Я тебе принадлежу (СИ)

По его лицу вижу, что сегодня он хочет убить меня сильнее, чем всегда. Думаю, была бы его воля, он ни за что не дал бы мне стать владельцем компаний Шпарского, но вынужден смириться с тем, как решил всё ныне покойный. Ведь о содержимом завещания, кроме нотариуса знает ещё трое и Игнат Борисович ничего не может подделать, к моему счастью.
— Ай, какой ужасный человек, — в тон крёстному проговаривает девушка. — Накажи его, Игнат! Он вёл себя крайне невежливо со мной. Словно я продажная девица, а ты ведь знаешь, что я не такая, — театрально всхлипывает. — Он оскорбил мою честь, — ещё один всхлип, и она встаёт. — Прошу защити меня от него, — просит, подойдя к дяде.
— Не переживай, Ника. Скоро ты оскорбишь его, — успокаивает лживую актрисульку нотариус и даже приобнимает её в тот момент, пока она за спиной показывает мне довольно неприличный жест. — А сейчас ступай за дверь. Я должен поговорить с Максимом о его поведении и шансах на счастливую жизнь.
  
Глава 9. Макс
 
Дождавшись, пока ведьма выйдет, Игнат Борисович направился к моему столу и сел на то место, на котором прежде, когда Вероника была в кабинете, сидел я. Я же переместился на своё законное место, то есть на кресло.
— Признаюсь честно, Максим, — начинает нотариус. — Твоё поведение и ты сам мне никогда не по душе. Ты скользкий, самовлюблённый и непрошедший стадию становления личности парень, — скривившись, оглядывает меня. — Но Николай прислушался к рекомендации своего знакомого и решил попробовать пустить тебя в управление, посчитав, что так для компаний будет лучше. Свежий взгляд на бизнес и приобщение молодёжи к честному ведению дел, — пародирует он Шпарского, махая руками в его стиле. — Я же с ним никогда не был согласен, но был вынужден смириться, потому что тогда моё мнение не учитывалось.
— Не понимаю к чему вы ведёте, — прерываю его, демонстративно натянув улыбку. — И прошу оскорбления в мой адрес оставить за дверью. Или же самому за ней оставаться.
— Я ещё тебя не оскорблял, мальчишка, — отмечает он, скрипнув своим отвратительным смехом. — К чему я веду? Так это к тому, что мой друг ошибся, но понял свою ошибку в самом конце, к моему счастью. Николай успел вовремя исправить свою ошибку, но не до конца… поэтом ты ещё в кресле генерального заместителя.
— И всё же именно я сижу сейчас во главе компании и буду здесь сидеть.
— Это ненадолго, — самодольно проговаривает.
— Я позабочусь о том, чтобы тебя как можно скорее выгнали из компании, и ты не поверишь, но ты мне даже помог, — вновь начинает смеяться. — Но прошу отныне не приставать и даже не приближаться к моей крестнице. Иначе мои сыновья поговорят с тобой и разъяснят, что значит трогать то, что нельзя.
— Игнат Борисович, это моё дело к кому приставать и что делать, — произношу, наклонившись к нему. — Вы правы, мы с вами не друзья. И к вашему мнению я прислушиваться не намерен.
— И зря! — выдыхает, отзеркалив меня и также наклонившись ко мне. — Мальчик, знай, что скоро ты не сможешь устроиться ни в один офис. Я сделаю для этого всё, что потребуется. Единственное место куда ты сможешь устроить в общепит на кассу. И то уборщиком.
— Угрожаете, Игнат Борисович? — уточняю, намеренно издеваясь над стариком. — А что если наоборот? После оглашения завещания я уволю вас? В отличие от вас, мне даже делать ничего не придётся. Старики никому не нужны, Игнат. Подумайте об этом, — проговариваю, насмешливо глядя на нотариуса. — Стоит быть повежливее с будущим владельцем компании, — советую ему, но внезапно в мою голову приходит гениальная мысль. — Но знаете, я готов простить вашу грубость взамен на ночь с вашей белокурой крестницей. То останетесь ли вы в компании будет зависеть от того насколько Вероника будет податлива и хороша в постели.
— Ты так уверен, что компания достанется тебе? С чего такая уверенность, мальчик? — вместо согласия или отказа на моё предложение, спрашивает мужчина, откинувшись обратно на своём стуле.
— Шпарский сам мне об этом говорил.
 
