"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
А может, позвонить самому Гришину? Нет, тот тоже струсит бросать вызов Андропову.
Прав тот неизвестный, что его предупредил, в такой ситуации может не спасти даже преждевременный уход на пенсию, о чём Юрий Константинович начал задумываться в последнее время. Устал он от всего этого, от всех этих рож, от просителей, некоторые из которых переступают порог его кабинета с таким лицом, будто он им должен.
И ведь ладно бы сам наживался, так ведь все деньги уходят на взятки директорам баз, только чтобы в его магазине на прилавках всегда был свежий и дефицитный по нынешним временам товар. Да ещё с руководством московской торговли приходится делиться, эти вообще получают свою долю ни за что, лишь бы закрывали глаза на его деятельность. Со всех сторон окружён негодяями… Да что там говорить, и сам такой, раз вынужден играть по общепринятым правилам. А ему всё это надоело до чёртиков!
Он обхватил голову руками, вцепившись пальцами в шевелюру, и тихо застонал. Чёрт бы побрал эту страну, в которой приходится постоянно преступать закон, только чтобы вверенное ему предприятие смотрелось достойно. Почему в тех же Штатах в магазинах есть всё, что душе угодно, а у нас люди давятся за связкой сосисок? И даже не страна, при чём тут она — виноваты те, кто этой страной руководит. И не ему, директору гастронома, идти поперёк этой системы. Ради чего, спрашивается, он и миллионы советских людей проливали кровь на фронтах Великой Отечественной? Всё зашло в тупик, в ситуацию, когда низы не могут, а верхи не хотят. И он, Юрий Соколов, лишь маленький винтик этой огромной машины, и при всём желании бессилен что-либо изменить.
Глава 2
Неподалёку от «Елисеевского» наткнулся на книжный магазин, решил заглянуть, может, что приличное из фантастики попадётся, когда-то в юности за любой том «Антологии» я готов был удавиться. Внутри обнаружилась приличная очередь. Неужто и в самом деле какой-нибудь заграничный бестселлер выбросили в продажу?
— Календари японские дают, по три пятьдесят штука, — сказала женщина в лисьей шапке, за которой я пристроился в конец очереди.
Точно, вон один счастливый обладатель сразу двух календарей пошёл, с виду ничего так полиграфическая продукция, нарядно смотрится. В будущем станут обычной офисной обыденностью, а сейчас смотрятся как экзотика. Календарь на 1978 год, на Год Лошади, судя по картинке. Если уж в Москве за ними очередь, то в Пензе вообще была бы давка. А что, куплю парочку, если достанутся, один себе домой, второй Инге подарю.
Достались, хотя очередная тётка сзади прошипела, что нечего по две штуки в руки давать, хотя, как я успел выяснить за время стояния в очереди, в одни руки давали до трёх штук. Я наглеть не стал, и правда, может, кому-то позади меня не достанется, а мне парочки вполне хватит. Хорошо ещё, что по размеру как раз в портфель уместились, а то бы бегал по Москве с календарями подмышкой, постоянно выслушивая вопросы, где это я их умудрился приобрести.
Впереди замаячил памятник Юрию Долгорукому. У памятника основателю Москвы толпились иностранцы, поодаль крутились какие-то парни с сумками, почему-то сразу подумалось, что это фарцовщики. При ближайшем осторожном знакомстве моя догадка подтвердилась. Поинтересовался ассортиментом, в итоге взял в розницу две пачки жевательной резинки «Wrigley» по 2.50 за каждую, то есть путём нехитрых подсчётов можно было определить, что одна пластинка стоила 50 копеек. Если бы к этому времени не начали выпускать отечественную резинку, то, как объяснил постоянно стрелявший глазами по сторонам продавец, жвачка обошлась бы мне чуть ли не вдвое дороже. Купил я заграничную резинку со вкусом мяты не для спекуляции в стенах училища или во дворе, считая это занятие для себя слишком несерьёзным, хотя и поимел бы с этого какую-то, пусть и мизерную, выгоду, а чисто для себя и друзей. Для подарка Инге тоже слишком мелко, так угощу.
Одну пластинку жвачки тут же отправил в рот и собрался идти своей дорогой, но тут меня нагнал произнесённый заговорщицким шёпотом вопрос фарцовщика:
— Презики не нужны?
