А.Беляев Собрание сочинений том 7
Не будь этого полемического выпада, никто не поставил бы в вину автору того, что геологический материал в его книге не стоит на таком же высоком уровне, как у классика Ж. Верна или академика Обручева.
Во всяком случае, не в геологической части самое слабое место романа, а в разработке им ведущей темы — проблемы энергетики.
С первых же страниц и строк автор становится на неправильный путь, противопоставляя различные виды энергии и отрицая право на существование хороших во имя лучших. Споры энергетиков-гелиотехников, ветротехников и других между собою о «непостоянстве» того или другого вида энергии, нездоровое препирательство между ними, — ты, мол, занимаешься «кустарничеством» и только разбазариваешь «казенные деньги», — звучат и неправдоподобно, и наивно. Серьезные ученые и техники различных областей энергетики не могут даже ставить так вопроса. Главная же ошибка такого противопоставления и взаимоотрицания различных видов энергии заключается в том, что такая «установка» находится в прямом противоречии с общими принципами построения нашего обобществленного энергетического хозяйства и генерального плана электрификации.
В капиталистических странах частный предприниматель действительно мог поставить вопрос: «или — или». Если бы киловатт-час электроэнергии на его гелиостанции обходился на копейку дороже и его установка работала бы с большими перебоями, чем, скажем, ветросиловая установка у его соседа, то владелец гелиостанции разорился бы. Для него «лучшее» действительно отрицает «хорошее».
У нас совершенно иное положение вещей. Мы строим наше энергетическое хозяйство на принципе кооперирования электростанций в пределах района, области, края, республики и, как завершение этого принципа, на единстве всех электросетей СССР, на единой высоковольтной сети. Мы строим и намечаем строить в ближайшем будущем большие, средние и малые электростанции — тепловые и гидростанции, не пренебрегая и ветром. Мы придаем особое значение использованию местных источников энергии, но что же получилось бы, если бы наши гелиотехники, ветротехники и т. п., следуя примеру героев романа «Победители недр», легкомысленно бросили бы свою специальность и переключились бы на работу исключительно в области овладения энергией внутренней теплоты земного шара? «Или — или» — явно неправильная и даже вредная установка как противоречащая одному из основных принципов нашего энергетического хозяйства.
Вторая существенная ошибка автора заключается в том, что, расправившись столь жестоко и несправедливо со всеми прочими видами энергии, он неудачно рекламирует и рекомендует в сущности самый рискованный, сложный и дорогой способ получения энергии путем проникновения в глубины Земли. В книге Гюнтера «Энергетика будущего», которая, конечно, должна была находиться в руках автора, можно было найти более достойные объекты для фиксирования на них внимания молодого читателя.
И зачем автору понадобилось забираться под землю на пятнадцать километров? Оказывается, только для того, чтобы установить там термоэлемент. Как известно, электродвижущая сила термоэлементов ничтожна. Правда, один из героев романа нашел средство увеличить эту силу. Но если ему посчастливилось сделать это, зачем тогда было углубляться в недра Земли? Не проще ли было для начала использовать ту теплоту, которая находится почти на поверхности — на наших камчатских сопках, или теплоту среднеазиатского солнца, которое почти круглый год может служить источником тепла? Если применить несложные приборы вроде вогнутых зеркал, то от солнца легко получить достаточно высокую для работы термоэлементов температуру, холодильником же может служить вода рек. Это куда проще, дешевле и осуществимее, чем подогревать термоэлемент жаром недр Земли и охлаждать жидким водородом, который подается с поверхности на глубину пятнадцати километров.
Устройство мареевской подземной станции сопряжено с величайшими трудностями и громадным риском для людей, надежность работы такого «вечного» двигателя весьма проблематична, поскольку вся она зависит от исправности тонких проводов и газопроводов, соединяющих глубинную станцию с поверхностью Земли. Ведь сам автор убеждает читателя, что материки движутся, что земная кора находится в беспрерывном движении. Значит, и сдвиги почвы, и размывы, и осадки, и соли, и блуждающие токи, и прочие причины могут испортить провода и газопроводы. Ремонт же линии будет обходиться почти столько же, сколько первоначальная установка самой станции.
Нет, поистине невыгоден проект Мареева.
