Богиня на цепи (СИ)

Старательно пряча растекающуюся по лицу улыбку, девушка поклонилась. Она любовалась повелителем. Тот медленно перебирал пальцами правой руки. Несколько чёрных перстней сверкали, будто подмигивая, при каждом движении. Отполированные идеальные ногти были слегка обкусаны. Указательный палец испачкан в чернилах.
Прозрачные глаза немного прищурились. Феос Рибелиус отличался белыми пушистыми бровями и короткими ресницами цвета снега. Из-под которых на девушку смотрело полное безразличие. Стеклянные, бесчувственные глаза следили за аккуратными движениями служанки, ловя её нервозность и неясное предвкушение. И не ощущая с девушкой связующей нити. Это было странно.
Рибелиус обладал удивительным даром, сводящим его с ума вот уже триста лет: он слышал мысли своего народа. При желании повелитель мог провалиться в самые тайные чувства любого жителя Этрурии, находящегося в его прямой видимости. Раньше, особенно в первое время после создания купола, пока он не научился контролировать свое проклятье, голоса преследовали постоянно. И Рибелиус путал чужие мысли и свои. Но сейчас, спустя столько лет тренировок и самоконтроля, у него не осталось собственных чувств. Всесильному было достаточно эмоций его подчиненных. А от чужих мыслей он научился запираться даже во сне.
Но эта девушка была беззвучной. Мысли служанки были закрыты, намерения не ясны. Обычно нити вожделения или страха опутывали мужчину с ног до головы, стоило женщине взглянуть на него. Его либо боялись, либо хотели.
Единственное объяснение: гостья была из-за грани, и не являлась гражданкой Этрурии.
На ладонях вспыхнули темные искры.
Но, прежде чем повелитель успел сковать лазутчицу в магическую клетку и выхватить меч, на спальню опустился полумрак. Дернулись, погаснув, свечи. Заиграла тягучая, зазывающая мелодия. Девушка одним движением скинула с себя платье и закружилась в танце.
Плавные извивы бедрами, полупрозрачные одежды, не скрывающие, а подчеркивающие аппетитные округлости.
Повелитель стёр магию с ладоней. Убить девушку можно и позже.
Дита же отдалась на волю музыки. Она плыла вместе с аккордами, позволяя божественному провидению работать за нее. Сейчас она была богиней любви и похоти!
Глаза повелителя скользили по ее телу. Они были абсолютно бесцветны. Только чернота зрачка пугала, затягивая на дно бесчувственной души Всесильного. И при этом его глаза приобретали цвет увиденного. В них отразилась розовая невесомость одежд танцовщицы, нежность молодой смуглой кожи, брызги каштановых волос. Длинные, волнистые ленты заполнили зрачки темного властелина сладостью с примесью обещания.
Феос Рибелиус, поглощенный танцем, забыл об обряде и мальчишке, спрятавшимся за кроватью.
Дита, завороженная игрой отражений во взоре повелителя, пропустила два такта. Но последовал мелодичный толчок, тело дрогнуло и снова отдалось танцу.
Девушка предвкушающе улыбнулась. Попался.
– Беги, – шепнула Сэму, а сама перегнулась через стол к повелителю, встречаясь с ним взглядом. Бешеный голод отразился в глубине зрачков повелителя. Её голод.
Молниеносным движением Феос скинул нетронутый ужин на пол. Схватил девушку за ладонь и дернул на себя. Дита оказалась прижата к телу повелителя, приземлившись копчиком на стол. Одинокий бокал полетел на пол, расплескав вино. Ноги её, подчиняясь древнему инстинкту, обхватили Феоса за талию.
Мужчина медленно провел носом от ее ключицы к подбородку.
– Слишком сладко…
Слова утонули в безумном поцелуе, которым Дита наградила темного повелителя. Руками она зарылась в вожделенные платиновые волосы. Стальная прохлада смешалась с жаром кожи. Пряди оказались на ощупь холодными, сухими и жесткими. Все глубже погружаясь в паутину страсти, девушка не заметила, как прозрачная накидка была развязана, лиф стянут к талии, обнажая юную нежную грудь и позволяя пальцам правителя оценить идеальное сочетание формы и упругости.
Неохотно, уже начав задыхаться, искусительница оторвалась от его губ. Перед поцелуем Богини Любви никто не мог устоять: снежный взор мужчины затуманился, расфокусировался, отражения в нем стали мягче и плавней. Алая сладость губ заполнила зрачки целиком. Озорные карие глаза добавили терпкой горечи обожженного сахара.
 
