Попаданка зимнего принца, или Новогодний отбор

Попробовала поехать, преодолевая боль, но было невыносимо, нога подгибалась… Сделала неловкий шаг и позорно плюхнулась на лед. Теперь еще и копчиком ударилась!
— А-а-х! — выдохнули некоторые девушки.
— Так и надо этой задаваке! — очень громко прошептал кто-то недалеко от Мики. И раздались нехорошие смешки.
— Тихо, дамы! — рявкнул Бамбар.
А в следующий миг послышался куда более суровый голос.
  
— Всем оставаться на местах. Не подходите! — бросил Гаронд, мгновенно нарисовавшись рядом с Микой. Просто спокойно и жестко сказал — но так, что никому не пришло в голову ослушаться. Бамбар замер, занеся одну ногу над входом на каток (видимо, собирался спасать Мику).
«Может, Зимний поймет, что это какое-то странное невезение, — подумала Мика. — Может, принц осознает, что я уже умею кататься! Даст еще один шанс в этом конкурсе?!»
Но мысли эти были расплывчатые, растерянные, потому что разум захлестывала прямо-таки режущая боль в ноге и мелкая, неприятная — в области копчика.
— Спокойно, все хорошо, — вдруг послышалось практически у нее над ухом. Гаронд присел на корточки подле нее и говорил как-то даже бархатно. В то же мгновение Мика ощутила, как боль ослабевает. От его голоса, хотя понимала, что на самом деле, он, должно быть, начал применять магию. — Я понимаю, что это не потому, что ты еще вчера не умела кататься, — легкая, уже привычная усмешка. И не противно от нее. — Посмотрим, что… помогло тебе упасть. Но вначале вылечим тебе ногу.
— Ваше высочество, простите, — с благодарностью прошептала Мика. — Чтобы я могла кататься, еще нужно… В общем, я еще спиной ударилась.
— Понимаю, — криво улыбнулся Гаронд и… принялся осторожно развязывать шнурки на Микином коньке. — Сделаю прямо здесь, потому что потом нужно осмотреть, обо что ты споткнулась. Холод от льда я заблокировал, ничего не мерзнет?
— Ничего, — Мика с удивлением обнаружила, что сидит, как кукла, раскинувшая ноги, на льду, но снизу совсем не холодит.
Ничего себе, принц догадался и тут помочь, подумалось ей. Только…
«Только они же все смотрят!..» — пронеслось у нее в голове.
— А-а-х! — в подтверждение ее мыслей снова послышалось со стороны девчонок.
— Романтика! — прошептал кто-то. — Почему я не подвернула ногу?!
— Разговорчики! — бросил Гаронд, незаметно подмигнул Мике, и все стихло.
Вскоре Гаронд осторожно снял с нее конек и очень… ласково взял в руку ее ногу.
Приглушенные «ах» и «ох» все же снова послышались за спиной. А само касание Гаронда было на удивление приятным. Хотя бы потому, что оно напрочь снимало остатки боли.
— Просто очень сильный вывих, — ободряюще улыбнулся Гаронд. — Сейчас вправим!
Мика зажмурилась, представив, что сейчас он особым образом дернет ее за ногу, и на мгновение станет безумно больно. Пару раз ей так вправлял вывихи дедушка — еще в детстве. Запомнила на всю жизнь. Все же Мика было девушкой с Земли, не сразу думала про магию.
— Больно, что ли? — удивился Гаронд.
— Нет, приятно, — честно созналась Мика.
Раскрыла глаза — принц водил ладонью над ее щиколоткой, и по ноге стремительно растекалось приятное тепло.
— Готово, — усмехнулся Гаронд и помог ей подняться. Так и не отпуская ее руку, за которую придерживал, пару раз провел другой ладонью вдоль ее спины, и ушибленный копчик тоже перестал ныть. — Теперь можешь участвовать в конкурсе. Только решим одну маленькую проблему.
Он, наконец, отпустил Микину руку и внимательно осмотрел лед вокруг.
— Вот оно что, — криво усмехнулся принц, и указал на небольшой островок чего-то светло-коричневого, рассыпанного как раз в том месте, где у Мики нога пошла в сторону. — Ты, должно быть, и не заметила, что врезалась ногой в нескользкий участок. Удивительно, что не растянулась, а именно подвернула ногу. Неплохое чувство равновесия.
— Ничего себе! — вырвалось у Мики.
То есть… это была не магия. Но принц прав — ей кто-то помог упасть.
