Эй, влюбись в меня! Том 2 (СИ)
— Я тоже, — поднявшись с колен, произнёс азиат, протянув мне свою крепкую металлическую руку. — Всё же ты у нас, Алекс, звезда, и кто его знает, когда ещё я услышу нечто подобное от самого настоящего героя… — нервная улыбка и взгляд на мокром месте проступили на лице парня. Сколько бы мы ни братались, ни сотрясали попусту воздуха, это не изменяло того факта, что мы оба боялись. Боялись неизвестного, непреодолимого, того, что нельзя увидеть и можно почувствовать только когда окажешься у самой черты, переступив за которую никогда не получится вернуться обратно.
— Эй, а как же я? Я тоже горжусь тем, что жил с вами! — хватая ртом воздух, негодующе запричитал Блоп. — Эй, Тао, так ведь нечестно, это же мы с тобой лучшие кореша, тогда почему…
Дальнейшие бредни, уколы, шутки прыщавого Блопа мы со Стальным уже не слушали. Тот постоянно скулил, жаловался, говорил о несбыточном. Именно таких, как Блоп, — общительных, эмоциональных и добрых — называли «душой компании», а такие, как я и Тао, всегда тянулись именно к ним, кто чуть слабее нас.
Глава 11
Подпирая спиной стену ученического корпуса, с некой тревогой наблюдал за тем, как толпами от учителей к «провожатым» снуют молодые герои. Невыспавшиеся, взволнованные, с большими сумками и переполненными страхом глазами.
Надежда встретить среди них Ванессу, а вместе с ней и Хлою не оправдалась. Взглянув на время, решил ещё разок прогуляться по Геройской Академии, попутно прощаясь с наставниками, классной комнатой и кабинетами, до которых мы так и не успели добраться. Столько всего ждало впереди: предметы, опыты, испытания и изучение… Я только-только начал понимать своих сверстников, глядеть на них не так, как учил отец (как на жертв и соперников), а как на друзей, союзников, простых мирных жителей, о коих постоянно любил умалчивать.
Прогулявшись по пустующим, вымершим коридорам, заглянул в каждую из открытых дверей — никого. Лишь только в учительской двое неизвестных мне преподавателей шумно обсуждали какие-то свои учительские проблемы.
Ещё раз взглянул на телефон. Мои сообщения оставались по-прежнему непрочитанными. Полный игнор, как сказала бы Хлоя. Едва я только сунул гаджет обратно в карман, как вдруг, слегка щекоча нервишки, меня окликнул знакомый голос:
— Ещё не уехал?
Посередине длинного пустующего коридора стояла Ванесса. Её красно-чёрный боевой костюм плотно облегал подтянутое тело. Длинные светлые волосы были аккуратно заплетены в хвост. Маску девушке заменяла чёрная смолянистая полоса, проходившая вдоль глаз.
— Как видишь, — разведя руками, отозвался я. — Где Хлоя?
— Уже с Оркестром*, — коротко ответила блондинка.
— Повезло…
Оркестр являлся весьма популярным и, можно даже сказать, по-настоящему знаменитым агентством. Множество героев в молодости начинали именно с этой группы. Благодаря поддержке СМИ те раскручивались, находя выгодные предложения как на поставку более современных гаджетов, так и на подписание рабочих контрактов. Отец называл оркестрантов хорошими шоуменами и любителями наваливаться числом, однако из его уст это звучало скорее как похвала. Ведь там, где работали эти ребята, и разрушения всегда были минимальными.
— Я б так не сказала, — в голосе Ванессы чувствовалась угроза. Блондинка вновь что-то недоговаривала. Глянув на часы, решил чуть ускорить процесс нашего с ней разговора. Пустив к той два щупа, намеревался силой проникнуть ей в голову. Но лишь только мне удалось зацепиться за её костюм, как девушка без колебаний вытащила пушку.
— Алекс, ты же знаешь, что я такое не люблю. — Вновь увидел этот взгляд. Такой, каким она некогда глядела на тех, кто ей очень не нравился. Осмотрев её новое оружие, заметил те изменения, что сам некогда и порекомендовал. Стволы её парных пистолетов стали длиннее, а значит, что вполне возможно, и скорость полёта пули, а вместе с ней и бронепробиваемость возросли. Только вот зачем она их достала?
