Богиня на цепи (СИ)
– Лопнет Запретный лес. – Тяжело вздохнул Древний.
– Вам ли не радоваться. – Усмехнулся Рибелиус и повел рукой.
Силуэты магов растаяли. Все, кроме одного. Рыцарь, так и не произнесший ни слова, смотрел в упор на Феоса Рибелиуса. Губы его кривились. Руки сжимали меч.
– Хотел поговорить? – Темный маг сцепил ладони за спиной. Цепь громко звякнула.
– Ты же можешь прекратить эти убийства! – Закричал Рыцарь. – Кому нужна магия, если вы без разбора обрубаете жизни?!
– МЫ, – Рибелиус говорил тихо. Но громче, противника. – Мы убиваем. Ты делаешь то же самое.
– Я не убиваю людей!
– Зато спокойно кромсаешь дикие народы!
– Они дают намного больше энергии! – Рыцарь тяжело дышал под своими доспехами. – И они НЕ ЛЮДИ!
– Что за геноцид? Чем те же русалки хуже людей?– Феос Рибелиус не хотел говорить об этом. Не сейчас. Когда у него появился собственный источник. Ногти впились в бледную кожу. Капелька крови стекла к запястью темного мага.
– У них нет мозга! Они не могут чувствовать!
– С этим можно спорить бесконечно. Мне казалось, мы уже обговорили эти вопросы. А ты все так же возмущаешься. – Выбить бы из него всю эту дурь.
– Я хочу положить конец вашим бесчинствам. – Рыцарь сжал губы в тонкую линию. Послышался скрежет зубов.
– Давай лучше обсудим торговое соглашение? – Феос Рибелиус прикладывал все силы, чтобы не разорвать связь. Но руки сами плели заклинание. Ещё немного и рыцарь задохнется в своих доспехах.
– Мы подпишем его только на моей территории.
– Ты пустишь меня в Замок?
– Я с радостью приму тебя в своем замке. – Великий паладин империи Рыцарей Анк Марций Тантум многообещающе улыбнулся.
– Я с радостью посещу твой замок. – Ответил оскалом на оскал темный властелин, сбрасывая капли крови с рук. Встретиться с ним лично будет интересно.
– Когда?
Силуэт рыцаря стал прозрачней, сила пентаграммы таяла.
– В первый день лета.
– Буду ждать и готовиться.– Пообещал Рыцарь.
– Особенно много ловушек не готовь. Я с подарком буду.
– Буду ждать с нетерпением.
Рыцарь исчез. Рибелиус повалился на пол.
Гидеон тут же снял мерцающую преграду и подбежал к нему.
– Надо отдохнуть. – Вслух сказал темный властелин.
– В оранжерею?
– Да.
– Помочь?
– Сам дойду. – Отмахнулся Рибелиус и медленно встал.
***
Дита неверяще уставилась на огромную морду доисторической черепахи. Древняя рептилия была размером с полноценный одноэтажный дом. Имела каменный панцирь с роговыми наростами, флегматично что– то пережевывала и медленно опускала веки на огромные выпученные глаза, подернутые белесой пленкой. Черепаха была слепа. Складки огрубевшей кожи накладывались волнами друг на друга. Огромные лапы вросли в землю.
Шею защипало. Великий Феос уже забрался на панцирь черепахи и нетерпеливо дергал цепь. Звенья неприятно позвякивали на голой руке.
– Я не полезу на нее!
– Как будто у тебя есть выбор, – хохотнул Рибелиус, натягивая цепь. Ноги Диты оторвались от земли. Она вынуждена была схватиться за роговые выступы и подтянуться на спину рептилии.
В Оранжереи замка цвели цветы и зеленели пальмы. Мелкие разноцветные птички носились под куполом. Такую красоту невозможно было создать руками человека! Но Феос Рибелиус и не был человеком.
– Садись и наслаждайся. – Повелитель лежал между двух самых больших конусов – наростов, одной рукой он гладил черепаху по панцирю, другой перебирал звенья цепи. – Это Октавиус – мой лучший и самый древний … друг.
У темного повелителя Этрурии, грозы соседей, темного мага, убивающего детей – домашний любимец – черепаха. Большая и древняя ЧЕРЕПАХА!
Где дракон, черногривый жеребец, адская гончая с горящими глазами? Змея, на худой конец. Но, старая морщинистая черепаха?! Узнают в империи рыцарей – засмеют! Перестанут в походы освободительные ходить на Этрурию!
