Совершенство (СИ)

Перспектива быть обязанной Марку не прельщает. А что, если он имеет какое-то отношение к Леркиному предложению?
— В том числе, — соглашается Дубинина. — Но вообще-то у «Азиатско-Тихоокеанского Альянса» тоже есть там своя доля. Ну так что, ты хотела бы или нет?
Конечно, хотела бы. Это в любом случае лучше, чем идти в общепит или уборщицей. К тому же, строить отношения бизнеса с аудиторией, создавать позитивный имидж — это то, на что я училась и что умею. Но ведь именно там мы подрались с Зориной. Вряд ли управляющий об этом забыл. Говорю Лерке с сомнением:
— Вряд ли меня примут на работу в «Талассу».
Но она, как всегда, мыслит как неисправимый оптимист:
— Всё равно попробуй. Я сейчас напишу им и предупрежу, что ты приедешь, — подруга не спрашивает, а ставит перед фактом, но, возможно, так даже лучше.
Неуверенно соглашаюсь:
— Хорошо. Приеду.
— Вот и отлично, Лана, удачи.
Мы прощаемся и я лежу, не в силах уснуть. Вскоре от Дубининой приходит сообщение о том, что завтра в одиннадцать меня будет ждать управляющий «Талассы».
«Надеюсь не для того, чтобы напомнить о битве с Зориной и послать», — не выдержав, встревает со своим замечанием ангелочек с правого плеча.
Ворчу:
— Помнится, ты сам подначивал меня ей вмазать. А теперь осуждаешь.
«Это было давно и неправда. И вообще, можешь считать, что это был не я».
Нервно кручу в руках телефон. Размышляю о том, смогу ли выдержать еще один отказ. Очередное унижение и доказательство того, что я ничего не могу. Мак под шумок вползает на диван и сворачивается клубком у меня в ногах. Не спешу сгонять его, увлеченная мрачными мыслями.
Ввожу в поиске соцсетей фамилию Марка и среди других Нестеровых нахожу его профиль. Вопреки моим страхам увидеть среди его подписчиков и подписок Зорину, количество того и другого обозначено одинаковыми нулями.
Смотрю на фото, до боли закусывая нижнюю губу. На нем Нестеров в графитовой рубашке, оттеняющей блестящие темные волосы. Пара расстёгнутых верхних пуговиц открывают крепкую шею. Рукава закатаны, а руки переплетены на груди. Марк не улыбается, смотрит серьезно, оценивающе, будто бросая вызов.
Но я давно уже не боюсь его, и готова этот вызов принять.
  
Глава 34. Лайки
 
«See anybody could be bad to you, You need a good girl to blow your mind, yeah!» Bang Bang — Jessie J feat. Ariana Grande & Nicki Minaj (Перевод: Понимаешь, кто угодно может вести себя, как плохая девочка, но, чтобы у тебя снесло крышу, нужна хорошая!)
— До этого где работали? — спрашивает суровый управляющий «Талассы».
Достаточно молодой, но дотошный и я сразу понимаю, что не понравилась ему с первого взгляда. По критически сведенным бровям. По поджатым губам. Он точно помнит мою драку с Зориной, зуб даю.
Отворачиваюсь. В панорамное окно кабинета видно море. Встревоженное дерзкое и дикое, на фоне мрачно-серого неба. «Таласса», как и управляющий, встретила меня неприветливо и мысленно я готовлюсь к очередному отказу.
— Нигде, — отвечаю, выдерживая его взгляд. — Но на протяжении последних четырех лет веду блог, довольно успешный. Умею преподносить информацию под разным углом и могла бы помочь создать для «Талассы» положительный имидж в социальных сетях.
Вижу, что он с трудом удерживается от того, чтобы не съязвить про контраст положительного имиджа и эпических битв на торжественных мероприятиях. А я держусь, чтобы не плюнуть на эту дурацкую затею и не сбежать, хлопнув дверью.
— Образование? — интересуется парень без особой надежды на успех.
— Курсы. Основы видеоблогинга. Бренд-медиа и контент-маркетинг. Еще фотографировать умею неплохо.
Судя по лицу управляющего, он явно хотел услышать не это, и теперь нервно постукивает тонкими пальцами по столешнице. Он не хочет, чтобы я здесь работала. Просто обязался Лерке, что примет меня и исполняет обещанное, не более того.
— Милана, вы же понимаете, что быть лицом огромного ресторанно-гостиничного комплекса — большая ответственность, — начинает он, вероятно, стараясь, чтобы его отказ прозвучал мягче, стандартного «вы нам не подходите».
 
