Эй, влюбись в меня! Том 2 (СИ)
Сука, как же бесят все эти загадки…
Как и предполагалось, кадр для Ани отозвался обычным системным сбоем в её планшете, а та самая приоткрытая дверь с надписью уже была замазана другой, успевшей подсохнуть кровью.
— Не смотри, братец… — Словно я не знаю, что может быть в той тёмной вонючей комнате, подняв ладошку, рукой протолкнула меня мимо проёма заботливая Катя, до сих пор не смерившаяся с тем, что её любимый брат теперь такой же, как и все другие, — убийца.
Едва вырвавшись из железобетонных каземат секретной тюрьмы, тут же сталкиваемся с неприятным, пропитавшим всё подземное царство плотным дымом, именуемым в здешних кругах «воздухом». От него рябило в глазах, жгло нос и горло, а из-за плотности всё казалось отдалённым и туманным.
— Так быть не должно… — имея представление о жизни на данных уровнях, подняв маску, заявляет Аня. Оглядывая последнюю пару трупов, усаженных у дверей, аккуратно переступает через них. — С вероятностью в девяносто процентов могу утверждать о каком-то местном ЧП на воздухоочистной. Девять процентов на то, что мог произойти пожар на одном из химических заводов…
— А ещё один процент? — нервно спросила у сестры Катя.
— О нём пока лучше не думать… — запуская очередную из своих игрушек в воздух, не предвещая чего-либо хорошего, ответила Аня.
Глава 44
Едкий дым, постепенно заполоняя подземные улицы, становился всё плотнее и плотнее. Число содержавшихся в кислороде опасных химических элементов медленно, но уверенно увеличивалось. Малыми частями в контролируемые государством медиа стали утекать фрагменты подземных взрывов на объектах третьего уровня и примыкавших к нему шахт. Постоянно собиравшая информацию Аня делилась с нами всем, чем только могла, но информации по происходящему всё равно не хватало. Нам требовалось как можно скорее найти мятежников, сопротивление, а после выяснить, что же тут на самом деле происходит. Да вот только где их искать — этих сраных мятежников?
В прошлый раз местом нашей встречи стало поле боя, пред которым на городских улицах развернулись массовые протесты. Теперь же не о каких протестах и речи идти не могло. С каждой пройдённой сотней метров мы всё реже встречали гражданских. Часть из местных, защищаясь допотопными противогазами, растаскивала по домам друзей и товарищей. Другая же часть, которой повезло гораздо меньше, своими бессознательными телами заваливала улицы.
Сначала каждые двадцать метров, потом пятнадцать, десять… И так с каждым шагом, приближавшим нас к центру уровня, потерявших сознание, рухнувших прямо на дороги или у входа в собственную квартиру становилось всё больше и больше.
Очередная женщина, нёсшая на руках маленького ребёнка, не заметив нас в густом тумане, спотыкаясь о валяющиеся под ногами тела. Ослабевшие ноги подкашиваются, и та, едва не падая грудью на своего ребёнка, внезапно для самой себя застывает в воздухе. Поддержав ту щупом, осторожно направляю беднягу ко входной двери. Женщина оглядывается, с губ её срывается тихая благодарность.
— Не трать силы впустую, Алекс. Весь этот уровень и вправду станет Царством мёртвых, если в ближайшее время ничего не предпринять. — Холодные слова Франчески подтолкнули к мысли о том, где могут находиться загадочные спасители. Если повстанцам есть дело до этого города, то проблема подобного масштаба наверняка привлечёт их внимание. Где заварушка, там и воришка… Ровным счётом там же мы встретимся и с профессиональными героями, а также теми, кто ответственен за всё происходящее на уровне.
— Аня, где самый большой воздухоочистной завод? — спросил я.
— В самом центре. И если сравнивать те немногие фото взрывов, попавшие в сеть, то он — одна из первичных целей диверсий, коих я уже насчитала как минимум четыре: воздухоочистное предприятие Нового Сеула, завод по переработке опасных химических продуктов, завод по производству фильтров и контролирующий орган, иными словами мэрия… Судя по вырвавшимся кадрам и времени их публикации, кто-то одновременно нанёс удары не только по критически важной для миллионов человек инфраструктуре, но и по тем, кто был обязан это самое население спасать!
