"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

– А почему не в мае?
Она взъерошила мою отросшую шевелюру, и я подумал, что пора бы наведаться в парикмахерскую.
– В мае жениться – всю жизнь маяться, – блеснул я эрудицией в области предрассудков. – Тем более пока заявление подадим, там всё равно месяц ждать придётся, а тут и майский чемпионат страны, будет не до того. Давай уже спать, а то завтра на парах будешь зевать и тем самым вызовешь гнев преподавателей.
  
Как ушла Инга, я даже не заметил, так как после всех этих смен часовых поясов отрубился лишь под утро и продрал глаза без четверти десять. Нашёл в себе силы сделать зарядку, закончив её «боем с тенью». После чего принял душ, позавтракал и отправился в банк. Положив валюту на свой счёт, заехал в клуб «Динамо», вручил Грачёву купленные на «блошином рынке» перчатки.
– Ну спасибо, ну удружил, – радовался он, зачем-то принюхиваясь к запаху старой кожи. – А ты как себя чувствуешь, сегодня потренируешься?
– У меня сейчас пару дней будет акклиматизация, придётся снова привыкать к московскому времени.
– Понятно… Тогда как будешь готов – заходи, чемпионат Союза не за горами.
Это да, турнир будет проходить в Ростове-на-Дону с 3 по 11 мая, и вроде до его начала остаётся месяц с лишним, а с другой стороны, этот месяц пролетит – не заметишь. Так что через пару дней действительно нужно уже показаться в зале и начать работать.
А вечером навестил Лёху, вручил ему от щедрот своих спиннинг. Парень от счастья чуть ли не до потолка прыгал.
– Макс! Спасибо огромное! Ты, наверное, и сам не представляешь, что привёз! Такие снасти в Москве хрен найдешь!
– Да ладно!
– Нет, я серьезно! Я вот когда из «полтинника» возвращаюсь…
– Из «полтинника»?
– Ну, из 50-й больницы на Вучетича. Так вот там на улице Соломенная сторожка… Макс! Я хрен её знает почему так эту улицу назвали. Может, сторожка там стояла, сейчас не стоит. Сгорела нах или местным солома была нужна… Неважно. В общем, там «комок» есть, где продают рыболовные снасти. Импортные. Вот захожу и облизываюсь. Если спиннинг там ещё можно толковый подобрать, то катушку митчеловскую реально не найдёшь. Я про неё только читал. И знаешь, сколько всё это стоит? Навскидку рублей под пятьсот!
– Серьёзно?!
– Какие уж тут шутки! На «Птичке», то есть на Птичьем рынке, у барыг ещё можно что-то заказать, а так импорта рыболовного в магазинах нет совсем. Я за своим спиннингом чешским полтора часа в очереди стоял в ГУМе. И то…
– А в чём разница? Удочка и удочка.
– Ну как тебе объяснить, ты же не рыбак… В общем «Жигули» автомобиль и «Мерседес» тоже автомобиль. Ну ты понял, наверное? Про блесны вообще молчу. Там у них они как расходники. Стоят копейки в общем-то. Штамповка. Зацепил где, да и хрен с ней. А у нас за такими в любую воду ныряют, потерять боятся.
– А наши?
– Тоже неплохие в общем-то. Но тут опять качество и материалы… Жаль, что ты не рыбак, и не сможешь разницы прочувствовать… Всё! В ближайшие выходные в Топорково! Дам окуням там просраться!
– Лёш! Ты маме обещал забор со стороны леса поправить! – пискнула с дивана Люся.
В руках у неё был флакон с подаренным мною американским парфюмом.
– Да хрен с тем забором! Стоял себе два года и ещё неделю простоит! Зато я вам такую уху обещаю – ложка будет стоять! Макс! Давайте с Ингой тоже на дачу приезжайте! Ухи настоящей попробуете!
– Посмотрим. С Ингой посоветуемся. Я тогда позвоню.
Ну а завершился этот полный беготни день объятиями в постели. Инга сразу взяла инициативу в свои руки и устроила на мне скачку, нахлобучив на свою голову мою ковбойскую шляпу. Ещё и кричала что-то типа «Йих-а-а!», словно ковбой на лошади. Бедные соседи! Где только подсмотрела, в каком фильме? Короче говоря, давненько мы так не веселились. И главное, так долго.
  
