Тень на жатве (ЛП)

— Что ты здесь делаешь, Коул? — резко спрашивает Ашен.
— Искал тебя, — отвечает Коул, останавливаясь в нескольких шагах. Руки засунуты в карманы черных джинсов, из-под темно-серой футболки видны татуированные запястья.
— Что тебе нужно?
В полумраке загораются глаза Коула.
— Ты меня не представишь? — Его взгляд останавливается на мне, в нем любопытство и интерес. Если и есть злоба, она хорошо спрятана, но от его присутствия по телу пробегает волна адреналина. Я стараюсь сохранять невозмутимое выражение лица, пока мы изучаем друг друга, и он улыбается.
  
— Коул, позволь представить тебе Лу. Она помогает мне с делом гибрида. Лу, это Коул.
Коул протягивает руку, и я пожимаю ее. Его кожа кажется обжигающе горячей по сравнению с моей прохладной ладонью. Я чувствую тепло тела Ашена совсем рядом. Его настороженность передается мне, пока Коул держит мою руку в своей.
— Рад познакомиться, Лу. Как тебе в нашем мире? — спрашивает Коул, сжимая мою руку чуть дольше, чем нужно.
Я наклоняю голову и показываю ему жест «так себе». Он улыбается в ответ и наконец отпускает мою руку.
— Что тебе нужно, Коул? — спрашивает Ашен, в его голосе звучит притворная скука и раздражение. Он бросает на меня быстрый взгляд, и я вижу в нем огонь. Замечаю его беспокойство, словно золотые нити, вплетенные в карий цвет его глаз.
Коул подходит к столу и склоняется над телом, всматриваясь в уродливое лицо.
— У меня есть информация, которая может тебе пригодиться, — наступает долгая пауза, пока Коул рассматривает серую шерсть, изгиб морды и форму губ. Он наклоняется еще ближе, и я с трудом сдерживаю усмешку, представляя, как он целует этот отвратительный труп.
Ашен подходит ближе, загораживая меня плечом от Коула. Когда я смотрю на него, то вижу мимолетный проблеск хищной злобы в его глазах, как будто он готов убить этого незваного гостя. Но там есть и страх. Не знаю, боится ли за меня или за то, куда, как он знает, занесет меня фантазия.
— Посвятишь нас в курс дела или мы в «двадцать вопросов» играем? — голос Ашена сочится сарказмом. Коул, по-прежнему нависающий над трупом, неторопливо поворачивает голову.
— Я люблю поиграть, — говорит он, бросив еще один взгляд на мертвого гибрида, а затем, наконец, выпрямляется и поворачивается к нам. — Но сегодня обойдемся без них. Я пришел сообщить, что у твоего Альфы теперь другая стая. Он убил прежнего вожака и теперь сам у власти. Ею была Розария Вайр.
Я бросаю взгляд на Ашена и вижу, как он напрягает скулы. В его глазах вспыхивает пламя.
— Розария мертва?
— Да, их с братом прикончили прошлой ночью. Теперь стаей управляет Семен. Я не знаю, были ли они в курсе его замыслов… Но если раньше и не знали, то теперь им все известно. Они разбежались, а он скрылся, — Коул бросает на меня тяжелый взгляд, и я чувствую, как у меня холодеет внутри. — Но это ненадолго.
Ашен смотрит на меня, и я вижу, как огонь в его зрачках усиливается. В комнате начинает клубиться черный дым, поднимаясь снизу, словно нас затягивает в преисподнюю. Он едва заметно кивает Коулу в знак благодарности. Молодой Жнец лишь пожимает плечами и направляется к двери.
— Берегись, Лу, — говорит Коул, поймав мой взгляд. — Не строй иллюзий, что здесь безопаснее, чем в мире живых. Это опасное заблуждение. — Он бросает быстрый взгляд на Ашена, а затем снова смотрит на меня и иронично салютует. После чего исчезает, растворяясь в сумраке.
— Невыносимый, — ворчит Ашен.
«Не думаю, что он такой уж и плохой», — пишу я, пожимая плечами и показывая ему записку.
— Ты просто его плохо знаешь, — Ашен смотрит на закрытую дверь несколько долгих секунд, словно пытается убедиться, что Коул не вернется, затем поворачивается ко мне. Дым уже рассеялся, но он все еще выглядит обеспокоенным. — Что ты выяснила, говори?
«За два кувшина».
— За два кувшина
«Во-первых, к счастью, он не размножался. Не думаю, что сегодня смогла бы вынести запах гибридной вагины в дополнение к гниющему собачьему члену».
— Согласен.