Прежняя Милана давно фыркнула бы и обозвала его козлом. Но я, пока он не произнес окончательное «нет», борюсь и не теряю надежды получить заветную вакансию:
— Прекрасно понимаю. И уже вижу, над чем можно работать в области рекламы. «Таласса» — новое место в городе, но знают о нем немногие. Несмотря на туристический сезон, множество гостиничных номеров — свободны. Ресторан тоже не пользуется большой популярностью, хотя с учетом высокого уровня кухни, мог бы. Офисы, принадлежащие «Азиатско-Тихоокеанскому Альянсу», пустуют, и вы теряете прибыль. Дайте мне шанс это исправить, — прошу я, уверенно глядя в водянисто-голубые глаза управляющего. — Если нужно, установите испытательный срок.
Он неожиданно усмехается:
— Хорошо. Пусть будет пока не трудовой договор, а гражданско-правовой, на первый месяц. Потом, если будет нужно, перезаключим его с учетом актуальных обстоятельств.
Предложение меня устраивает. Оно даст возможность самой определять рабочее время. А поскольку я все равно давно оформлена самозанятой, чтобы проводить оплату за рекламу, работать по такому договору будет удобно. Оказывается, он уже готов и дожидается у управляющего на столе.
Искренне благодарю:
— Спасибо.
— Я, честного говоря, не уверен в том, что эта должность вообще необходима, однако руководство указало, что было бы неплохо её ввести, — признается мой хмурый собеседник. — Посмотрим, что из этого выйдет.
Довольно улыбаюсь, понимая, что на ту сумму, что указана в графе «оплата», я даже не рассчитывала. Она более чем достойная. Произношу:
— Вы не пожалеете.
— Надеюсь, — снова кривит губы в неискренней улыбке управляющий.
И после подписания договора у меня на душе вдруг становится светло и легко. Словно на смену беззвездной дождливой ночи, вдруг пришло утро. Серое и туманное, но обещающее теплый и ясный день впереди.
С энтузиазмом приступаю к своим обязанностям сразу же после подписания договора. Слишком велико желание утереть высокомерному управляющему нос и показать такие результаты, которых он и предположить себе не мог. И не подвести Лерку, которая за меня просила. О том, что просить могла не она, стараюсь не думать.
Весь день фотографирую «Талассу» изнутри и снаружи, снимаю короткие видео, создаю аккаунты в соцсетях, проверяю актуальность информации на сайте. Продумываю акции и деловые предложения, монтирую короткие ролики, нахожу среди знакомых блогеров желающих сделать новому ресторанно-гостиничному комплексу рекламу.
О том, что пора бы закончить работу и вообще, не мешало бы пообедать, вспоминаю в восьмом часу вечера и буквально заставляю себя ехать домой. В автобусе звоню Дубининой, благодаря которой отпала необходимость надевать фартук работника общепита:
— Классно, — подруга воодушевленно радуется за меня. И добавляет с довольным видом: — Ну всё, теперь точно от клуба не отвертишься — в субботу пойдем отмечать!
Отвечаю:
— Я и не отказываюсь. Просто иду без большого желания.
— Ничего. Аппетит приходит во время еды, а желание танцевать — во время танцев.
После этого она рассказывает, как на работе до сих пор вынуждена терпеть присутствие Никиты.
— И как он там?
— Цветы приволок, — сообщает Лера и по скепсису в ее тоне я понимаю, что букет оказался в мусорном ведре и примирения не вышло. — Ходит с виноватым видом. Читал стихи.
— Свои или Есенина?
Не удерживаю смешок, припоминая собственные эмоции от Сахаровских поэтических экзерсисов. Они вызывали у меня испанский стыд, особенно тогда, когда Ник уже перестал мне нравиться и я раздумывала над тем, как от него отвязаться.
— Понятия не имею. Я вообще поэзию не люблю, — признается Дубинина и я полностью разделяю ее мнение. — Сейчас Ник меня раздражает, и я понять не могу, что вообще могло в нем понравиться.