— Дамы, кто это сделал? Кто просыпал древесную пудру прямо возле выхода на каток? И прошу — не стоит вводить нас в заблуждение, будто пудра просыпалась сама из вашего кармана. Насколько я знаю, она выпускается в небьющихся и сложно открывающихся коробочках, — обвел взглядом девушек Гаронд с нехорошей усмешкой. — Леди Пути и номер четыре, подойдите сюда.
Логично, подумалось Мике. Ведь номер четыре откаталась нормально, значит, либо это она, либо герцогиня — и две эти девушки были в сговоре. Номер четыре — Бауресса — знала, где герцогиня просыплет пудру, и благополучно объехала этот участок.
— Но, ваше высочество! — побледнела Пути. — Ведь Бауресса нормально вошла на каток. Должно быть, это случайность! Я ничего не делала! Я вообще никак не причастна к этому событию!
— Это правда, — пристально глядя на нее, сказал Гаронд. — А вы, леди Бауресса, что скажете?
— Ваше высочество! Это не я! Честное слово! — сложила руки в молящем жесте Бауресса. — Поверьте мне, пожалуйста.
— Хм… — Гаронд усмехнулся жестко и неприятно. — И снова — правда, как это ни удивительно. Что же, дорогие дамы, — очень насмешливо оглядел всех. Спокойствие сохраняли, пожалуй, лишь подруги Мики, которые точно знали, что ничего не делали. Остальные опускали глаза, словно каждая была в чем-то виновата перед принцем или Микой. — Я могу снова устроить ментальную проверку всех и каждой — кроме леди Микаэлы, разумеется, которая явно не сама рассыпала эту пудру. Кстати, Бамбар, пусть немедленно уберут это! — сверкнул глазами на распорядителя. — И следует лучше следить за входящими на каток да состоянием льда… Так вот — это возможно. Похоже, это станет нашей ежедневной традицией, какая прелесть! Желаете так? На этот раз в ваш разум проникну я, и, поверьте, буду куда менее снисходителен ко всем… интересным намерениям в отношении меня и друг друга, нежели мой брат. Но прежде… прежде мы проведем унизительный для дам обыск. Ведь коробка наверняка до сих пор в кармане у злоумышленницы. Или где-то поглубже… Желаете так? Или совершившая эту идиотскую выходку сама признается?
Повисла тишина.
— Но виновата лишь одна из нас! Или вообще кто-то другой! — воскликнула одна из девушек.
— Я готова пройти любую проверку, — неожиданно сделала шаг вперед Мара.
— Похвально, принцесса, — криво улыбнулся Гаронд. — Но не все так чисты в помыслах, как вы.
И вдруг раздался отчаянный плач. Неприметная девушка из сторонниц герцогини, пошатываясь, шагнула вперед:
— Это я, ваше высочество! — крикнула она. — Я стояла рядом с катком и высыпала пудру из-за бортика! Вот, посмотрите, эта проклятая коробка! — она дрожащей рукой пошарила в кармане и извлекла на свет Божий небольшую круглую коробочку, действительно напоминающую упаковку для пудры.
— Мила, ты-ы?! — изумленно прошептала Пути. — Но… зачем? Я тебя не просила!
— Да потому что я не могу больше терпеть это! Я и тебе бы подсыпала, змея ты подколодная, только… — и осеклась.
— Хм, — задумчиво поглядел на нее Гаронд. — Только что? Леди Пути, похоже, это вы пригрели на груди змею. И еще, — усмешка, — у вас с леди Микаэлой появился общий враг. Забавно, не находите?
Помолчал, задумчиво глядя на злоумышленницу, потом повторил вопрос:
— Так почему, леди Мила, вы сочли возможным подсыпать пудру на лед, — усмешка на «пудре на лед», уж очень специфически это звучало, — леди Микаэле, но не леди Пути, которую вы только что изволили назвать «змеей подколодной», если не ошибаюсь?
Девушки есть девушки, от насмешливого тона принца они прыснули. К тому же, по правде, никому было не жаль эту Милу. Одно дело злиться друг на друга — другое дело перейти к настоящему вредительству, представляющему опасность для здоровья и жизни другой участницы.
  
— Потому что родовые связи… — пробубнила Мила, опустив глаза. — Мой отец сотрудничает с ее отцом, он приказал мне дружить с Пути.
— Змея поганая! А как мне пела в уши про свою дружбу! Какие комплименты делала! — бросила Пути и демонстративно отвернулась от лжеподруги.