Дита выгнулась, позволяя темному властелину поймать набухший сосок ртом и с силой втянуть в себя. Руки его уже уничтожили панталончики, блокирующие доступ к важному и поглаживали бедра девушки, пальцы проникли внутрь, нащупав самую суть.
– Какой ты … опытный… – шепот Диты оборвался, когда повелитель опрокинул ее на стол и с силой заполнил до пределов. Девушка приподняла бедра, сливаясь с Феосом в едином ритме. А мужчина уже сдавил пальцами, ставший безумно чувствительным, бугорок, и по телу прекрасной незнакомки пробежали тысячи искорок, обещая незабываемую ночь.
Занимался любовью повелитель даже лучше, чем целовался.
– Ты создан идеальным! – выкрикнула, забывшись, Дита. Но Феос был слишком занят углублением своего присутствия в ней. Он исследовал все возможности ее тела, не пропуская ни одного сантиметра нежной кожи.
В какой-то момент глаза повелителя перестали быть бесцветными и ловить отражения. Они засветились алым, угрожающе сузились. Хватка Феоса стала сильнее, а движения жестче и быстрее. При этом он массировал ее спереди, одновременно придавливая к столу. Из повелителя вырвался нечеловеческий рык. Казалось, рук у Феоса прибавилось.
Дита задохнулась от подкатившего экстаза. Вид диких, горящих глаз Феоса возбудил ее до предела и выбросил на вершину удовольствия.
Девушка закричала, извиваясь в сильных руках. И вместе с криком из нее выплеснулась божественная благодать. Та, которую может подарить лишь богиня. Совершенная чистая энергия ринуллась внутрь темного властелина и заставила его прочувствовать пик наслаждения, пробить скалы и выплеснуть благодарность к звёздам.
Феос Рибелиус с хриплым стоном эйфории повалился на девушку.
Дита некоторое время приходила в себя. Потом осторожно переложила мужчину на подушки, раскиданные на полу.
Убрала стальные волосы с лица и поцеловала повелителя в выступающий клык.
– Ты, конечно, гад, но необычный. Интереснейшее творение из возможных…
И потеряла сознание.
  
3. Исчезновение
 
Проснулся Феос Рибелиус на полу. С чувством неадекватной любви ко всему живому, что с ним не случалась даже в далёком детстве или во время великих попоек. И это при том, что он не пил прошлой ночью. Во всяком случае, не помнит, чтобы пил. Что – хуже. А что он помнит?
Видение сладкой искусительницы тут же проникло в мозг. На пальцах заискрилась сырая тьма, дикими всполохами обгладывающая кожу. Рибелиус даже подпрыгнул, стряхивая взбесившуюся магию с рук.
Что произошло?!
Он же не провел вчера ритуал? Или провел?!
Странная девушка, танец... Дикая страсть и бешеное наслаждение в конце. Настолько безумное, что он потерял контроль над собой и принял настоящий облик. Рибелиус бросил неодобрительный взгляд на зеркальное дно перевернутого блюда. В ответ на него хмурился красноглазый демон с кривыми рогами, вздутыми на руках венами и выступающими поверх губ клыками.
Осторожный стук в дверь прервал процедуру самолюбования.
– Что? – рявкнул повелитель.
Дверь открылась, явив служанку с тазом воды для утреннего туалета.
– Повелитель, вы умыться приказали вчера… – старательно пряча глаза, сказала девушка. К сожалению, не вчерашняя нимфа. Услышав тяжелый вздох, служанка подняла глаза, и таз покатился по полу, весело поливая брызгами, разбросанные по полу подушки и еду.
 
– ДЕМОН СОЖРАЛ ПОВЕЛИТЕЛЯ!!! – заорала дурная баба и метнулась к двери.
Движением пальцев Рибелиус заставил её молчать ее и приподнял над полом.
Жаль – не успел блокировать дверь.
Ввалившиеся в спальню, стражники узрели бегущую по воздуху девушку, машущую руками и по-рыбьи хватающую ртом воздух. Повелитель в образе демона стоял посреди своих покоев, сложив руки на голом торсе, и даже не пытался прикрыть наготу ниже пояса. Вчерашний, размазанный по полу, ужин и кляксы разлитого вина добавляли ужасающего сюрреализма.