Огонь для Проклятого (СИ)

По взгляду жены понимаю, что не все слова, что я произношу, имеют для нее понятный смысл.
— Не важно. Тень. Она пришла ко мне во снах. Я множество раз видел, как умирает этот мир — и каждый раз это было по-разному. Не знаю, видел ли истинную причину. Никогда не задумывался над этим. Но что всегда это была именно Тень — знаю наверняка.
— И сейчас?.. — Дэми не договаривает вопрос, сильно закусывает нижнюю губу, вряд ли отдавая себе отчет в том, что вполне может пустить себе кровь.
Осторожно провожу подушечкой большого пальца по ее губам — и жена немного оттаивает.
— Да. Это точно была Тень.
— Я думала, мы ее изменили. Изменили что-то в Тени. — Дэми слегка сводит брови к переносице, вспоминая. — «Что-то изменилось. Вы что-то изменили. Ты и Он» — так она говорила.
Киваю. Я помню эти слова. Их передала мне Дэми, когда пересказывала последнюю свою встречу с Темной — там, глубоко под Красным шипом.
— «Мы больше не чувствуем боли. Не чувствуем злобы», — продолжает она.
И снова киваю, но мне нечего ответить на ее слова, потому что Тень в моем кошмаре ничуть не изменилась. Ни внешне, сама катастрофа вряд ли имеет для нас какое-то значение, ни внутренне — я не почувствовал изменений там, в ее глубине. Все та же ненависть, та же боль, та же ярость и жажда всеобщего уничтожения. И все же у нас есть явное доказательство того, что те слова Темной были не пустышкой — сущность внутри меня тоже преобразилась. И это больше не комок все время подрагивающих и извивающихся чернильных щупалец, исторгающий в мои жилы ядовитую кровь, тем не менее, не дающую мне умереть по-настоящему. Нет! Теперь в моей груди бьется живое пламя.
— Ты так и не можешь поговорить с ним? — точно прочитав мои мысли, жена кладет ладони мне на грудь.
— Нет. Хотя пытался много раз. Возможно, изменения в Тени не столь уж и масштабны, или же они захватили лишь населяющих ее существ. Или даже часть существ. Мы не можем этого знать наверняка.
— Как думаешь, когда-нибудь узнаем?
— Не уверен, что хочу этого.
Мы немного молчим. Дэми, просто прижавшись ко мне, она всегда особенно ластится, когда знает, что вскоре мне снова улетать по службе. Что бы ни случилось полгода назад под стенами Красного шипа, я все еще генерал великой Империи. И у меня есть обязанности.
Она никогда не расспрашивает меня о том, чем мне приходится заниматься. А я не рассказываю. Своего рода негласный нейтралитет между людьми, до сих пор стоящими по разные стороны одной баррикады. Я на ее земле все еще захватчик.
— Ты рассказал не все, — выхватывает из задумчивости ее голос. — В этот раз сон был какой-то… другой?
Мне нужно ей это сказать, хотя мог бы просто сослаться на занятость и улететь на пару дней раньше.
Не хочу лжи между нами. Наши народы только-только учатся жить в относительном мире, насколько это вообще возможно. Север не покорен и вряд ли окончательно покорится в ближайшие годы или даже десятилетия. Но он обескровлен и измотан, как и Империя, заплатившая слишком дорогую цену за доступ к богатейшим месторождениям синалума.
Мы же с Дэми учимся слушать и слышать друг друга.
— Я слышал голос, — пытаюсь вспомнить хотя бы тембр, но тщетно, — не человеческий. Он звучал как будто сразу у меня в голове. Только слов не разобрать.
— Раньше такого не было?
— Нет. И, Дэм, — теперь моя очередь смотреть ей в глаза, — я не разобрал ни слова из того, что услышал, но точно знаю, что он хотел.
Она молчит, ожидая продолжения.
Чувствую, как под теплым балахоном быстро бьется сердце.
— Я должен посетить место гибели Кела.
— Но ты же там был!
— Был, — пожимаю плечами. — И слетаю еще раз.
— Я…
— Один! — отрезаю даже попытку составить мне компанию. — Не спорь. Я понятия не имею, как объяснить всю ту погань, что сидит у меня в голове. Возможно, весь этот сон — лишь плод моего воображения. А там, в горах, я не найду ничего. Но если есть хоть один шанс… — не договариваю, потому что и сам не верю в реальность непроизнесенного предположения.
— Шанс, что он жив? — помогает мне Дэми.
 