— Бля-я-я-я… На фоне этого даже нападение на академию кажется детской шалостью. Что делать будем? — Острым коготком выбивая искры об броню, попыталась почесать затылок Медоед.
— Э, профессор, профессор… Ты ж не сдох ещё, а? — Пытаясь растолкать старика, дёргала того Катя, но с тем явно было что-то не так. Вколотый Аней адреналин привёл его в чувства лишь ненадолго. Похлопав глазами, мужичок скривился, а затем вновь провалился в сон.
— Что опаснее: пылающий хим. завод или неработающая очистная станция?
— Станция, — в один голос ответили девушки, заставив меня на мгновение испытать стыд.
— Все предприятия на уровне строятся и строились с расчётом на ЧП. То есть даже при критическом загрязнении воздуха очистная станция и фильтрационные центры должны помочь уровню поддержать необходимый для существования человека минимум. Без воздухоочистных степень загрязнения будет только повышаться, от этого станет расти и средняя температура воздуха, что в конечном итоге может превратить весь Новый Сеул в настоящую финскую баню.
— Тогда, если возражений нет, двигаем к воздухоочистной? Уверен, именно за её защиту и возьмутся мятежники, — обратился к девушкам я.
Молчаливое согласие сестёр стало ответом.
— Дайте мне микрофон, и я сообщу вам о положении дел на хим. заводе, — внезапная реплика Лисы каких-нибудь положительных эмоций у членов группы не вызвала. — Да бросьте, я ведь не прошу планшет с вашей геолокацией… Просто приёмник, вам ведь будет нужна информация, и я дам её.
— Отпустить тебя одну, чтобы ты обманула нас опять? Извини, но даже для меня это слишком… — Положила руку на кобуру Аня.
— Если не доверяешь, пусть одна из вас отправится со мной. Вдруг там будут те, кого вы ищите? — Предложение налётчицы казалось одновременно и заманчивым, и подозрительным.
— Разделяться мы точно не будем. — В этот раз показала коготки Франческа. — Не по твоей прихоти так точно.
Взгляд Лисы медленно переместился на меня. Она не врала в прошлый раз, быть может, и сейчас тоже не пытается нас подставить? Подойдя к той поближе, становлюсь напротив. Гляжу глаза в глаза, прямо сквозь разделяющие наши лица стёкла. Моя левая ладонь ложится ей на подбородок, после чего я напрямую ощущаю эмоции бывшего врага.
«Дай нам шанс…» — повторяют про себя оба сознания, и я, без колебаний достав из пояса запасной наушник, вкладываю той в руку.
— Если запахнет жареным, уходи, — произношу я, и та растерянно взмахом отбивает мою кисть, высвобождая свою голову. Без прикосновений чувствую её стеснение, некий дискомфорт, внутреннюю смуту.
Кивнув, не поднимая головы, женщина поворачивается к нам спиной.
— Постой… — Металлический звон недовольного Медоеда останавливает Лису. Слышится мягкий клик механической кнопки пульта-контроллера, а затем с шеи нашего разведчика спадает ошейник.
Рука хвостатой тянется к горлу, прозрачное забрало её маски приподнимается. Надев наушник, та тихонько произносит:
— Цивини, я заставлю тебя об этом пожалеть… — Следующая секунда, и та, притянув меня к себе хвостами, оставляет на стекле моей защитной макси ярко выраженный красный след своей помады. Щёки женщины горят огнём, на лице улыбка, глаза мечтательно закрыты. — Вот он, холодный вкус первой безответной любви. Не знаю, как ты это делаешь, но обещаю, я ещё приду за тобой…
— Руки от его задницы убрала, ведьма… — вытащив из кобуры оружие, рыкнула Аня, и наша новая подруга тут же растворилась в серой токсической дымке подземного города.
Глава 45
Область видимости опустилась практически до нуля. От взмаха руки плотные облака ядовитых испарений расплывались в стороны подобно тому, как расплывается тина в грязном, заросшем болоте. Моя чёрная броня тоже слегка поменяла цвет. Там, где ещё не так давно виднелся хромированный металл, сейчас, переливаясь, изредка поблёскивали маслянистые пятна, поверх которых садился какой-то чёрно-зелёный выхлоп.