Немезида ночного ангела
Один стражник, огромный верзила, вот-вот выбежит вперед. Через два мгновения он заслонит собой мальчика.
Через одно.
Я медленно отступаю. Опускаю лук, так и не выстрелив. Изрыгаю беззвучное проклятие, снимаю тетиву и убираю оружие.
Дверь отворяется, и во двор выходит мужчина в дорогих одеждах. Я сдвигаюсь в сторону и сразу же теряю его из виду. До меня доносятся лишь обрывки разговора, вопросы, ответы. Я мельком замечаю, как кто-то яростно жестикулирует. Вышедший мужчина – явно главный среди них – допрашивает остальных.
Нет, стражники не видели условленного сигнала. Тогда почему подняли шум?
Нет, они не знают, кто этот паренек, но их только что наняли, и они вообще почти никого здесь не знают.
Затем, стоит мне подобраться настолько близко, что теперь я отчетливо слышу каждое слово, тон голоса главного меняется. Одной рукой он хватает мальчика за грудки; в другой держит мяч.
– Ты хочешь сказать, что ночной ангел говорил с тобой? И ты не подал нам сигнал?!
Стражники переглядываются, некоторые явно преисполнены сомнениями, другие – внезапным страхом.
Едва главный отпускает мальчика, на его голом скальпе вспыхивают красные символы.
Ага, красный маг. Скорее всего, это его чары я заметил над стенами усадьбы.
– Я не хотел потерять мой мячик, – жалобно ноет парнишка.
Взревев, маг швыряет мяч через стену, и тот улетает куда-то в трущобы.
Стоит ему пролететь сквозь переплетения чар, как темно-красная вспышка озаряет весь двор. Щупальца красного света пылают, как подожженный масляный след, и протягиваются к каждому окну и каждой двери усадьбы, которые через миг загораются таким же красным всполохом. Раздаются щелчки обыкновенных замков, которые сливаются с гудением оживших чар, и вся усадьба оказывается наглухо заперта.
– Мой мячик! – кричит парнишка.
В воздухе возникает смазанное пятно синей колдовской энергии и раздается смачный хруст. Ближайшие стражники вздрагивают, решив, что на них напали. Все поворачиваются и видят, как на землю падает летучая мышь, разорванная на кровавые ошметки. Ее предрассветная охота не задалась.
Красный маг рычит на мальчика:
– Ты не перелез через стену. И ты не вошел в ворота. Как ты сюда попал?
– Я… я…
– Неважно. – Красный маг резко оборачивается и вглядывается во тьму. – Безмозглый недомерок, ты привел его сюда. Ночной ангел уже здесь.
Глава 2
Книга мертвеца
Оторвав глаза от страницы, Ви откинулась на спинку стула. Она старалась дышать ровно, чтобы никто не догадался, какую бешеную пляску устроило в груди ее сердце. Было похоже, что текст выведен рукой Кайлара, но Ви, выросшая в сенарийском Са'каге, знала, что почерк можно подделать. Она ведь не специалист. Могла и обознаться. А чем важнее документ, тем больше сомнений он должен вызывать.
Сестры Часовни обходились с этой книгой так, словно она была очень, очень важной.
Ви забрали прямо с занятий. Она этого ждала. Гвен, ее подруга, с натянутой улыбкой пожелала ей удачи. Ви знала, что рано или поздно ее накажут, однако строгая, молчаливая сестра повела ее вовсе не на суд. Вместо этого они пришли сюда, на верхние этажи Белого Серафима, в уютную библиотеку, где хранилось несколько сотен фолиантов и свитков и стояло с полдюжины расцарапанных столов из черного орехового дерева. Отказавшись отвечать на вопросы Виридианы, сестра усадила ее за стол, на котором лежал один-единственный неприметный манускрипт. Переплет из обыкновенной козлиной кожи, потертый и окрашенный в черный цвет. Вместо золотых букв на обложке – простенький тисненый узор; обрезы не позолочены и не украшены рисунками. Но лежала эта книга на подставке с золотыми ножками, и накрыта она была стеклянной полусферой с золоченым краем.
Сестра негромко, нараспев произнесла заклинание – какое именно, Ви не расслышала, – затем потянула за рычаг сбоку от полусферы. Послышалось шипение, и внутри полыхнуло лиловое сияние. Затем сестра осторожно подняла полусферу.