Глава 8
 
В Пензу мы с Ингой на этот раз отправились вдвоём. И она соскучилась по родным и друзьям, и мне при ней как-то было сподручнее просить руки и сердца у её родителей. Выглядело это следующим образом… Я заявился к Инге домой в своём единственном, но вполне приличном костюме. Инга уже была в отчем доме, куда попала раньше меня, так как мы расстались на вокзале, и я сначала отправился к себе. Нине Андреевне помимо набора косметики я преподнёс ещё и приличных размеров букет алых роз. Михаилу Борисовичу – штатовский органайзер, что вызвало у него одобрительное причмокивание. После чего мы сели за накрытый стол, и спустя какое-то время я начал демонстративно вертеть по сторонам головой.
– Ты что-то ищешь, Максим? – спросил Михаил Борисович.
– Да вот, смотрю, икон у вас в доме нет…
– Хм, ну вообще-то коммунисты в доме икон не держат.
Я сделал вид, что задумался. Потом выдаю:
– А «Капитал» Карла Маркса есть?
– Конечно!
– Давайте его сюда.
Козырев, пожав плечами, поднялся и вскоре вернулся с толстым томом в руках, положив его передо мной. Тут я встал и постарался придать своему лицу торжественность.
– Нина Андреевна, Михаил Борисович… Хм, хм… Я хочу сказать вам, как я был рад встретить вашу дочь, и познакомиться с вами. Вы замечательные родители, и я знаю, что Инга именно благодаря вам такой добрый и заботливый человек. Ваша дочь является целым миром для меня, и я надеюсь провести остаток своей жизни рядом с ней. Сегодня я здесь, потому что хотел бы попросить вашу дочь выйти за меня замуж, и для меня будет честью получить ваше благословение.
Фух, спина мокрая, лоб тоже, словно бы только что спарринговал. Мне легче было бы трёхраундовый бой провести, чем вот так вот стоять и выжимать из себя заранее заготовленную речь. Но родителям Инги, кажется, понравилось. Михаил Борисович, тот, правда, отчего-то засмущался, а вот Нина Андреевна аж засияла, впрочем, всё же стараясь свою радость особо не афишировать.
– Миша, ты как, не против отдать Ингу в руки Максима? – ради проформы поинтересовалась она у мужа.
– Да чего уж тут, – махнул тот рукой. – Живут вместе под одной крышей чуть не год, только что не расписаны, души друг в друге на чают. Я не против!
Я хоть и предчувствовал результат, но всё одно с души будто камень свалился. Инга с пунцовым лицом подошла ко мне, и мы взялись за руки, стесняясь при её родителях целоваться. Михаил Борисович предложил это дело отметить, и полез в холодильник за «Столичной». Затем разлил по четырём рюмкам. Инга только пригубила, а я и её родители свои 50 грамм накатили без зазрения совести.
– А «Капитал» зачем понадобился-то? – спросил Козырев, прожёвывая салями.
Я улыбнулся:
– Так ведь раньше родители икону в руках держали, когда благословляли, а сейчас можно при помощи «Капитала». Он хоть и на столе лежал, но так или иначе был свидетелем моего предложения.
– Ах ты! На святое покусился! – рассмеялся Михаил Борисович, а Нина Андреевна тоже заливисто расхохоталась.
Дальше предки моей невесты, в основном, конечно, её мама, завалили нас вопросами относительно того, как мы видим нашу будущую семейную жизнь, причём советовали не торопиться заводить детей. Заодно Михаил Борисович снова стал расспрашивать про Америку, мол, как там они живут, правда ли, что белые притесняют негров? Я рассказал, как мистер Браун обозвал моего секунданта черномазым, за это в том числе и схлопотал от меня апперкот.
– Молодец, так с ними, капиталистами, и надо, – похвалил меня Михаил Борисович. – Будут знать, как негров обижать.
Ха, попробовал бы он в «толерантном» 21-м веке произнести слово «негр» в той же Америке… Да особенно после возникновения движения BLM. Его бы эти же негры по судам затаскали. И суд стопроцентно выписал бы ему как минимум штраф, а то и срок впаял бы. Только афроамериканец, и никак иначе!
  
Также определились, что свадьбу играть будем в Москве, чтобы после ресторана новобрачные могли спокойно вернуться в семейное гнёздышко. Да и СБ, «привязанному» к Бобкову, так будет удобнее. У него же остановятся и родители Инги, а я для своей мамы сниму номер в гостинице. Ну и для отца, если он найдёт силы и время прибыть на бракосочетание. Я бы на его месте, конечно, даже не раздумывал, но батя – фрукт себе на уме, легко может сочинить какую-нибудь отмазку. Ну а с датой росписи решили определиться позднее, как подадим заявление.