Обратная сторона. Невидимый мир

– Вам меня не сломить!
– Твои способности – жалкое зрелище!
И словно в доказательство этого он резко сжал ладонь… Меня стало болтать из стороны в сторону. Тошнота подступила к горлу. Я размахивала руками, пытаясь зацепиться за что-то, но Асура продолжал качать меня. Я кричала, пыталась сосредоточиться на своих способностях. Но не могла сравниться с Асурой. И тогда я окончательно сдалась: перестала кричать, вырываться, бороться. Асура резко опустил меня на пол так, что я упала на колени перед ним.
Он опустился на пол с лёгкостью и изяществом, словно делал так не впервые. Асура был слишком силён. Он стукнул тростью о пол, готовый в любую секунду ударить меня ею.
– Как ты узнала про вход, Обри?
– Говорю же: случайно!
Вдруг воздуха в легких стало не хватать. Я почувствовала, что задыхаюсь. Асура словно сдавил мне горло.
– Мне подсказала… Бриджит, – просипела я. – Она живёт с… мятежниками.
Он перестал душить меня, и я практически распласталась по полу, жадно вдыхая воздух.
– Откуда она знает про этот проход?
– Она… не сказала.
– Ты лжёшь!
Он ещё сильнее стукнул тростью по полу, и звук эхом зазвучал в моей голове. Чувствуя, что он вот-вот сорвётся и снова начнет меня душить, я замахала руками.
– Нет, я клянусь! Господин, поверьте мне! Я ничего не знаю! Она просто прислала мне письмо, в котором…
Воздуха в лёгких снова стало не хватать, но на этот раз дело было не в Асуре. Господин шагнул ко мне и положил руку на плечо.
– Тише, девочка, тише. Скажи, дитя моё… Кто эта женщина? Когда она присоединилась к нам?
Я открыла рот, чтобы начать перечислять факты о Бриджит, но вдруг поняла: я не знаю о ней ничего. Мы провели вместе так много времени, но я едва ли могла хоть что-то о ней рассказать.
– У неё есть дети. Подростки.
– И это всё?
– Простите, господин! Я ничего о ней не знаю…
– Ничего, девочка, не волнуйся, – Асура похлопал меня по плечу.
В его голосе вновь почувствовалось тепло, как в тот день, когда мы говорили в его покоях. И я решила попытать счастья.
– Господин… Почему здесь Сущность?
– О, я провожу эксперимент. Мне крайне любопытно, как в моём мире появилось это чудное создание. По моей фракции ходят слухи, что причина появления этих существ – ты, моя дорогая. Это так?
– Нет! Я не имею к этому отношения!
– Тогда кто мог их сотворить?
– Я не знаю. Честно! Я ничего о них не знала, пока не встретила одного. Но… Дэниел и Бриджит говорили мне о Сущностях. Значит, они появились здесь раньше меня.
– Никто с острова не видел их раньше. Неужели ты думаешь, что я могу доверять врагам? – он задумчиво потёр переносицу, после чего поманил меня пальцем к мониторам. – Я буду наблюдать за тобой, дитя моё. Никто не может скрыться от меня. Я далеко вижу…
Он нажал пару кнопок, и на одном из мониторов появилось изображение моей комнаты, в которой сейчас трудилась Сатоко.
– Я не хотел этого делать, дорогая. Видишь, на какие меры мне приходится идти из-за того, что ты сделала?
– Кто дал Вам право следить за всеми?
– Я создал этот мир. Я дал жизнь всему, что ты видишь. И я могу отнять её у любого! – он стал стучать тростью по полу.
– Это не жизнь.
– Ошибаешься. Это единственная жизнь, которой все вы достойны.
Асура направился к двери, которая, вероятно, вела к его покоям. Она была скрыта за одной из панелей и открылась, когда Асура приложил трость рукоятью к сканеру на стене. Но прежде, чем покинуть лабораторию, он повернулся ко мне.
– Я позволил тебе увидеть многое. Что ты собираешься делать с этой информацией?
– У меня нет для Вас ответа. Я не могу принять решение прямо сейчас.
К моему удивлению, Асура вовсе не разозлился. Он спокойно кивнул.