– И почему же… черепаха? – Осторожно уточнила девушка, ложась рядом. На спине такого зверя должны стоять города или диск плоского мира. Но никак не валяться темные властелины с голыми подругами.
– Закрой глаза. – Сказал любитель рептилий.
Дита послушалась. Разноцветные звездочки разорвали темноту век. Полетели быстрее, быстрее, обретая очертание галактик. Переместились в сторону, утонув в туманности огромного скопления звезд. Богиня задохнулась от восхищения.
Каким– то образом этот зверь мог транслировать изображение вселенной прямо в мозг окружающим! Откуда в нем такие знания? Как он это делает?!
– Я встретил Октавиуса, когда мне было меньше ста лет. Сколько себя помню, он всегда делился со мной покоем и невесомостью. Только с ним я могу отдохнуть от беспрерывного контроля. – Донеслось до девушки. – Знаешь, насколько тяжело постоянно держать щит от чужих мыслей? Со временем, конечно, это входит в привычку. И без него ты чувствуешь себя голым. Октавиус понимает меня. Он позволяет почувствовать свободу, отпустить границы.
– Ты знаешь, что он показывает тебе? – Дита осторожно нащупала ладонь Рибелиуса, и была тут же поймана в капкан его пальцев. Она перекатилась поближе к повелителю и прижалась к нему всем телом.
– Это то, что находится выше нашего мира. Другие миры, пространства. – Рибелиус удивленно открыл глаза, но сразу закрыл, и не видел, как она кивнула.
Дита же наслаждалась полетом сквозь вселенную и пониманием, неожиданно возникшим между ними.
– Значит, когда ты не против, в твой разум можно проникнуть. – Вывело ее из транса ехидное замечание Темного властелина. Рибелиус подхватил девушку на руки и спрыгнул на землю.
– Значит, это было не свидание, а очередной эксперимент? – Язвительно парировала Дита.
– Мне надо было отдохнуть. – На земле повелитель выдрал небольшое деревце и подсунул под нос любимцу. Черепаха, именуемая Октавиусом, прикусила ствол и принялась флегматично жевать, провожая людей невидящим взглядом.
12. Спасение
– Гидеон, проверь школу. Ее опять штурмуют.
Первого помощника смело с постели. Пока он застегивал высокий ворот рубашки, посыльный уже предупредил конюха, и через три минуты Гидеон с четырьмя охранниками уже мчался к южной крепости, перекусывая пирожками с кактусовым вареньем, которые заботливая Лили подсунула ему в конюшне. Южная крепость находилась в суточном переходе от дворца, на окраине столицы. И учились в ней маги от пяти до восемнадцати лет. Последний раз штурмовали школу больше года назад. Но Гидеон тогда выжег кольцо вокруг крепости радиусом в пятнадцать метров. И этим сильно остудил пыл нападавших. На год, примерно.
В этот раз они пришли ночью, под прикрытием дождя.
«Они надеются, что дождь помешает мне?! – Удивился Гидеон. – Их тела просто гореть будут дольше!»
«А Я посмотрю», – раздался в мозгу насмешливый голос.
Присутствие повелителя придало сил. Гидеон влетел в толпу прямо на коне, разворачиваясь перед закрытыми воротами крепости лицом к нападающим.
Горожане, вооруженные мокрыми мечами и вилами, зашуршали и закричали. Вперед выступил огромный боров, повертел внушительным топором и проревел:
– Мы требуем убрать магов от столицы! Они занимаются запрошенным искусством! И противны Великому спасителю Созо!
«Созо – это новое божество из империи. Не стоит вашего внимания». – Поспешно пояснил для владыки Гидеон.
– Как представитель Феоса Кувентис Рибелиуса, единовластного правителя Этрурии, запретного леса и приграничный вод, прошу вас успокоиться и разойтись по домам. Эта школа находится под защитой Всемогущего Феоса. Мой вам совет: пропадите бесследно, пока есть возможность решить этот конфликт без лишних жертв. – И первый помощник снял перчатки. Черные глаза блеснули под мокрыми стеклами очков. Гидеон не любил дождь.
– А что ты нам сделаешь?! – Пробасил, замахиваясь, боров и долбанул дубинкой.
Легко увернувшись от удара, Гидеон проскользнул вплотную к нападающему и прижал ладони к его огромному животу. Промокшая одежда мигом высохла, коротко вспыхнула, и мужчина живым факелом закружил от стен крепости. Толпа отхлынула от него, открывая невысокого светловолосого юношу, со сжатыми в тонкую линию губами.