"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Кинув вещи в гостинице, наша команда дублёров отправилась на тренировку на запасное поле республиканского стадиона, где нам вечером предстоял матч с дублёрами тбилисских одноклубников. Затем вернулись в гостиницу, вздремнули часок и решили прошвырнуться по городу. В Тбилиси в той жизни мне доводилось бывать пару раз, в 1986 и 1993 году, если память не подводит. Сейчас ещё многого не было, что появится позже, однако достопримечательностей всё равно хватало.
  
На променад я отправился в компании Валерия Маслова и Льва Яшина, которому на этом выезде доверили место в рамке главной команды. Яшин взял своего рода шефство надо мной, что мне весьма импонировало. Не могли мы не посетить Старый город, расположенный по обоим берегам Куры. Узкие улочки, здания с чертами средневековой застройки, развалины цитадели Нарикала, каменная церковь Анчисхати, церковь Метехи, кафедральный собор Сиони и бани царя Ростома… Я пожалел, что нет с собой фотоаппарата. Или хотя бы мобильника с встроенной фотокамерой, для селфи сгодилось бы.
Зашли на Центральный рынок, который, как выяснилось, в народе назывался Дезертиркой. Это название, как я узнал позже, закрепилось ещё со времён Гражданской войны, когда солдаты продавали здесь своё обмундирование, оружие, а то и краденные вещи… Рынок, казалось, не имел ни конца ни края. Тут царило настоящее вещевое и продуктовое изобилие. А нас что-то потянуло во фруктовые ряды. Вытянутые и овальные дыни, готовые треснуть от спелости арбузы, нежные персики и янтарные гроздья винограда… Не говоря уж о яблоках, грушах и сливах. Ну и специи, зелень, которой было целое море – куда без этого?!
А цены… По сравнению с московскими просто символические.
Яшин в целях конспирации нацепил солнцезащитные очки, ну чтобы не узнали, но народ на базаре недолго оставался в дураках. Вскоре обступили, требуя автографы.
– Товарищи, да тут и других хороших футболистов хватает, – взмолился Лев Иванович минут через десять. – Вон Кесарев или Царёв, например. А это, кстати, Егор Мальцев – вообще наше молодое дарование, о нём скоро как о футболисте вся страна говорить будет…
– Лев Иваныч!.. – смущенно начал я.
– …А как о композиторе уже вовсю говорят. Егор уже штук сто песен сочинил, берите у него автографы, потом не подступитесь.
Как ни крути, а главной звездой всё-таки был Яшин. Нам приходилось буквально раздвигать толпу, чтобы пробираться.
– Что, Лёва, может, по дыньке возьмём? – поинтересовался Маслов.
– В гостинице слопаем? – спросил Яшин.
– Ну да, не в Москву же везти, после игры вечером и съедим. А Егорка к нам присоединится.
– Это я с радостью. Только почему по паре «торпед» не взять и в Москву? Что ж родных-то не порадовать?
– Устами младенца… – рассмеялся Яшин. – Ладно, я, пожалуй, парочку возьму. Больше просто не донесу. Одну в номере съедим, вторую с собой заберу, в столицу.
– Ну тогда пойдём торговаться, – предложил Маслов.
Блин, хорошо всё-таки быть известным футболистом.
Это я не о себе. Яшин с Масловым даже поторговаться не успели, им просто всучили по паре дынь в качестве презента. А мне не давали поначалу, мол, мы такого футболиста, Мальцева, не знаем. И песен ваших не слушаем, у нас тут поют свои, грузинские, типа «Калос Хелхвави» или «Мерцхало». Да уж, дикие люди…
Тут уже мои партнёры по команде встали в позу: либо дарите ему тоже две дыни, либо мы отказываемся от подарков и пойдём искать других продавцов. И я стал счастливым обладателем пары «торпед».
На базаре я обнаружил лавку торговца украшениями, выдержанными в национальном стиле. А не порадовать ли мне своих женщин такими изысканными побрякушками? Ну-ка, что у нас тут… Ага, вот эту брошь на белом металле с зелёным круглым камнем по середине вполне можно подарить маме. Так, сеструхе вот это колечко, надеюсь, угадал с размером. А Ленуське подарим вон тот браслет, выглядит солидно, а стоит… Ну, не то чтобы дёшево, но в столице опять же обошёлся бы раза в три дороже. Так что пришлось из своих сбережений потратить 65 рублей. Но подарки того стоили!