Последний вопрос отпал сам собой, когда та приставила пушку к башке и произнесла:
— Убери свои тентакли, или я вышибу себе мозги…
— Всё-всё… — Моё желание побыстрее понять, что у женщины в башке, чуть не привело к её суициду, а после довольно долгому и болезненному воскрешению. Подняв лапки, попросил ту объяснить, что значит её «я б так не сказала». Только вот Ванесса не любила или, быть может, даже не хотела мне ничего объяснять. Обеспокоенность, некая неудовлетворённость нашей с ней встречей, а также очень подозрительное поведение блондинки ничего хорошего не предвещали.
— Ванесса, что происходит? — не выдержав этой совсем уж затянувшейся молчаливой паузы, негодуя, спросил я.
Но та вместо ответа лишь недовольно качнула белым хвостом, а после, опустив голову, прошла мима меня, обронив лишь одно холодное:
— Ты всё равно ведь не уедешь…
Куда, зачем, почему?! Она точно знала что-то, могла рассказать нечто важное. Возможно, мне кто-то угрожал, возможно, в городе готовился ещё один теракт, и та, общаясь с барменшей, о нём прознала, а возможно… Ещё тысяча «возможно».
Как только я вновь попытался протянуть к ней щупы, психованная оголила свои опасные игрушки.
«Бабы…» — от злости скрипя зубами, двинул на парковку к ожидавшей меня «карете».
Прошло больше суток с момента, когда я последний раз ложился спать. Выпитое этой ночью вино, а также множественные путешествия по городу и сборы чуть истощили мой внутренний запас сил. Разумеется, на моей выносливости это не сильно сказалось, ещё как минимум день я мог продержаться в строю, но СТГ в этом не нуждалось.
Когда я со своим багажом прибыл в филиал, группа уже отбыла на задание, оставив меня на попечение дежурного швейцара Гамбита. Показал мне мою комнату, принявшись инструктировать о том, какой пульт и к чему относится. Тут тебе и пульт от кондиционера, пульт от кинотеатра, пульт от выдвигающейся из стены стойки бара и даже, мать его, пульт от туалета!
В общем, с горем по полам понял что к чему, а после, выпроводив вежливого прислужника, прямо в одежде грохнулся на мягкую двуспальную кровать. Сон никак не шёл, разум напрочь отказывался погружаться в царство Морфея, проецируя печальное лицо Ванессы. Не включая свет, рукой нащупал один из трёх лежавших на прикроватной тумбочке пультов.
Монотонной речью телеведущего затараторил телик. За окном моего нового дома ярким светом нашего главного светила пылал полдень. Непривычно громко шумели тысячи автомобилей, снующих по огромному числу многоуровневых кольцевых дорог. Этот город никогда не спал, а теперь вместе с ним не мог заснуть и я. Ворочаясь, множество раз засыпал, а после, словно ужаленный, просыпался. Всё в этом месте, начиная с кровати и заканчивая чёртовыми пиликающими каждый час часами, меня жёстко напрягало.
Матрас мягкий, сигнал противный, подушка большая, а в комнате слишком ярко и жарко. Проклиная себя, сегодняшний день и всё с ним связанное, стащил с кровати на пол одеяло, затем, переодевшись в спортивную форму академии, разлёгся на полу, заменив подушку более привычной и мягкой тканью, из которой была сделана моя байка. Тень, шедшая от окна, защитила голову от солнечных лучей. Прохладный жёсткий пол хорошо сочетался с толстым и тёплым одеялом. Завалившись на живот и уткнувшись лицом в мой личный «заменитель подушки», даже не заметил, как провалился в сон.
* * *Дежурная комната второй команды. СинглТехникГруп. 18:50 по местному времени.
За столом у пульта наблюдения сидели двое: едва проснувшаяся после ночи Флора Фортун и боец второй команды — Вышибала Путч. Наблюдая через монитор за тем, как спит новичок, Фортуна всеми возможными способами хотела наведаться к тому в гости. Но пока ещё главный на посту Путч стеной встал на пути её «женского счастья».