого медленно превратилась в кривую гримасу.
— В Москве поговорим, в Москве, — пробормотал Рогульский, затем попытался ещё что-то важное и поучительное «толкнуть в неразумные массы», но не найдя подходящих слов и сославшись на неотложные дела, покинул гостевую раздевалку сборной.
— Ты, Иван, либо большой дурак, либо очень умный, — заметил второй тренер Борис Кулагин. — Но поверь моему опыту, с твоим языком, ничем хорошим это для тебя не закончится. Всеволод Михалыч, — обратился Кулагин уже к старшему тренеру, — изменения по составу будут на третий период?
— Пока играем хорошо, — ненадолго задумался Бобров. — Саша Мальцев как руки?
Мальцев поставил на лавку кружку с чаем и, показав свою праву кисть, на которой бугрились два синих здоровых синяка, спросил:
— Михалыч, а ты сам как считаешь?
— Ясно, — пробубнил старший тренер и, почесав затылок, сказал. — Боря Александров готовься, пойдёшь на левый фланг в тройку к Якушеву и Капустину, вместо Мальцева. Мужики, нужно ещё немного поднажать и дожать Канаду, а то к Москве они опомнятся, и пойдёт совсем другой хоккей. Серию надо решать здесь и сейчас! Пошли на лёд!
«Дожимание» Канады в третьем периоде не то чтобы пошло не по плану, но спустя десять минут чистого игрового времени, в котором не учитываются игровые паузы, счёт был прежний — 4 : 4. И когда команды поменялись воротами, лично я мог вспомнить лишь пару опасных моментов у нас и парочку у хозяев ледяного поля. «Как странно ведёт себя «река времени», — подумал я. — Если я не вмешиваюсь в ход событий, то они начинают постепенно возвращаться к своему прежнему руслу. В том будущем третий матч сыграли — 4 : 4, и в этом все идёт к ничейному результату. Значит если меня полностью вытолкают из сборной, то и серия будет проиграна. Возможно, в четвёртой игре вместо нашей победы будет ничья, а в Москве вообще всё пойдёт как в старой истории — одна победа и три поражения, и итоговый проигрыш по матчам — 2 : 3. Хотя может я и не прав, кто теперь это наверняка скажет? Действовать надо, а не тупо пялиться на лёд!».