"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

– У вас тут целая программа, Пётр Миронович, – усмехнулся Щербицкий. – Но я согласен, дела важные и мысли правильные. Только где на это денег взять?
– Мы предлагаем сократить строительство объектов тяжёлой индустрии. Это касается и больших электростанций. АЭС, как показал Чернобыль в будущем или недавно Тримайл-Айленд в Америке, небезопасны, и с ними надо быть осторожнее. Большие ГЭС затапливают множество полезных земель, как нелепое Рыбинское «море» в центре России. Тепловые, работающие на угле или нефти, загрязняют окружающую среду. Это вообще проблема. Тех, кто по лености или жадности не будет строить нормальные очистные сооружения, буду наказывать беспощадно! Пресловутый Байкальский ЦБК я уже прикрыл. Он уже давно не нужен, но сначала чинушам лень было напрягаться и перепрофилировать, потом буржуям на это было жалко денег, так что он и в XXI веке в Байкал отраву спускал! И вообще, пора кончать с этой гигантоманией. Если электростанция – так самая большая в мире! И плевать, что электричество с неё девать некуда. А ведь при Сталине стро ились мини-электростанции. Стоит такая на ручье – и энергии с неё нескольким окрестным деревням хватает. И не нужны никакие чубайсы, которые в девяностых целые области отключали! Этот кукурузник и тут всё изгадил! «Деревенский сарай» ему, видите ли, не смотрелся! Рекорды подавай! Я всё это к тому, что за счёт сокращения строительства «гигантов» удалось сэкономить немало средств, которые можно пустить на всё перечисленное. Особенно на развитие строительной отрасли. Жилья и инфраструктуры надо строить не много, а очень много! – Чувствовалось, что Машеров высказывает наболевшее.
  