– Эта книга должна оставаться в библиотеке. Как и ты. Не прикасайся к ней магией. Просто читай, – с этими словами сестра ушла.
Глядя на рукопись, было не понять, к чему такие предосторожности. Она была похожа на записную книжку странствующего торговца или на чей-то дневник – небольшая, чтобы могла уместиться в широком кармане, и простая на вид, чтобы не привлекать внимания воров. Ви открыла ее с немалым смятением, но никакого чародейского взрыва за этим не последовало.
На страницах не было ни имени владельца, ни названия. Ви прочла несколько абзацев, и лишь тогда поняла, почему почерк кажется ей знакомым. С той секунды она смотрела на книгу с недоверием. Кайлар? Вел дневник?
Однако с каждой прочитанной страницей ее сомнения все больше и больше рассеивались. Скользя взглядом по строкам, она слышала голос Кайлара, узнавала в них его манеру речи. Он словно стоял прямо перед ней. Но откуда же взялась эта книга? И как сестры заполучили ее?
Стараясь подражать своим учительницам, Виридиана притворилась невозмутимой и вопросительно посмотрела на сестру Аяйю Мегану – главу Тактической группы особого назначения и, по мнению Ви, самого гадкого человека во всем мире.
– И что же это?
– Ты можешь ее прочесть? – спросила сестра, вздернув подбородок и вложив в голос все свое отвращение к Ви.
– Конечно могу! – огрызнулась она. – Неужели вы думаете, что я не умею читать? С тех пор как мы вернулись, я часами сижу в библиотеке; и вы решили, что я просто плющу здесь свою жо… свои ягодицы?
Да уж, вот и вся «невозмутимость».
Ви закрыла глаза. В прошлой жизни она бы ввернула гораздо больше бранных слов и хотя бы парочку оскорблений, но сестра Аяйя, кажется, не горела желанием хвалить ее за сдержанность.
Сестра и бывший командир Виридианы оскалилась, и снисхождение закапало с ее белоснежных зубов, как яд. Она сказала:
– Я не спрашивала тебя, «умеешь ли ты читать», младшая сестренка…
До того как Виридиана оказалась в Часовне, она и не задумывалась, сколько разных интонаций можно придать словам «младшая сестренка». Учительницы объясняли, что такое прозвище – это тактичное напоминание старшим сестрам, призыв проявить великодушие и снисхождение к ошибкам менее опытных девушек.
Но когда жилистая старшая сестра обращалась так к Ви, слова эти звучали отнюдь не ласково. Причем уже давно. Всякая теплота стала улетучиваться из них с тех пор, как они покинули замок Стормфаст, и окончательно исчезла, когда они вернулись со штормохода, потерпев неудачу. Медленно, словно разговаривая со слабоумной, сестра продолжила:
– Я спросила, можешь ли ты прочесть эту книгу. Смотри.
Темные волосы сестры Аяйи были обриты, а в ее ушах висели огромные кольца, но когда она шагнула вперед, то сделала это так плавно и величаво, что серьги даже не качнулись. Она была похожа на статуэтку голодной Оюны, вырезанную из эбенового дерева.
Раздражая Виридиану своим изяществом, сестра пересекла крошечную библиотеку, расположенную на вершине Часовни, и подплыла к столу, посреди которого лежала раскрытая пухлая маленькая книжица.
Читая первые страницы, Ви гадала, почему сестра держится поодаль от нее. Теперь она поняла. Стоило Аяйе подойти ближе, как буквы на странице перемешались.
Теперь Ви даже не могла понять, настоящие ли перед ней слова. Но судя по тому, как поджались губы сестры, текст превратился в бессмыслицу.
– Что… что это? – тихо спросила Ви, позабыв о своем негодовании.
– Полагаю, ты не настолько глупа, чтобы не понять, что книга заколдована. Полагаю, ты, младшая сестренка, хочешь спросить: «Что за заколдованную книгу я читаю? Почему она дается мне, а не тем, кто старше и лучше меня?» И это – очень хорошие вопросы, в отличие от того, что задала ты.
Ви закрыла рот и стиснула зубы. В прошлой жизни с ней обращались гораздо хуже, но сестра Аяйя давно догадалась, как ранить Ви глубже всего – достаточно было назвать ее глупой. С тех пор она часто с превеликим удовольствием била Виридиану по больному, всякий раз утверждая, что делает это ради ее же блага, дабы ее уязвимое место поскорее загрубело.