Плохая карма (СИ)

Я сразу же, по давней привычке опустил взгляд на обувь. Как бы ни старался босяк прикинуться олигархом, но на обуви он всегда сэкономит. И никого не обманет, ни шикарный костюм, ни дорогой галстук. Ну, почти никого. Здесь было все в ажуре. Дорого – богато.
Или у самого со вкусом все в порядке или на стилиста не зря потратился.
Зашел один, то ли меня в серьез не воспринимает, то ли покрасоваться своей отвагой решил.
  
Не произнеся не звука, даже не пытаясь открыть рта, и не дойдя до середины пути, торопливо мотнул головой мне по направлению к выходу из палатки. Не оборачиваясь и не дожидаясь меня, так же молча, торопливо вышел наружу.
Барыга, сидел, потупив взгляд и внимательно разглядывал очередную золотую безделушку. Его, словно вообще не заметили.
Видел я таких «хозяев жизни». Раньше он меня бы просто взбесил своей самоуверенностью. Теперь, я просто с интересом вышел за ним наружу.
Тот, не оборачиваясь и не дожидаясь меня, точно зная, что я иду за ним, быстро и уверенно шел вперед.
От выхода из палатки, пришлось идти метров с тридцать. Через дорогу к стоящему у обочины легковому японскому автомобилю. Престижному, но не очень дорогому. За все время пути «Вергилий» не обернулся на меня ни разу.
Он уселся легко, как двадцатилетний пацан на пассажирское место рядом с водителем, который почему то сидел ухватившись двумя руками за руль и напряженно смотрел на дорогу через лобовое стекло, буд то стоявшая машина неслась по скоростной автостраде.
Я уселся на заднее сиденье, в самую середину. Не дожидаясь пока я расположусь поудобнее, «хозяин жизни» чуть повернув голову к водителю и по прежнему не глядя на меня с раздражением и нетерпеливо произнес:
- Ну… и как ты мое золото таскаешь?
Я почесал подбородок.
- Твое золото у тебя в магазине лежит. А это мое золото.
Тот, первый раз, повернув шею посмотрев на меня.
- Рассказать ничего не хочешь?
- Нет.
- Почему?
- Ты попросил не вежливо. Слово волшебное забыл.
Тот с чувством легкого охерения посмотрел на водителя. Нет, ну видел мол, а…?
С другой стороны, на заднее сиденье автомобиля, заставив меня непроизвольно подвинуться, молча, уселся громадный бритый тип в коричневом кожаном пальто. Привет девяностые.
Так же, не поворачивая головы и не смотря на меня, (у хозяина, что ли манер набрались), он скосил на меня глаза сверху вниз. Он был действительно громаден. Но вся эта показная бравада выглядела смешно и нелепо. Я вообще все время сидел на заднем сиденье с блаженной улыбкой. Меня просто забавлял этот дешевый спектакль. Примерно этого, я и ждал, при чем уже довольно долго.
С переднего пассажирского сиденья раздалось:
- Не ну ты видел, какой наглец?
К кому он обращался, к водителю, громиле или это был риторический вопрос я так и не понял.
- Это да... Что есть - то есть, – ответил я.
Делая вид, что у меня шнурки на ботинках зачесались, я нагнулся левой рукой к полу. И тут же резко, распрямив тело и руку, нанес удар локтем в лицо громиле. Целился куда - то в область лица, а точнее не целился. Был уверен в своей физической силе. Но тут главное не перестараться. После стикса, и сила и реакция, наверное, наполовину увеличились. Было слышно, как хрустнули кости носа, и шейные позвонки.
Горилла как сидела, так и продолжала сидеть. Только глаза наполовину закрылись, и из ноздрей носа потела кровь. Ну, или что там было теперь вместо носа.
- Я телефончик свой в палатке оставлю. Сказал я, выходя из авто. Как надумаешь – позвони.
Войдя в палатку, словил не хилый кайф от рожи барыги, на которой была написана фраза: «А ты чО живой то…?».
Оторвав от висящего на стене календаря клочок бумаги, быстро чиркнул на нем свой сотовый номер.
- Отдашь хозяину! - рявкнул я.
- Да… и за своим баблом я завтра зайду. Приготовь.
****
Доедал, наверное третью по счету шаурму, блин, какая же она вкусная, когда теплая, когда раздалось треньканье сотового телефона в кармане пальто. Тут же скривился от внезапно вернувшейся головной боли. Снова аспирин жрать надо. Только он, почему то и спасает. Я так с ним желудок скоро посажу себе.
Все так же, идиллистически сидя на лавочке и любуясь видами полноводной реки, отхлебнул из фляжки живчика, приготовленного на коньяке, и глядя на незнакомый номер в сотовом телефоне, с набитым ртом произнес: «Алё…»
После недолгого молчания в остывшей в кармане трубе, которая неприятно холодило ухо, раздался мужской и усталый голос: «Разговор есть. Встретится надо». И после затянувшейся паузы, громко и отчетливо, сквозь зубы, с издевательскими интонациями в голосе: «Пожалуйста».
Я, не прекращая жевать, довольно усмехнулся.
  