– С этим понятно, – сказал Щербицкий. – Ну а космос? Время ли сейчас так размахиваться? Расходы ведь там космические, пардон за невольный каламбур.
– Космическая отрасль у нас самая передовая, Владимир Васильевич, – ответил Машеров. – И если сделать на неё ставку, она потащит вперёд всю экономику. Иначе мы рискуем замедлиться и отстать, как было в том будущем. И это большие доходы, если мы займём лидирующие позиции на мировом рынке спутниковой связи и навигации, а также на рынке вывода в космос аппаратов разных стран и компаний, да и на полётах богатых космических туристов можно хорошо заработать. Для этого я и предложил объединить все космические дела в рамках Главкосмоса, чтобы не было глупого разброса ресурсов и излишнего соперничества во вред делу, как у Королёва и Глушко или Янгеля и Челомея. Тут, конечно, нужен авторитетный человек, который, с одной стороны, разбирался бы в этих делах, прижимал чрезмерные амбиции, но при этом был объективен, не гнобил людей в пользу любимчиков и не давил талант и инициативу. Ну и военное значение космоса трудно переоценить. Как с точки зрения земных дел, так и в плане обороны от угроз из космоса. Губернский рассказывал, что в 1995-м комета врезалась в Юпитер. Юпитеру это, конечно, как слону дробина. А если бы в Землю? Как-то не хочется повторить судьбу динозавров. Но в одиночку мы этого не потянем, потому я и предложил создать международную организацию при ООН. Кстати, наши партнёры по программе «Интеркосмос» уже проявили интерес. И не только они. Правда, тут и нашим военным придётся уступить часть мощностей спутниковой группировки для гражданских нужд.
– Но это секретная техника, Пётр Миронович! – запротестовал Огарков. – Раскрываться перед всем миром…
– Успокойтесь, Николай Васильевич, – сказал Машеров, – никто не предлагает раскрываться перед всем миром. В будущем американцы предоставляли свои спутники для использования в навигационных целях во всех странах, но это ничуть не мешало использовать им эти спутники в военных делах. Ведь все секреты и контроль будут в наших руках.
– Ну и об образе нашей страны во всём мире тоже не стоит забывать. Вспомните, как в тридцатых – сороковых и в пятидесятых – шестидесятых за нас была половина человечества. И не потому, что им так нравились усы товарища Сталина или лысина Хрущёва, а из-за наших арктических перелётов, победы над фашизмом, прорыва в космос. Мы должны быть и для самих себя, и для всех остальных страной Героев и Учёных. Недаром Симонид из Кеи ещё двадцать пять веков назад сказал: «Для полного счастья человеку необходимо Славное Отечество». Именно поэтому нам нужен красный флаг на Красной планете и другие победы в космосе. Иначе кто поверит, что наш строй самый передовой, если мы не можем обойти Америку и Запад там, где нужна передовая наука и техника? Ну а деньги на космос пойдут от запусков спутников на старых ракетах, снимаемых с вооружения, от сокращения расходов на гонку вооружений, от сокращения «помощи» так называемым «братским странам» и всяким «прогрессивным» людоедам.
– Кстати, о «братских странах» и «прогрессивных» людоедах, – заметил Кулаков. – Мне тут Семичастный жаловался, что в МИД не протолкнуться от послов, в основном африканских и арабских, а то и их начальников вплоть до самого высокого ранга, которые требуют объяснений, почему Советский Союз прекратил «братскую помощь»? Они же с Брежневым и другими товарищами в Москве взасос целовались, а кто ещё и с Хрущёвым успел, идут по некапиталистическому пути, проводят антиимпериалистическую политику и вообще строят социализм, как они его понимают, а некоторые даже выучили слова «коммунизм» и «марксизм-ленинизм».
– Ого! Требуют? – иронически произнёс Судоплатов. – И что им ответил Владимир Ефимович?
– Отвечает, что нам их социализм кажется неубедительным, – улыбнулся Кулаков. – Где самоуправление трудящихся, где национальное самоопределение по Марксу и Ленину? Почему в странах, «строящих социализм», засилье средневековых пережитков вроде кланово-племенной и феодальной психологии? Почему развилась туча коррумпированных чиновных бездельников, ворующих по-чёрному? И это не о цвете кожи. Почему построенные с нашей помощью предприятия и поставленная нами техника либо стоят, либо ломаются, либо разворовываются, либо, в лучшем случае, работают в убыток? В общем, дал понять, что халява за счёт русских дураков, которые обеспечат всем от щедрой души, а потом ещё отвалят, только попроси, закончилась и что слова «дружба», «антиимпериализм», «социализм», «марксизм» больше в качестве платёжного средства не принимаются. Похоже, все эти «друзья» такого совсем не ждали и слегка обалдели. Они ведь привыкли при Хрущёве и Брежневе, что стоит наговорить красивых слов о дружбе против империализма и о движении по пути куда-то там, как их сразу начинают осыпать дарами, словно из рога изобилия.
– По нашим данным, – вмешался Цвигун, – некоторые из этих «друзей» уже разочаровались в социализме и заигрывают с Западом. Впрочем, таких немного, большинство понимает, что западники – это не Хрущёв с Брежневым, даром кормить не будут. Так что большая часть разворачивается к Пекину.
– Нам это на руку, – сказал Машеров. – Купленные друзья всегда ненадёжны и продадутся любому, кто больше заплатит. Разве что страх их удержит. Так всё равно продадут, когда решат, что запахло жареным. Пусть маоисты их содержат из своего далеко не бездонного бюджета. Меньше будет средств на усиление армии и авантюры против наших союзников. А от выплаты долгов эти «друзья» никуда не денутся. Мы не Хрущёв с Брежневым и не капитализаторы, чтобы списывать им миллиарды народных денег.
– А как взять с них те миллиарды? – спросил Щербицкий. – Нищета ведь.
– Возьмём, – ответил Машеров. – Нет денег – будут поставлять фрукты и прочую еду, кожи крокодилов-бегемотов и других животных, ценную древесину, да много чего. Уже сейчас всё это появляется в наших магазинах. Или сдавать в концессию месторождения полезных ископаемых.
  
– А кто разрабатывать будет? – не сдавался Щербицкий. – Опять вкладываться, да ещё в диких местах?
– А нам не обязательно самим всё делать. Создадим совместные предприятия с теми же европейскими фирмами. Из Италии, Испании, Португалии, ФРГ… Их сейчас много в партнёры набивается. С нашей стороны – концессия, с них за половинную долю доходов – разработка и охрана. Пусть каких-нибудь наёмников набирают. А мы только контролировать будем и деньги получать.