Каковы же выводы? В целом роман неплох, написан живо, динамично, читается легко, с интересом, указанные недостатки нетрудно исправить в новом издании. По нашему мнению, эти исправления должны сводиться к следующему: во-первых, автор не должен «обижать» и все другие виды энергии.
Следовало бы даже подчеркнуть, что различные виды энергии имеют равные права на совместное существование и на наше внимание, что проект Мареева отнюдь не самый идеальный и не самый дешевый. Если перенести действие романа в несколько более отдаленное будущее (по некоторым деталям можно догадаться, что действие романа происходит в наши дни), то легко будет объяснить, почему же наше правительство утвердило проект Мареева, хотя он и не лучший: к тому времени наша страна уже будет обладать столь большими накоплениями материальных ценностей, что сможет позволить себе роскошь отпустить средства и на осуществление мареевского проекта наряду с другими.
Пусть попытка Мареева проникнуть в недра Земли будет сопряжена с явным риском, что соответствовало бы и действительности, а не проходит под флагом предопределенного успеха, как это в значительной степени имеет место в романе. Такая постановка, или, вернее, перестановка, придала бы всем приключениям героев большую остроту и подняла бы их личный героизм еще выше. Читатель же получил бы более правильную ориентировку в важном и сложном вопросе построения социалистического энергетического хозяйства.
СОЗДАДИМ СОВЕТСКУЮ НАУЧНУЮ ФАНТАСТИКУ
Сначала неизбежно вдут: мысль, фантазия, сказка; за ними шествует научный расчет, и уже, в конце концов, исполнение венчает мысль.
ОТ СКАЗКИ — К НАУЧНОЙ ФАНТАСТИКЕ«А я могу с кораблем, людьми и товарами нырнуть в море, плавать под водою и далее вынырнуть опять где надо», — говорит шестой Симеон в народной сказке «Семь Симеонов». И далее в сказке рассказывается, «как увидали семь Симеонов, что погоня уже близко, — нырнули с царевной и с кораблем. Долго плыли под водой и поднялись наверх тогда, когда близко стало до родной земли. А царская погоня плавала три дня, три ночи, с тем и возвратилась».
В другой сказке, «Усоньша-богатырша», царь посылает людей за живой и мертвой водой и «моложавыми» или «молодильными» яблоками. И «когда их ему достали, тогда отец выпил воды и сделался здоров, съел яблоков и сделался молодой, как и его дети».
Всем известны сказочные сапоги-скороходы, ковер-само-лет, волшебные зеркала, при помощи которых можно видеть на далекое расстояние. Подобные сказки — предшественники научной фантастики. Ковры-самолеты, ныряющие под воды корабли и т. п. не могли не влиять сильнейшим образом на воображение. Миллионы утверждали: сказка остается сказкой. Единицы задавали вопрос: а почему бы и не создать нечто подобное? С ростом же культуры, науки и техники растет научная и техническая оснастка произведений, описывающих чудесные вещи и изобретения. Так, в мифе о Дедале и Икаре уже содержится довольно точное описание изобретенных Дедалом крыльев для полета. Сирано де Бержерак, описывающий фантастическое «межпланетное путешествие», и Эдгар По, отправляющий своего героя к небесам, также дают техническое описание, принципы устройства летательных аппаратов. Это уже нечто от научного расчета, о котором упоминает К. Циолковский. И «в конце концов, исполнение венчает мысль»: сказочные мечты о сапогах-скороходах и ковре-самолете превращаются в скорый и сверхскорый земной и воздушный транспорт; зеркала — в телевизоры, живая вода и «моложавые» яблоки — в целую отрасль медицины, которая небезуспешно борется со старостью; ныряющий под воду корабль шестого Симеона превращается сначала в жюль-верновский «Наутилус», а затем и в современные подводные корабли; наконец, легендарные крылатые Дедалы и Икары — в Лилиенталей и Райтов. Если в живой легенде наших дней, в полетах Чкалова, Коккинаки и других славных советских героев, ведущих успешную борьбу с грозными богатырями-врагами «Циклон Циклоновичами», в дрейфе папанинцев превзойдены подвиги сказочных героев и взлет сказочной фантастики, то многое остается еще в области «неосуществленной фантазии». Но она будет осуществлена.