Богиня на цепи (СИ)

Дита принимала из их рук письма, делала журавликов и запускала в своего властелина.
Рибелиус отбивался неохотно. Перебирал бумаги на столе, делал в некоторых пометки или что-то чирикал на новом листе. Темный маг даже не пытался сохранить порядок. Ненужное он просто отбрасывал в сторону.
Властелин быстро приходил в себя. Обновленная кожа уже не болела. Зато безумно чесалась. И это было гораздо хуже боли. Голову ему перевязывали черной тканью. И Рибелиус отчаянно косил под пирата.
Поймав очередное донесение и оторвав ему крылья, властелин закинул ноги в сапогах на стол и откинулся в кресле. Его ноготь черканул по бледным губам. Обсидиановые кольца ярко сверкнули, отразившись в скучающем взоре повелителя. Носить их было неприятно, но Властелин терпел. Свободный халат распахнулся на груди.
Видимо, даже такая работоспособность была не в духе правителя, так как служанки уже два раза заглядывали вслед за посыльными: «Желает ли, Великий Феос помощи, напитков, еды?»
Властелин отмахивался и нырял в беседы с самим собой
Валерия Фиди, разгребавшая завалы бумаг на столе Гидеона, гневно вздохнула. Она даже не прятала возмущение и усталость. Кабинет только отремонтировали. А он уже превратился в помойку. Попытки Всесильного изображать рабочую деятельность были откровенно смешными. За две дня, что он провел в кабинете, он не прочитал ни одного доклада до конца. Всю работу скинул на управляющую, убив сразу двух зайцев. Теперь у Валерии просто не было времени и сил, чтобы ругать его за неосторожность и волноваться о его здоровье.
Управляющая еще раз перепроверила документы, проморгалась.
– Не надорвись от перегрузок, дорогая Валерия. Он просто пытается меня игнорировать. Но это ненадолго. – Дита подошла к ней, вспахивая ногой ковер документов, и вернула последний лист расходной таблицы. Управляющая скрипнула зубами.
– Вам следует обращаться ко мне: «Кирия Фиди». – Обворожительно улыбнулась Валерия, желая разбить о голову этой занозы пару фарфоровых ваз. «Кто тут тебе дорогая?! Кто тут тебе Валерия?!»– Вы выглядите довольно непривычно в одежде и без поводка.
– Я смотрю, мой ошейник в моду вошел? – Дита прикоснулась к ожерелью на шее управляющей, напоминающему по форме ошейник с кусочком цепи. Она была права. Это стало обязательным аксессуаром для выхода в свет любой дамы в Тэросе. Так же как и шнуровка на рукавах для мужчин.
– Это гораздо лучше татуировок на спине. – Фиди прикусила губу, наслаждаясь покрасневшей мордочкой рабыни.– И использования одежды с чужого плеча.
Страх и смущение Диты вспыхнули так ярко, что грозили поджечь документы на столе управляющей. Дита продолжала носить платья любовницы Властелина. Рибелиус так и не озаботился её гардеробом.
– Я восстановил необычные руны из пентаграммы Марция. – Прервал склоку мужчина. В его голосе сквозило восхищение. – Он настоящий гений! О, это невероятно. Посмотри.
Богиня подавила крик ненависти, обращался Рибелиус к управляющей.
Валерия вынуждена была подойти к властелину. В магии она понимала мало. Но, заменяя Гидеона, была обязана подражать первому помощнику.
Она посмотрела на чертеж и пожала плечами:
– Действительно, очень находчиво.
Всемогущий приподнял брови, и задумчиво потер подбородок двумя пальцами.
– Если даже ты это понимаешь…
– Новые символы тут, тут и тут. – Довольно оскалилась Валерия. Рисунок в башне она выучила наизусть, проверяя работу строителей.
– Да, в теории они увеличивают концентрацию магии по кроям, позволяя стабилизировать проход. Надо же. А Гидеон пошел по другому пути. Он складывал и сочетал руны, а Марций просто доработал имеющиеся… Я смогу пробить дверь в мир демонов и даже, вызвать одного, чтобы запереть здесь. – Рибелиус говорил вслух, получая кивок на каждое предложение. Пальцы пауками бегали по бумагам. – И связать с его помощью наши миры. Его кровь станет проводником магии…
– Так, стоп. – Вмешалась Дита, пытаясь заглянуть в формулы и записи. – Ребята, а давайте не будем вызывать никого на этой неделе? Вы только восстановились!
 
