"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

— Э-э-й! — даже не успев отдышаться, хрипло завопил я, размахивая руками.
Вёсла пошли вразнобой. Меня заметили. Артамонов оглянулся, привстал, почему-то схватился за голову и что-то скомандовал ребятам. Заработали вёсла с правого борта, шлюпка развернулась и двинулась обратно по направлению к берегу. А я обессиленно сел на обкатанную волнами гальку, думая о том, что книгу, пожалуй, даже перед своими светить не стоит. Я уже считал её личным трофеем, своими 25 процентами от общей суммы клада, неспроста же в катакомбах храма ей была отведена целая комната.
    
Глава 12
 
— О-о-о, здравствуйте, мистер Бёрд! Как отдохнули? Вы выглядите так, будто целый месяц бегали по кубинским горам, а не нежились у бассейна в самом дорогом отеле Гаваны.
— Привет, Саймон! Если бы ты выпил столько же кубинского рому, как я за время отдыха, то, боюсь, и вовсе не дожил бы до окончания отпуска. Куба не даёт расслабляться, мой друг, она ежедневно испытывает твою печень на прочность. Вот, кстати, тебе в подарок бутылка отличнейшего Bacardi.
Мы пожали друг другу руку. Многое в моей жизни изменилось за этот месяц, и даже более панибратское обращение к моему помощнику, с которым прежде я держал некоторую дистанцию, тому тоже было свидетельством. И это невзирая на то, что Стетсон являлся приставленным ко мне стукачом Гувера. Я улыбался во все тридцать два, демонстрируя, как соскучился по Вегасу, отелю, своей фабрике, теле— и радиостанции и своему заму в частности. А ведь и впрямь соскучился. За этот месяц в моей жизни прошло столько событий, сколько другому за всю свою жизнь не удаётся пережить.
Сначала Западная Украина и отряд «Победители», затем Москва, встреча с Берией, база в Подмосковье и самолётом в Индию. Ограбление (по-другому, увы, трудно назвать это действо) храма в Траванкоре, чудесное спасение из ловушки и, наконец, морское путешествие на сухогрузе к Архангельску сначала под шведским, а затем, когда были пройдены воды, контролируемые немцами и их союзниками, под британским флагом. Архангельск… Город, откуда я сначала уплыл в Штаты, а теперь вот возвращаюсь из Индии.
Затем самолётом в Москву, где нас из Внуково сразу повезли на подмосковную базу, я сдал казённые вещи и забрал свои, а оттуда на следующий день в Кремль. Закрытый приём у Сталина, на котором присутствовали также Берия и полковник Муравьёв, сопровождался вручением без лишней шумихи государственных наград.
Артамонову как командиру группы повесили на грудь орден Ленина и «Золотую Звезду» Героя Советского Союза, остальным, включая меня, вручили только по ордену Ленина. Но и то неплохо, как-никак высшая государственная награда. И есть за что, учитывая, что мы умыкнули из Индии едва ли не годовой бюджет довоенного СССР.
Но в этот день я был просто именинником. Потому что тут же за боевые заслуги в тылу врага получил ещё и орден Отечественной войны I степени. Данный факт меня немного смутил, почему-то стало неудобно перед бойцами, но я, несмотря на то, что являлся лицом гражданским, бодро выдал второй раз кряду: «Служу Советскому Союзу!»
Приятно, конечно, стать орденоносцем. Вообще, если заняться меркантильным сравнением, то я дал своей родине куда больше, чем она мне. Достаточно вспомнить, сколько раз за последний месяц я рисковал жизнью, хотя мог бы сидеть в своём Вегасе и заниматься бизнесом. Ещё неизвестно, что там случилось за время моего отсутствия, может, уже всё к чёртовой матери национализировали. Вернее, раздали по дешёвке своим людям: одному отель, второму телерадиокомпанию, третьему — фабрику… Надеюсь, всё это не более чем плод моего воспалённого воображения.
