"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Ёшкин кот, я почему-то был уверен, что сериал снимут позднее, ведь у нас он шёл в конце 80-х!
– Ну, у меня и другие сценарии имеются.
– Да читал я их. По мне, всё это и в подмётки не годится нашей классике «Вечный зов» и «Тени исчезают в полдень».
– «Футбольное обозрение» вас тоже, надо полагать, не устраивает?
– А вы зря иронизируете. В этом проекте я как раз увидел здравое зерно. Только почему именно футбольное? Лучше назвать «Спортивное обозрение» и рассказывать не только о большом спорте, но и нормах ГТО, о простых людях, которые обливаются ледяной водой, каждое утро бегают по десять километров, а затем, получив заряд бодрости, идут трудиться на завод или в конструкторское бюро, повышая показатели.
  
– И кто будет смотреть на ваши старты ГТО? Только те, кто в них участвовал, чтобы ткнуть пальцем в экран и заорать: «Во, гляди, а это я!»…
– Товарищ Губернский, не забывайтесь. Мы с вами не на завалинке обсуждаем, как у соседской Маньки с половой жизнью дела обстоят, а решаем, что из всего этого, – он снова потряс папкой, – может быть реально воплощено на отечественном телевидении.
– Судя по вашим словам, ничего, – не выдержал я и тоже вскочил. – И то вам не так, и это не этак. Я вам предлагаю реальные проекты, которые наш телезритель будет смотреть не отрываясь, вместо того, чтобы засыпать на набивших оскомину выступлениях Брежнева, Суслова и прочих…
Опа, а вот тут я, кажется, малость переборщил. Глядя, как цвет лица Лапина перетекает из малинового в белый и обратно, а глаза вылезают из орбит, я понял, что сейчас что-то будет.
– Вон! – сорвался чиновник на фальцет. – Вон из моего кабинета, и чтобы ноги твоей здесь больше не было, негодяй!
Вместе с гневными воплями из его рта вылетали слюни, я невольно отстранился, чтобы не запачкаться. При этом сам моментально успокоился, наблюдая происходящее как бы со стороны. Председатель Гостелерадио орал минут пять, в течение которых я просто стоял и с отсутствующим видом смотрел то на него, то в большое окно, за стеклом которого растеклась июльская жара. А у Лапина и вентилятора нет, и форточка закрыта. Неудивительно, что в кабинете не продохнуть. Как только его хозяин умудряется тут выживать, не снимая пиджака и галстука?
– Может, водички? – во время секундной паузы участливо предложил я, кивая на графин.
Лапин схватил его, плеснул воды в стакан, выпил залпом и, немного сбавив тон, продолжил обличительную речь:
– Я этого так не оставлю! Ишь ты, написал книжонку, выпустил пяток песенок и думает, что ему теперь всё дозволено! Не-е-ет, дорогой товарищ Губернский, и на вас найдётся управа. Шиш вам, а не «Песня года»!
Одним словом, диалога не получилось. Покидая «гостеприимного» Сергея Георгиевича, который во время своего проникновенного монолога обращался ко мне то на «ты», то снова на «вы», и минуя приёмную с превратившейся в соляной столб секретаршей, я думал, что Лапина нужно менять. С таким подходом к работе наше телевидение по-прежнему будет напоминать живой труп. Кстати, когда я собирался к председателю Гостелерадио, вспомнил из прочитанного когда-то в Интернете, что его единственная дочь погибнет в 1979-м, причём погибнет глупо: она с коляской, в которой был маленький ребёнок, вызвала лифт, а когда двери лифта открылись, стала спиной туда заходить, затягивая следом коляску. Но, несмотря на открытые двери, лифта там не оказалось, молодая женщина упала в шахту лифта. А коляска, к счастью, всё же осталась на лестничной площадке.
Ладно, как-нибудь найду способ предупредить. Подмётное письмо сделаю, например, а если подумает, что это чья-то злая шутка – ему же хуже.