– Ничего ты не понимаешь! Это для спасения мира! – Отмахнулся темный властелин.
– ЭЛИАС! Плевал мир на твоих демонов. Тобой нездоровый интерес движет. Экспериментатор, трёхфто́ристый хлор разложи тебя до молекул! Валерия, и ты туда же?!
Управляющая, делавшая вид, что безумно увлечена перспективами новой схемы, уже записывала распоряжения хозяина. Дита хрустнула пальцами и попыталась перевернуть стол, за которым сидел властелин.
– Ты можешь быть свободна. – Рибелиус придавил локтями столешницу.
– Я. Никуда. Не. Уйду.– Покраснев, выкрикнула Дита. Вырвала лист из-под носа управляющей и разорвала на мелкие клочки. – Не. Дождёшься!
– Мое терпение не безгранично. Не хочешь помогать, так не мешай хотя бы! – Он сжал кулаки, сдерживая искры тьмы, рвущиеся пресечь бунт. Вечно она сопротивляется! Его слово – закон в этом мире!
– Я не дам тебе и капли силы!
– Даже просить не собирался.
Валерия отступила вбок, дабы не попасть на линию огня.
– Приползешь, как миленький!
– Почему ты все еще здесь?! Ты уже порядком меня достала! Убирайся!
Дита задохнулась от гнева. Не для того она провела месяц с цепью на шее, чтобы её вышвыривали за порог!
– Да как пожелаешь, бледнолицый! – Дита вылетела из кабинета, хлопнув напоследок дверью.
У нее даже комнаты своей не было. Она так и жила в покоях управляющей.
Афродита всегда влюблялась легко и быстро. С первого взгляда и до последнего вздоха. Она дарила свою любовь с радостью, открыто и беззаботно. Каждый возлюбленный был для нее единственным. Каждый становился центром её новой вселенной. Она боготворила свою одержимость. Она являлась к тем, кто жаждал нежности, и дарила им счастье. Мужчина, женщина… Для Любви нет запретов.
Но Элиас стал особенным. Его жестокость, отрицание человеческих норм были испытанием для ее созидательной сущности. Он отчаянно отказывался быть счастливым, лелея свое одиночество. И от этого становился еще более желанным.
Присутствие богини рядом воскрешало в нем чувства, возвращало в его мир краски. Оживляло. Она могла заставить его полюбить! Но темный властелин оказался довольно крепким экземпляром. Упорным и бесчувственным. Настолько, что даже после её героического поступка отказывался признать свою влюблённость.
Это ведь обычная схема: спаси парня, получи признание. Почему её повелитель так отчаянно сопротивляется?!
Гордость ее верещала, что необходимо собрать себя в кулак и уйти. Сердце молило остаться. Он слишком настойчиво отказывается от нее. Кто станет выгонять её по своей воле?! От чего он так бежит, если не от своих чувств?!
Если он продолжит свои эксперименты, точно погибнет. С ее благословением, с этими новыми формулами. А если он доведет этот мир до края? Почему интуиция так настойчиво подкидывает мысли о конце света?!
Афродита нашла единственное спокойное место в замке, чтобы прийти в себя. На спине Октавиуса, с безразличием дарившего ей полет к дальним галактикам. Она может протянуть руку и оказаться в любой из них. Но она останется в этом мире. Она хотела Элиаса. Хотела его сердце и душу. Если у этого демона осталось сердце, конечно.
Богиня любви привыкла получать желаемое.
И если у него нет сердца, она создаст для него новое.
  
32. Насыщение
 
На следующее утро она как, обычно, появилась в его спальне. Помогла одеться и позавтракала вместе с ним.
Даже после возвращения в замок Дита не передала заботу о господине управляющей. Валерия Фиди огрызалась, но властелин не стал останавливать богиню, когда та вышвырнула его будущую королеву из спальни.
 
Управляющая, ожидавшая обид с обеих сторон, тихо бесилась. Она видела искры, что бились в их пересекающихся взглядах.
Дита намеренно искала повод лишний раз коснуться повелителя. Прожигала многообещающим взором насквозь. Но руки нежные и теплые не заходили дальше положенного.