Киваю в ответ.
— Я слишком многим ему обязан. В сущности — всем.
Мы оба понимаем, что шансов нет никаких. Но ведь и я должен был давно гнить в земле. А Кел’исс — совсем не тот человек, который вот так запросто позволит смерти лишить его бренного тела, к которому он так привык.
— Когда вылетаешь? — спрашивает Дэми.
Знаю, что будет волноваться. Она всегда волнуется, когда меня нет в Красном шипе — незавидная доля женщины, чей мужчина родился с мечом в руках.
— Утром. Успею обернуться за два дня.
До восхода еще несколько часов — и мы все равно уже не уснем. Поэтому подхватываю свою жену на руки и тащу в постель. Мне очень нравится, как она кричит и бьется подо мной. Кто бы что ни говорил, а женщина особенно прекрасна именно в такие моменты.
  
Глава вторая: Тьёрд
 
Некоторое время я просто кружусь над местом, где полгода назад погиб заклинатель Костей. Не знаю, что пытаюсь высмотреть. Огонь? Следы, что внизу кто-то есть? Нет — там лишь следы страшного взрыва, что обвалил целую гору. Выжить здесь?
Качаю головой и начинаю снижаться.
Никто не знает, что я здесь. Никто, кроме Дэми. Да и странным бы выглядело желание Имперского генерала в одиночку пуститься на поиски почившего друга и собрата. Тем более, что гибель последнего официально признана и задокументирована. Хотя, разумеется, тело Кел’исса найдено так и не было. Только где его искать? Под метрами каменной породы, куда нет ни единого лаза?
Задерживаю дракона над относительно ровной поверхностью каменного крошева, приземляюсь.
Возможно, я все еще пытаюсь оправдать себя, так как в свое время не отыскал тело заклинателя, и поэтому меня до сих пор мучит совесть? Ерунда! На войне случаются вещи и похуже, чем солдаты, чьи похороны не были должным образом обставлены.
За полгода здесь почти ничего не изменилось, разве что стало немного больше растительности, все еще не особенно уверенно чувствующей себя на открытом пронизывающем ветру. Короткое северное лето не принесло в эти места даже подобия жизни: кругом лишь серый мокрый камень, тут и там покрытый пятнами темного мха и бесцветной склизкой гадостью — каким-то местным субстратом-переносчиком семян, из которого весной появятся первые чахлые кусты и деревья.
Что я тут делаю?
Осматриваюсь по сторонам, пытаюсь найти хоть что-то, что зацепит взгляд, заставит мозги работать. Что-то должно быть! Я слишком часто видел во снах Тень раньше, чтобы теперь, когда, казалось бы, с ней покончено, она вернулась просто так. Да, мы все еще почти ничего о ней не знаем. И если кто и мог ответить на хоть какие-то вопросы о Тени, так это Кел’исс. Никто больше. Он даже не оставил после себя приемника или ученика — невосполнимая потеря для Империи и ее военного потенциала.
Порывы ветра усиливаются, а с запада стремительно наползает грозовая туча. Еще немного — и я даже в небо подняться не смогу, меня банально разобьет о горные склоны, что возвышаются со всех сторон. Промедлишь — и застрянешь здесь надолго, никаких сомнений. Вот только улететь сейчас я не могу. Просто чувствую, что должен быть здесь, что-то будто свербит в голове, тянет… куда?
Иду прочь от дракона, едва не оскальзываясь на мокрых камнях. Дальше-дальше, здесь по-прежнему нет ничего примечательного, по-прежнему не за что зацепиться…
Неожиданно нога, мгновение назад стоявшая на твердой поверхности, уходит в сторону. Успеваю сгруппироваться и отпрыгнуть, когда чуть ниже по склону рождается и быстро ширится обвал. Выше, выше, цепляясь руками за камни, чувствую, как почва в буквальном смысле слова уходит из-под ног.
А потом все резко заканчивается.
Снова порывы ветра, снова далекие раскаты грома, но ни намека на движение каменных глыб.
Чуть перегнувшись, заглядываю в жерло провала и уже знаю, что там увижу — проход вниз, в лоно горы.