А что касается телевидения, то Машеров в случае чего обещал помочь пробить кое-какие проекты на своём республиканском ТВ. Теперь только на него и надежда. При следующей личной встрече – по телефону такие вещи не говорятся – попрошу применить все рычаги, чтобы убрать этого ретрограда с поста председателя Гостелерадио СССР. Здесь нужен человек новой формации. Кто-то вроде Листьева, что ли… Или себя порекомендовать? Ага, блин, я ведь даже не кандидат в члены КПСС, меня к Гостелерадио на пушечный выстрел не подпустят. И кстати, моя Валя что-то засиделась в кандидатах, пора бы ей уже и членский билет получать. Правда, работай она по-прежнему в пензенском «Плодовощторге», с этим, думаю, вопросов не возникло бы. Хотя ведь могут прислать положительную рекомендацию. Только потом при собеседовании вероятны вопросы вроде того, почему вы до сих пор не устроили ребёнка в ясли и не нашли себе работу? Там уволились, тут нигде не устроились, а безработных в Советском Союзе быть не может принципиально. Да и партийные организации, если уж на то пошло, состоят при разного рода учреждениях, будь то сталелитейный завод или фабрика по выпуску резинотехнических изделий.
Первый заместитель председателя КГБ СССР Семён Кузьмич Цвигун положил на стол только что прочитанную бумагу, помеченную директивой своего непосредственного руководителя: «Цвигуну, разобраться и доложить». Это было письмо на имя Андропова от председателя Гостелерадио СССР Сергея Георгиевича Лапина. Гневное письмо, требующее немедленных действий в отношении некоего Сергея Губернского, под личиной второсортного писателя и композитора вынашивающего планы по дискредитации первых лиц советского государства. В письме было подробно изложено содержание встречи Лапина и Губернского в кабинете первого, в ходе которой «второсортный писатель» якобы напрямую оскорбил генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева и министра иностранных дел СССР Андрея Андреевича Громыко.
Однако… Вот ведь, не было печали. В дальний ящик письмо не засунешь. Зная настойчивость председателя Гостелерадио, Цвигун не сомневался, что тот будет прыгать козликом, пока виновный, по его мнению, не получит сполна. Иначе, чего доброго, нажалуется напрямую Брежневу. Мол, написал письмо Андропову, а тот ни ухом ни рылом. Тогда и шефу влетит по первое число, и ему, само собой. Поэтому придётся что-то предпринимать.
Вот ведь не сидится спокойно этому пришельцу из будущего, заноза у него, что ли, в одном месте?! Два года в этом времени ошивается, а уже едва ли не в каждой бочке затычка. С чужими книгами и песнями вон как поднялся, сценарии кропает один за другим, теперь на телевидение пролез. Ну ладно, проинформировал Машерова о политическом и экономическом положении страны в последние годы, можно вроде и успокоиться. Теперь за тебя умные головы будут думать, как спасать Советский Союз. Так нет, неймётся человеку.
А может… Цвигун даже поёрзал на месте от неожиданно пришедшей в голову мысли и потянулся к пачке «Беломорканала». Как он раньше не додумался до такого! Ведь этот Губернский вполне мог быть заслан из будущего врагами СССР с целью подрыва существующего строя. А почему нет? Сейчас внесёт смуту (вернее, уже внёс), и доверившиеся ему партийные деятели на радость всяким ЦРУ и МИ-6 устроят переворот. Но с другой стороны, и не верить словам Губернского нет повода, потому что он во многом прав. В Союзе наступает стагнация экономического роста, уже на высших уровнях власти процветают кумовство и взяточничество, и сам Цвигун это прекрасно видел и знал. Но что он мог сделать один, когда его непосредственный руководитель за такую инициативу мог и всыпать по первое число?! А вот по-хорошему именно такого толчка в виде появления пришельца из будущего им и не хватало.
С тяжелым вздохом Семён Кузьмич поднял трубку:
– Вася, будь добр, запиши… Сергей Андреевич Губернский… Слышал о таком? Ну да, «Марсианин», «Крейсера»… И эта песня тоже… Так вот, найди его, пожалуйста, и пригласи ко мне на личную беседу. На послезавтра, на 11 часов. Можешь напрячь своих орлов, а то без дела скоро жирком обрастать начнут. Что значит «может быть, он не в столице»? Тебе приказ дали – вот и выполняй. За почти двое суток человека можно с Дальнего Востока доставить. Летайте, как говорится, самолётами «Аэрофлота». Ну всё, давай, Вася, действуй.