Глава 3
 
Часть 3.
Уже привычно, бочком-бочком… все так же, ан-нет, вроде не так же, протиснулся в полуоткрытые ворота базы, под названием «База». Сегодня мне наверное только показалось, что ворота приоткрылись чуть меньше чем обычно, и как то неохотя, с ленцой. Словно хозяева встречают нежданного гостя в своем доме. И пускать не охота, и не пускать не вежливо.
Но это наверное только показалось...
Я вернулся «домой» в родную казарму. Кто-то из старых знакомых меня приветствовал удивленными и радостными возгласами. Я обнялся с кем то, с кем-то поздоровался за руку. Кто-то меня похлопывал по плечу…
В казарме, вдоль стен стояли сколоченные из не обструганных досок нары. На полу теперь никто не сидел. Посередине, стоял стол, который ранее находился в общей столовой. Там теперь новый что ли…? Решетки на окнах добавляли неприятный антураж «хаты» в зоне. И зоне не отдыха.
Я присел на край нар и стал с улыбкой, шутками да прибаутками раздавать гостинцы из походного рюкзака. Бутылки с коньяком. Коньяк. Коньяк и конечно коньяк. А, и лимончиков захватил конечно.
С пяток бутылок брали охотно, напряженно разглядывал этикетки, взбалтывали содержимое, но открывать их, почему то никто не спешил.
Я, непрестанно балагуря, с застывшей улыбкой как у киношного Джокера пытался понять, в чем дело. Без гостинцев я еще ни разу на базу не возвращался и прием мне оказывали более теплый, чем сейчас. Да что с вами всеми?
Наверняка Карел сплетню донес, что я с мурами трусь. Тогда, мне пипец однозначно.
И тут я заметил, то что сразу должно было мне бросится в глаза. Народу в казарме было человек двадцать. А ведь было все время больше, значительно больше.
- Где Шкаф то…?
Несколько человек опустили глаз вниз и как то смущенно мотнув головой отошли от меня тихо переговариваясь между собой. У всех был вид, что я им чем то помешал, и они скорее хотят что бы я ушел отсюда. Или самим уйти. Некоторые из отошедших, бутылки со спиртным оставили на неубранной постели. Вот это номер!
Поднявшись с нар, молча, направился к выходу. Привычной кучи старого тряпья у входа нет. Не только решетки на окнах, а еще и двери стальные при входе. Как я их сразу не заметил то…
На улице уже привычно сгущались сумерки. Скоро наступит привычная темень. На стене темные силуэты часовых. Свет на Базе никогда не включался, по понятным причинам. Привычно шумели где то в здании генераторы. Электричество только для холодильника. Но все равно как-то непривычно тихо. Раньше так не было.
Я окликнул проходящего мимо человека в камуфляже с ног до головы и поинтересовался него, где Шкаф. Нет, точно я его раньше никогда не видел. То ли с нового стаба под названием «Город», то ли притащили откуда то…
  
Тот изумленно остановился, разглядывая меня. Так смотрят офицеры на новобранцев в армии, которые по незнанию могут остановить любого с большим звездами и спросить у него, где тут буфет? Без возмущения, а только с усмешкой. Ну-ну мол… Скоро будет тебе и буфет и кофе и какавка с молочком…