После награждения всех отправили восвояси, а Сталин и Берия остались со мной наедине. Мы сели по разным сторонам круглого столика, на этот раз без чая и конфет с печеньем. Когда я стоял навытяжку в строю награждаемых, обратил внимание на облик в целом: невысокий рост, слегка полноватое телосложение, руки длинноваты и тяжеловаты по сравнению с туловищем и малоподвижны, особенно левая. Теперь же, сидя напротив, я имел возможность, пусть и со скрытым любопытством, разглядеть всемогущего властителя 1/6 части суши во всех подробностях: лицо с рябинками, открытый лоб с зачёсанными назад тёмными с проседью волосами, великоватый нос, что для кавказца обычное явление, смотрит Сталин прищурившись, вроде и не на тебя, уводя взгляд куда-то в сторону, а понимаешь, что тебя изучают, словно бактерию под микроскопом.
— Давно хотел с вами познакомиться лично, товарищ Сорокин, — нарушил молчание Сталин. — Так вот вы какой, гость из будущего.
Я улыбнулся краешком губ, пожал плечами, как бы говоря, что вот, мол, так получилось, я здесь вообще ни при чём.
— Жаль, что так получилось, с падением вашего самолёта на Украине. Маршрут утверждал товарищ Берия, — быстрый взгляд в сторону наркома, — видно, не всё продумали. Ответственные лица, включая народного комиссара, получили… хм… выговоры. Однако вы показали себя в такой экстремальной обстановке с самой лучшей стороны. И что, в этом вашем будущем все такие… удалые?
— Наоборот, это сейчас народ удалой, а в моём будущем такие, как я, — наперечёт. Люди двадцать первого века покрылись жирком как в физическом, так и в моральном смыслах. Разве что за исключением профессиональных военных, воюющих в «горячих точках», да стран третьего мира, где по-прежнему люди умирают от голода и болезней. У тех каждый день — борьба за выживание. А в европейских странах, США, Канаде, да и в России по большому счёту работать физически уже не только молодёжь, но и среднее поколение не заставишь, все сидят в офисах за компьютерами. Появилось даже такое выражение — офисный планктон.
— «Офисный планктон»? — Сталин, переглянувшись с наркомом внутренних дел, спрятал в усах улыбку.
— Кстати, мы с товарищем Берией посмотрели ваш фильм «Месть подаётся холодной». Очень хорошее качество, и сюжет интересный. Сами придумали?
— Хм, ну, в общем-то… В общем-то, да! — выпалил я. — Разве что за основу взял книгу американского автора «Банды Нью-Йорка», но она больше как справочник, сюжет пришлось выдумывать самому.
Ну да, врал я, а что в этом такого? Откуда им знать, что я копировал, как мог, фильм 2002 года?! Всё равно не докажут. И уже никто не докажет в этой ветке реальности, потому что к 2002 году именно мой фильм будет считаться образцом.
— А почему бы вам, товарищ Сорокин, как-нибудь не снять такой же качественный фильм у нас, скажем, на студии «Мосфильм»? Конечно, не о бандах Москвы, мы с ними успешно боремся, так что над сюжетом нужно подумать. Но чтобы смотрелся так же интересно, и в цвете.
— Я бы и не против, вот только для этого мне придётся задержаться в Москве на неопределённый срок, а я, по легенде, нахожусь в отпуске на Кубе, и отпуск на днях завершается.
— Нет, речь идёт не о том, чтобы уже завтра приступать к съёмкам, мы всё понимаем. Может, на следующий год так же выберетесь в отпуск, как раз к тому времени война уже закончится. Это в вашем времени она завершилась весной сорок пятого, а сейчас мы имеем на руках автомат АК-42, который был создан не без вашей помощи в конструкторском бюро Калашникова. Он уже апробирован на Западном фронте. Разработка пенициллина, который поставляется в действующую армию, тоже часть вашей заслуги. Благодаря ему спасены сотни, если не тысячи жизней советских солдат. Теперь мы имеем сокровища, на которые можно закупить огромное количество вооружения и продовольствия. То, что мы получаем по ленд-лизу, — крохи, а сами, к сожалению, не можем полностью удовлетворить потребности армии и народа. Теперь всё будет намного проще.
  
Да уж, оптимист… Думаю, год максимум моё участие поможет скостить, но уж никак не два. Война — не шахматы, все ходы наперёд не просчитаешь. Немцы вон тоже надеялись до зимы 41-го взять Москву и заставить Сталина подписать капитуляцию. Однако кое-что всё же не учли, что в итоге аукнулось им жуткой зимой под Москвой, затяжной войной и своей же капитуляцией.