— Шпарский был лжецом, жлобом и двуликим подлецом. Он никогда бы не оставил ничего чужому человеку, когда у него есть наследники.
— Что?! — восклицаю, не поверив его словам. — Какие наследники? У Шпарского не было никого!
— Владельцем компании станет человек, которым я смогу управлять, — произносит Игнат Борисович, вставая. — Собирай вещи, щенок, скоро тебя здесь не будет.
  
Глава 10. Ника
 
— Как всё прошло? — спрашиваю нотариуса, перехватив его на выходе из кабинета самовлюблённого фазана. — Он получил по заслугам? — задаю следующий вопрос, не дожидаясь пока он ответит на предыдущий.
Весь разговор нотариуса и Максима, я прождала Игната Борисовича в коридоре, рядом с Натальей, которая за время нашего совместного «времяпровождения» не показала ни единой эмоции, словно в компанию моего отца теперь нанимают в качестве секретарей роботов, а не живых людей.
— Да, Никочка, он получил и ещё получит своё, — улыбнувшись, обещает мне Игнат Борисович. — Ты сама как? После смерти отца даже не звонила и не писала мне, — возмущается мужчина, хотя сам в мою сторону ничего такого тоже не делал, вероятнее всего, занятый очередной красавицей.
— В порядке, — отвечаю, пожав плечами. — Выбрала институт, куда хочу поступить, — рассказываю главное, то что раньше беспокоило отца и дядю Игната.
— И куда же? — заинтересовывается нотариус, посмотрев на меня при этом довольно странно и необычно.
— На юридический хочу пойти, как вы, — отвечаю, надеясь на улыбку или искреннюю радость за меня, но её нет. Непонимающе смотрю на мужчину, списав всё на то, что он посчитал, что я решила составить ему конкуренцию, хотя у меня и мысли такой нет. Я, наоборот, когда заберу себе братьев Солнцевых собираюсь попросить Игната Борисовича стать моим наставником.
— Молодец, — произносит с натянутой улыбкой, переведя взгляд в коридор, будто что-то выглядывая там. — Ника, извини. Мне нужно поговорить с одним из акционеров. Встретимся на четвёртом этаже в конферанс зале. Он там один. Не перепутаешь, — кидает и в одну секунду испаряется.
Смотрю ему в след, обескураженная его уходом и такой резкой сменой настроения. Ну не хочет быть моим наставником — не надо. Сама справлюсь. Невелика проблема.
Вздохнув, направилась в сторону лифта, по пути разглядывая офис, которым раньше владел мой отец. И это здание. казалось мне очень похожим на папу: холодным, чужим и пустым. В нём нет ничего. Лишь мебель и люди, снующие туда-сюда с важными и кислыми мордами.
Нажимаю кнопку вызова лифта и молча жду, пока смогу уехать с этого проклятого этажа, где меня чуть не соблазнили, обманули и решили переиграть, но я не глупая овечка, поэтому могу дать отпор. Особенно таким… как этот.
— Что бросил тебя, крёстный? — слышу голос того о ком только что думала над своим ухом и от неожиданности подскакиваю и подаюсь вперёд. Чуть не разбиваю себе нос, но внезапно появившиеся под моей грудью руки, не дают мне этого сделать. — Оставил одну без защиты и своего попечительства? Как ужасно? А что если тебя похитят? Соблазнят? Покалечат? — помогает мне встать обратно, но рук не убирает.
— Не трогай меня! — возмущённо прошу его, хотя почему-то, наоборот хочу, чтобы он не убирал руку.
— Расслабься, я просто решил помочь, — беззаботно кидает, но я вижу, что в его глазах пляшут бесята.
Максим убирает руки, и я вхожу в только что приехавший лифт. Разворачиваюсь к мужчине лицом и одаряю его кривлянием в виде улыбки, на что в ответ получаю такую же.
— С чего бы это? — подозрительно прищурившись, спрашиваю его. — Ты и помощь мне…
— Взамен на твою помощь, — без лишних отговорок выдаёт он и я сразу ему верю, потому что за то время, что я его узнала, понимаю, что это в его стиле. Мой отец был такой же.
— С какой стати, я должна тебе помогать? — задаю вопрос таким тоном, словно меня попросили всю мою косметики смыть в унитаз, но интерес берёт верх. — Да и вообще, чем я тебе могу помочь?