Оказалось, у него на выбор имелись югославские, индийские и гэдээровские презервативы. Стоила такая резина, конечно, подороже, чем жевательная, но, когда я представил, каким боком мне может выйти чей-то случайный «залёт», то все сомнения тут же отпали.
— Какие лучше? Только честно!
— Бери югославские, они подороже, но качество на уровне. Сам такими пользуюсь.
Пользуется он… Ладно, так уж и быть, возьмём парочку югославских презиков, авось и впрямь качество окажется на высоте.
В магазине «Подарки» за большим флаконом духов «Climat» мне пришлось простоять больше часа, встав в конец очереди ещё на улице, и заплатить за него 45 рублей. Жаба, конечно, душила, и ещё какая, когда я занимал место в живой цепочке, но представив, как будет рада мама и как ей обзавидуются подруги — все сомнения отринул прочь.
Ну вот, подарками маму и Ингу обеспечил, и в животе начинает бурчать, организм снова требовал закинуть в него топлива. Хорошо, что метров в пятидесяти от «Подарков» наткнулся на продуктовый. Купил «Краковской», сыра, который продавщицу попросил сразу порезать, батон «Городской» и бутылку «Дюшеса». Перекусить зашёл в какой-то жилой подъезд, мысленно радуясь, что на дворе не XXI век с его кодовыми замками. Уселся на подоконник, прислонив свешивающиеся ноги к горячей батарее, и неторопясь стал откусывать поочерёдно от батона, колечка «Краковской», закидывать в рот ломтики сыра, запивая всё это достаточно прохладным лимонадом. Снизу греет, в животе сытость, за выходящим во двор окном кружится лёгкий снежок… Лепота!
Может, тут и просидеть ещё пару часиков, а потом уж и на вокзал двинуть? Но нет, щёлкнул замок одной из дверей на квартирной площадке на полэтажа выше, вышла немолодая женщина, вся из себя такая, в цигейковой шубке и норковой шапке и, увидев меня с пустой бутылкой в руках, тут же взвизгнула:
— Ты чего это тут расселся? А ну-ка иди отсюда, алкоголик малолетний!
— Это лимонад, — буркнул я, глянув на тётку исподлобья.
Однако препираться не стал, сполз с подоконника, подхватил свои манатки и с чувством собственного достоинства неторопливо спустился к выходу. На улице уже понемногу начинало смеркаться. Куда бы ещё ткнуться, не хотелось торчать несколько часов на вокзале…
О, точно, рядом же на Красной площади Исторический музей! А я ведь, сколько раз бывая в Москве, ни разу его не посещал, так что есть возможность исправить упущение. И погреюсь заодно.
Купил билет, сдал одежду в расположенный в подвальном помещении гардероб… Да-а, вот это великолепие! Одного мрамору, панимашь, скока сюда вбухали! Экспозиция начиналась на первом этаже с каменного века, а заканчивалась на верхнем веком 19-м. В общем, я мог бы ещё долго бродить по залам музея, но время начинало поджимать.
Но всё же я не мог не заскочить в ГУМ! Быстренько пробегусь — и на вокзал.
На входе у фонтана купив вкусное мороженое за 20 копеек, поднялся на второй этаж, и в отделе нижнего белья наткнулся на небольшую очередь за мужскими итальянскими трусами невиданной в СССР модели «боксёры», которые по сравнению с лежавшими рядом стопками семейными трусами смотрелись как «Мерседес» на фоне «Жигулей». Хм, почему бы не взять? Цена, правда, кусается, по 3.50 за штуку, однако они того явно стоили. В общем, взял парочку, не зря в отдел зашёл.
Заглянул в отдел спортивных товаров. Да-а, глаза разбегаются… А вон какие симпатичные боксёрские перчатки, советские, надпись на манжетах «Sport», и стоят вроде не так недорого. Попросил посмотреть, натянул… Сидят как влитые. Думаю, с бинтами будет не хуже. Беру!
На Казанский вокзал прибыл за час до отправления фирменного поезда «Сура». К тому времени мой растущий организм успел снова проголодаться, особо не заморачиваясь, я тут же перекусил в привокзальном буфете салатом «Витаминным» на растительном масле, мятой картошкой со шницелем и запил всё это стаканом компота из сухофруктов. Надеюсь, плохо мне с буфетной еды не станет.