– Мудрый выбор. Но ты делаешь это не потому, что умна. Ты знаешь, что никто не поверит твоим словам. Дело не в верности мне… Нет, дело вовсе не в ней. Просто у тебя нет доказательств. И потому мне будет ещё любопытнее наблюдать за тем, как ты, словно загнанная птица, будешь пытаться решить эту проблему. Рассказать моим верным людям о лаборатории и потерять друзей, уважение, доброе имя? Или оставить их в неведении о том, что я наблюдаю за каждым их шагом?
 
Коварно оскалившись, он шагнул вперёд.
* * *
Я ни на секунду не задержалась в той лаборатории и выбежала оттуда сразу, как только Асура скрылся за дверью. Пройти обратно оказалось куда проще: вместо огненной стены с внутренней части это была обычная фальш-панель, которая отъехала в сторону, когда я нажала на кнопку.
В своей комнате я первым делом осмотрелась: нужно было найти эту камеру, пока Асура не получил обо мне информацию. Долго искать не пришлось: она была установлена напротив письменного стола. Повезло, что не напротив шкафа.
Я представила, как камера перестаёт работать. Как обычно, я закрыла глаза, но жестикулировать не стала: всё должно было быть похоже на техническую неисправность. И, когда спустя пару секунд открыла глаза, заметила, что зелёный огонёк на камере потух.
– Вот так! Просто плохие камеры, – пробормотала я.
Раздался короткий стук в дверь, и посетитель, не дожидаясь приглашения, ворвался в комнату. На пороге стояла Винни, держащая в руках небольшую коробочку. Её лицо не выражало абсолютно ничего: ни презрения, ни злости. Не произнеся ни слова, Винни закрыла дверь и двинулась к моему столу.
– Что происходит?
– Господин прислал тебе подарок.
Она положила коробку на стол и открыла её. Внутри лежали два серебряных браслета.
– Разве я не провинилась перед ним?
Винни не удостоила меня ответом. Она просто достала браслеты и остановилась передо мной.
– Вытяни руки.
Я подчинилась приказу. Едва браслеты оказались у меня на запястьях, щёлкнула застёжка. Браслеты словно уменьшились в размерах и теперь сжимали мои запястья так, что я взвизгнула от боли и тут же попыталась снять их. Винни с безразличным видом наблюдала за моими мучениями. Я взглянула на них ещё раз: они не впивались мне в руки и даже не сидели слишком плотно. Боль проникла глубоко внутрь, под кожу.
– Сними это… – чувствуя, как слезы подступают к глазам, прошептала я. – Пожалуйста, Винни… Мне больно!
– Ты чувствуешь боль господина, который пережил твоё предательство. Ты чувствуешь, что наш мир больше не подчиняется тебе. Это твоё наказание. Или подарок? Всё зависит от того, как на это смотреть.
Она задержалась ещё на пару секунд, но лишь для того, чтобы насладиться моими муками. Когда Винни ушла, я рухнула на колени посреди комнаты. Что она имела в виду, когда сказала про мир?
Стиснув до скрипа зубы, я попыталась сдержать слёзы. Я будто больше не могла управлять своим телом: ватные ноги не хотели держать меня, пальцы дрожали. С трудом подняв руку, я предприняла попытку притянуть к себе стакан с водой. Но ничего не вышло. Вторая, третья, пятая попытка… Всё было тщетно. Стакан оставался на своём месте. Силы покинули меня. Этот мир действительно больше не хотел подчиняться мне. Они отняли их у меня. Я с трудом добралась до кровати и, опустившись на простыни, провалилась в сон.
У меня было странное чувство, будто я не достаю ногами до пола. Я строила глазки симпатичному официанту, ожидая, что он заметит это и тут же свалится вместе с подносом. Да, было бы смешно.
Отец, лицо которого я не могла разглядеть из-за приглушенного света в ресторане, нетерпеливо барабанил пальцами по столу, делая слишком большие глотки вина из бокала. Куда бы он ни спешил, теперь эти планы оказались под угрозой.
– Он хоть раз может прийти вовремя?
– Успокойся, Себастьян. Это семейный ужин, а не приём у королевы! – знакомый голос ласкал мой слух. Её лицо я тоже не разглядела.
– Вечно ты его оправдываешь.
В кармане маминой сумки зазвонил телефон.
– Алло! Ты… Что? Как это произошло?!
Мамин собеседник тараторил в трубку. Хоть я и слышала обрывки фраз, понять, о чём они говорят, было невозможно. Разговор закончился быстро.