"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

– Да-да, мы уже направили заявление в Объединённые международные бюро по охране интеллектуальной собственности, приложив к нему копии ваших чертежей, – вставил Клеймерман. – Надеюсь, вы нас за этот шаг не осудите?
– Да бога ради, – пожал я плечами. – А в каком виде, извиняюсь, вы хотите запустить кубик в серию?
– Над этим вопросом мы сейчас как раз начинаем работать. Завтра у нас совещание в Совмине, хочу прихватить вашу игрушку и показать её и председателю Совета министров, и руководителям министерств и ведомств. Но хочу прихватить и вас, чтобы вы лично там присутствовали и в случае чего помогли убедить товарищей в полезности данного изобретения.
  
Ничего себе, вот это поворот! А кто у нас там председатель Совмина? Вроде Косыгин, под знаком экономических реформ которого 8-я пятилетка в параллельной реальности была названа «золотой». То есть перед ним ответ держать?
– А почему не хотите взять с собой Самуила Яковлевича? Он, мне кажется, расскажет о достоинствах головоломки не менее убедительно…
– Есть одна причина, по которой товарищу Клеймерману нежелательно попадаться на глаза Алексею Николаевичу, – скосил министр взгляд на главного советского патентщика, и тот тяжко вздохнул. – Так что, Егор Дмитриевич, готовьте лучший костюм, чтобы завтра выглядеть презентабельно. Совещание назначено на 10 утра, я пришлю за вами машину. И кстати, у Самуила Яковлевича для вас небольшой, как говорят англичане, презент.
Клеймерман выудил из-под стола потрёпанный кожаный портфель, и извлёк из него заключённое в рамочку авторское свидетельство.
– Позвольте, Егор Дмитриевич, вручить вам этот документ, подтверждающий исключительность вашего изобретения.
– Конечно, для народного хозяйства оно, может, и не несёт особой пользы, – отметил Струев, когда я принял патент, – однако я вижу неплохую перспективу его продвижения в массы, что сулит хорошую финансовую выгоду для советского государства.
– Его у нас весь мир начнёт покупать, – добавил я, памятуя, какими огромными тиражами в моей реальности расходился кубик Рубика.
– Опять же, головоломка способствует развитию в игровой форме гибкости и скорости мышления, а также моторики пальцев, – выдал Самуил Яковлевич. – Я подготовил тут Александру Ивановичу небольшую справку для завтрашнего совещания, правда, без сноски на меня, по причине, которую товарищ Струев уже озвучил… Будем верить, что вопрос решится положительно.
А ровно в 10 утра на следующий день, подвергшись проверке документов, я переступил порог Сенатского дворца, располагавшегося на территории Кремля. Именно здесь собирались участники очередного совещания Совета министров СССР. Встретил меня управляющий делами Совмина Михаил Сергеевич Смиртюков, который предложил обождать в примыкающей к залу заседаний комнате.
– Товарищ Струев мне о вас сказал, если вы понадобитесь – я вас приглашу.
– А что, могу и не понадобиться?
– Этого я знать не могу, может быть всякое, – чуть пожал плечами Смиртюков. – А пока, чтобы вы не скучали, можете посмотреть телевизор. Он здесь цветной. И чай могу предложить с печеньями и конфетами.
Телевизор «Темп-22» и впрямь оказался цветного изображения, но качество картинки оказалось так себе. Хотя для этого времени, видимо, даже такой телевизор считался прорывом. Вспоминая ещё то своё детство, никак не мог нашарить в памяти воспоминаний об этом телеприёмнике. Помню, году в 1967-м появился «Рубин-401», потом в продажу поступил «Рубин-714». Может, благодаря моему вмешательству в историю в СССР пораньше освоили выпуск телевизоров цветного изображения?
Следом за информационным блоком начался показ новой серии из цикла «Следствие ведут ЗнаТоКи», вернее, повтор вечернего показа, мы её вчера с Лисёнком вместе смотрели в чёрно-белом варианте. Правда, и тут он был чёрно-белым, потому как снимали сериал ещё не на цветную плёнку. От просмотра меня отвлёк появившийся в дверном проёме Смиртюков.
– Егор Дмитриевич, ваш вопрос разбирают, следуйте за мной.