Свой матч мы у дублёров тбилисского «Динамо» мы выиграли 2:0. Я забил гол и выдал голевой пас. Победу, как и планировали, отметили безалкогольными посиделками в номере, который занимали Яшин и Маслов. Были, считай, обе команды – дублёров и основная, которым завтра ещё предстояло выйти на поле. Тренеры и медперсонал тоже присоединились к нам, правда, ненадолго, и попросили сильно не засиживаться, чтобы в 11 вечера все были в постелях.
Помимо дынь на нашем столе хватало и других восточных фруктов, не считая классических нарезок из сыра и колбасы, а также ещё тёплых лепёшек. Когда начальство ушло, кто-то выставил на стол пару бутылок мукузани, которые тут же приговорили. А мне вручили бутылку охлаждённого лимонада марки «Воды Лагидзе». При этом некоторые вовсю дымили, ни о каком соблюдении спортивного режима речи не шло.
А вскоре откуда-то принесли гитару, которую после недолгого колебания вручили мне и попросили спеть что-нибудь из новенького. Я исполнил три вещи с акустического альбома. Мол, там все песни – потенциальные шлягеры, вы такого не слышали, а когда услышите – офигеете. В общем, заинтриговал, подумав перед сном, что нужно срочно обзаводиться парой катушечников. Оригинал и две копии хранились у меня дома. Пора уже, пора запускать хиты в народ.
Под занавес посиделок Яшин принялся травить анекдоты. Оказалось, он был непревзойдённым рассказчиком. Народ просто надрывал животы. Хотя, уверен, какие-то анекдоты ребята слышали не в первый раз. Я тоже не удержался, выдал анекдот на грузинскую тематику:
– Юноша-грузин учится в институте и пишет письмо родителям: «Здравствуйте, дорогие папа и мама! У меня всё хорошо. Учёба идёт хорошо. Ребята в группе попались хорошие. Только одно меня смущает. Все ездят в институт на автобусе, а я один – на машине». Родители отвечают: «Дорогой сынок! Рады, что у тебя всё хорошо. По поводу машины – не расстраивайся. Высылаем денег – купи себе автобус, езди как все ребята».
Все, кто были, заржали так, что в комнате затряслись стёкла, а по батарее со стороны какого-то из соседних номеров возмущённо застучали.
По возвращении домой меня ждал самый настоящий сюрприз. Не успев вручить родным подарки, я был оглушён известием, что мама и Ильич решили связать себя узами брака. Заявление ещё не подали, зачем-то ждали, как я отреагирую на данный факт, словно от этого могло что-то зависеть. Тем более что могли бы и догадаться, что я скажу, раз уж изначально выступил в роли свахи.
– Если ты не против, то мы завтра же с Валерой подадим заявление, – сказала мама.
– Я-то не против, только рад за вас. А что, у тебя теперь будет фамилия Байбакова?
– Ну, выходит, так, – грустно улыбнулась родительница. – И кстати, Валера предлагает жить у него.
– Ясно… Думаю, отсюда выписываться тебе не резон, давали-то на троих как-никак.
– Я тоже об этом думала. Пожалуй, не буду торопиться с пропиской у Валерия. Ой, как-то боязно вас с Катей одних оставлять…
– Ничего страшного, мы уже взрослые, Катька небось тоже замуж намыливается, угадал? – Увернувшись от подзатыльника от сестры, я продолжил более серьёзно: – Конечно, подавайте заявление, если любите друг друга. Свадьбу будете играть?
– Да какая там свадьба, хотели просто посидеть посемейному. Родню пригласим – и нормально.
На следующий день мама с Ильичом отправились подавать заявление, а я ближе к вечеру пошлёпал в «Арагви», где меня ждала очередная порция дани от ресторанных музыкантов. Учитывая, что я давненько здесь не появлялся, мне выдали сразу 250 целковых, а я подкинул ребятам партитуры ещё пары песен. Одна была «Букет», авторство музыки я приписал себе, а стихов – Николаю Рубцову. Поэта, прожившего короткую и трагическую жизнь, я уважал, решил не лишать его такого стихотворения, пусть даже, скорее всего, ещё и не написанного. Может, никто и не заметит, что песня на стихи Рубцова вышла на год-другой раньше, прежде чем он сочинил эти строки. Второй песней, на случай если публика захочет поразмяться и станцевать что-то вроде твиста или шейка, стала «Последняя электричка» на стихи Ножкина и музыку Тухманова. Тут я нагло всё записал на себя, не без зазрения совести подумав, что благородство должно быть дозированным.