«Зато я учуяла стерильный запах. Пластырь. Спирт. Однако присутствовал и еще один, очень слабый запах. Глина. Уголь. Пепел. Старые кирпичи. Думаю, его держали на переоборудованном заводе, прежде чем переместить в место, где его нашел Коул».
Глаза Ашена загораются, он ослепительно улыбается, и мое сердце замирает на мгновение.
— Это очень ценная зацепка, Лу, — говорит он, отворачиваясь, чтобы убрать каталку обратно в отсек сорок семь.
«Если пообещаешь сделать еще два кувшина фангрии, я расскажу тебе самое интересное», — пишу я, хватая его за руку, чтобы показать ему записку.
Брови Ашена сдвигаются, а на уголках губ появляется интригующая улыбка.
— И что же?
«А ты обещаешь? Четыре кувшина?» — я кокетливо улыбаюсь, размахивая перед ним запиской.
— Договорились, хотя я пожалею об этом, когда придется тащить тебя домой.
Я одариваю Ашена лукавой улыбкой, представляя эту заманчивую идею. Пишу, поворачиваю записку к нему и наблюдаю, как он читает, заметив, как в его глазах вспыхивает удивление, когда они встречаются с моими.
«Гибрида отравили», — написано там. «Крылом Ангела».
ГЛАВА 18
Я стою перед запотевшим зеркалом и провожу по нему ладонью. Да, знаю, останутся разводы. В этом и смысл. Назову это местью за то, что Ашен упаковал мое белье, но забыл про фен.
Душ, конечно, потрясающий – восемь тысяч чертовых струй, которые смывают с меня запах гибрида. Но он совершенно не оснащен для такой леди-вампирши, как я.
Во-первых, никакого кондиционера. Только шампунь.
Во-вторых, мыло для мужчин, пахнущее так, словно все лимоны мира выжали, смешали с древесным маслом, а потом спрессовали в этот кусок. Как после этого Ашен умудряется благоухать табаком и чернилами – загадка века.
И, наконец, отсутствие фена просто выводит меня из себя.
Как ни странно, меня успокаивает отсутствие следов присутствия другой женщины в ванной и вообще в его жилище. Если не считать постельного белья для секса, конечно. Но оно, к счастью, чистое. Я проверила, пока он принимал душ.
Заглядываю в свою сумку, набитую вещами, которые я практически не ношу. Вот, например, длинное черное платье в пол, купленное на Хэллоуин для нашей с Эдией импровизированной детективной вечеринки. Раскрыли дело минут за пятнадцать, потом напились текилы и смотрели «Чужого». Не представляю, зачем Ашен взял это платье с собой. Еще пара свитеров, которые давно пылятся в шкафу. Наверное, решил, что вампиры всегда мерзнут. Но спасибо ему за мою оранжевую толстовку оверсайз, которую я не надевала года два. Видимо, он просто закинул ее в сумку, не заметив, что под ней висит еще одно платье.
Оно белое. Короткое. Кружевное, милое и сексуальное. С легкой юбочкой, глубоким V-образным декольте и открытой спиной с тонкими перекрещивающимися бретельками. Идеально подходит для светлой души, собирающейся на званый ужин в Царстве Теней, особенно если учесть, что самый светлый оттенок, который я здесь видела, – угольно-серый.
План «Привлечение и Уничтожение» снова в действии.
Знаю, что вы думаете: «Лу, это не похоже на секретную миссию!» Да, я согласна. Но есть несколько вещей, которые вы забываете. Во-первых, мне смертельно скучно. Не здесь, в Царстве Теней, а в принципе, в жизни. До Ашена все было предсказуемо и уныло. И как ни странно, несмотря на всю жуть этого места, здесь, в его мире, мне даже весело. Это волнующе, это страшно. Я до сих пор хочу разрушить здесь все, и, наверное, именно это и привлекает. Может быть, еще и потому, что мне кажется, будто Ашен начинает видеть этот мир моими глазами.
  
К тому же, не забывайте, как я люблю рисковать. Надеть белое платье на ужин в Царстве Теней и напиться фангрией – это настоящий вызов. Но не волнуйтесь, для дополнительной защиты я наложила на себя заклинание, пока мылась. Эдия научила меня ему много лет назад. Оно лишает голоса на сутки, чтобы у меня не было соблазна сорваться и по пьяни начать исполнять «Богемскую рапсодию». Вы уже знаете, как я классно пою. Но обычно это заклинание – головная боль, потому что каждый раз, когда я его использую, то встречаю подонка, которого хочется прикончить. А не петь, когда хочется убивать, – это усложняет задачу...