Моё появление в зале заседаний было встречено дружным поворотом головы всех его участников, кроме сидевшего во главе стола Косыгина, который с интересом крутил в руках кубик. Молодец всё-таки Лапотников, сделал вещь на совесть: в стольких руках побывала, а ещё ничего не отвалилось. Хотя запас прочности у обычного пластмассового кубика Рубика в моё время был тоже немалый.
– Вот, Алексей Николаевич, и сам автор изобретения, – привстал Струев, показывая в мою сторону.
Председатель Совета министров оторвался от игрушки, обратив взгляд с толикой заинтересованности на меня.
– А-а, товарищ Мальцев… Вы у нас, я смотрю, просто на все руки мастер: и швец, и жнец, и на дуде игрец!
– Получается, так, – не стал скромничать я, переминаясь с ноги на ногу.
– Да вы садитесь, вон место есть, – предложил Косыгин. – Признаюсь, не думал, что сегодня доведётся рассматривать вопрос с игрушкой, мы тут вроде обсуждали дела государственного масштаба, но товарищ Струев настоял… Головоломка, кстати, действительно интересная, вижу, так просто её не соберёшь. Полагаю, она придётся по душе и ребятам, и даже взрослым.
Присутствующие одобрительно загудели, а Косыгин не без сожаления отложил кубик в сторону.
– Он у вас в единственном экземпляре? – обратился ко мне Алексей Николаевич.
– Пока да, знакомый столяр делал по моим чертежам и под моим непосредственным руководством. Если нужно, можно ещё сделать. Правда, не знаю, как у него обстоят дела с расходными материалами, на один-то кубик наскребли…
– Ну это не проблема, материалы найдутся. А вообще неплохо получилось, симпатичная и увлекательная вещь… Так вот, товарищи, возникает вопрос: как запустить эту головоломку в массовое производство, чтобы её продажа приносила прибыль, а себестоимость была не очень высокой? Вот тут Александр Иванович мне записку передал якобы от товарищей из «Патентного ведомства», так они пишут, что изобретение может иметь огромное значение для советского государства. Но ведь если мастерить каждый такой кубик из дерева – это получается ручная работа, весьма энергозатратно, верно, товарищи?
Вновь дружный одобрительный гул.
– Конечно, в качестве подарочного или коллекционного изделия кубик можно делать и из дерева, допустим, ценных пород, и из той же моржовой кости, или, если кому приспичит, вообще из золота.
Смешки по залу.
– Но мы сейчас говорим в первую очередь о простых людях, чтобы и им было доступно это удовольствие, развивающее – тут я опять обращаюсь к записке – интеллект и моторику. Хорошо бы, к примеру, розничная цена кубика не превышала трёх рублей. Как думаете, товарищи?
– Хорошая цена. Отличное предложение. Полностью согласен, – раздалось со всех сторон.
– Что ж, давайте мы послушаем автора изобретения, может, у него есть какие предложения?
– Удешевление и серийное производство возможно только при применении пластиковых масс, – откашлявшись, начал я с места. – Однако абы какие пластмассы не подойдут, тут нужно учитывать прочность и минимальное трение. Кубики должны быть лёгкими в изготовлении и в то же время долговечными.
– Полимеры у нас курирует министерство химического и нефтяного машиностроения, если я не ошибаюсь? – поинтересовался Косыгин.
– Так точно, – привстал дородный тип лет шестидесяти.
– Как, Константин Иванович, можете что-то сказать по поводу вышеизложенного?
– Ну-у, я думаю, можно попробовать озадачить несколько научно-исследовательских институтов. Например, НИИ хлорорганических продуктов и акрилатов в Дзержинске Горьковской области. Пусть подберут пластическую массу, соответствующую необходимым требованиям.
  
– А если не подберут?
– Тогда пусть изобретают!
А товарищ Брехов, я смотрю, настроен решительно, – скупо, уголком рта улыбнулся председатель Совмина СССР. – Что ж, через месяц вы мне, Константин Иванович, представите доклад по данному вопросу. Надеюсь, нужная пластмасса в стране имеется, иначе… Иначе её, как вы и пообещали, придётся изобрести. А может, это даже и к лучшему, глядишь, найдётся вашему изобретению в области пластмасс и более серьёзное применение… – И снова его взор обратился ко мне. – Товарищ Мальцев, всё же я поражаюсь вашим способностям. Вы, конечно, извините за подозрение, но это точно ваша разработка, вы ни у кого её не… не подсмотрели? А то ведь ездите по заграницам, мало ли…