Браслет (СИ)

— Перехват, Саша! — крикнула она напрягшему Саше и полетела к ним. — Роберт, убери руки от моего друга! Саша, на диване будешь неделю спать!
Замотивированный донельзя Саша подбежал шустро, схватил Веню за рукав, закружил вокруг своей оси, как в румбе, и перекружил его Николь, а сам остановил рванувшегося к Вене Роберта.
— Не трогай Веню, прошу по-дружески, Роберт, — сказал он просительно. — Он даже не гей, а актер, который вживается в роль, натурал, понимаешь? Думает, что достаточно поцелуев и поглаживаний в гейских отношениях, а роль содержанца — когда ему кружку керамическую или книжку подарят. Невинный валенок он, Роб!
— И поцелую, и поглажу, — Роберт выглядывал из-за постоянно двигающегося и загораживающего своей спиной Саши на Веню. — Кружку с книжкой подарю, отвали, Саша. Он мне понравился! Не обижу, обещаю!
— Да я же тебя знаю, Роберт! — Саша взвыл: — Ну, прошу тебя! Никуся за своего Веника меня кастрирует! Они друзья с детства! Черт, и зачем я отошел, дурак!
Веня стоял незыблемой глыбой в своем решении, мотал головой, все еще слегка кружащейся после многоразового поворота Саши.
— У него в глазах поэзия, он цитирует Верлена в оригинале, так что подходит прекрасно, Никочка! — сказал он твердо.
— Он тебя поимеет, Веник! Не ограничится поцелуями! — Ника схватила его за лацканы пиджака и потрясла. — Слышишь меня?!
— Пострадаю ради роли, — скорбно сообщил Веня, но, сжав пугливо ягодицы, добавил: — Или уговорю его на петтинг. Николь, все! Я решил! — и, ловко поднырнув под ее руку, заскользил по полу к Роберту, тоже поднырнувшему под руку Саши и обхватившему Веню за талию.
Их быстро обступила свита Волкова и в темпе роковой самбы уволокла к выходу под горестный вой Николь.
========== Часть 3 ==========
В машине Волкова, когда Роберт закрылся от телохранителей защитным экраном и, томно полуоткрыв рот, подвинулся ближе к Вене, Веня поспешно выставил локоть и сказал:
— Нам следует обсудить все детали сотрудничества, полагаю? Я начну: во-первых, мне нужна полная свобода передвижений, я личность творческая и давления на себя не переношу, — Роберт согласно кивнул, глядя на его рот, и облизнулся жадно. — Во-вторых, вы берете меня только на частичное содержание, у меня есть квартира и я вполне ею доволен, переезжать не собираюсь, — Роберт довольно кивнул еще раз, пытаясь убрать выставленный локоть. — В-третьих, я отношусь к той когорте геев, которые предпочитают платонику плотскому, понимаете, о чем я? Максимум поцелуи и ласки без проникновения, — Роберт уклончиво поднял брови и воззрился загадочно в окно, Веня невольно перевел туда взгляд, опуская локоть, и проморгал момент, когда Роберт рванул его к себе и поцеловал глубоко, заваливая на широкое заднее сиденье. Веня изумленно и послушно приоткрыл рот, прислушиваясь к ощущениям: было волнующе и приятно, гейские отношения пока производили благоприятное впечатление, Роберт вылизывал страстно весь его рот и даже зубы: — «А, — подумал Веня, — Проверяет, в полном ли комплекте содержанец. Понятно».
Дал проверить, пока не начал задыхаться — Роберт целовался так, будто вознамерился его сожрать, даже дышать было сложно, тогда Веня вывернулся, снова уткнул локоть в живот Роберту и, кряхтя, поднялся.
— Вернемся к нашим баранам, Роберт. Вы согласны? — Веня невежливо вытер слюну Роберта со рта и подбородка, который Роберт тоже облизал, и заглянул, волнуясь тому в почерневшие глаза — ах, совершенно гальские роковые! Правильный все же был выбор! Поэзия в них так и бурлила сумасшествием!
— Вы теоретический гей или практический, Веня? — ответил вопросом Роберт, поглаживая его острый локоть нежно.
— Пра… теоретический, — честно признал Веня, покраснев. — Но у меня столько пыла, столько пыла, что отсутствие практики с лихвой восполню.
Роберт низко прорычал и засверкал глазами, зашептав лихорадочно: — Прекрасно, просто прекрасно, Веня. Перейдем на ты, а то выкать любовникам — глупейший моветон, согласен? Свободу передвижений предоставлю, я тоже предпочитаю свободу во всем, никакой мещанской моногамности, фи, это не бонтонно. Останешься жить на своей квартире, ко мне будешь только приезжать — не люблю, когда любовники вертятся у меня под ногами. Третий пункт — о, посмотри, это не буревестник летит? — Веня взглянул с любопытством в окно, но хитрый Роберт опять его подмял под себя и закрыл рот поцелуем, сминая дорогой костюм. Целовал до самого приезда к элитной высотке, провел в поцелуе покрасневшего вспотевшего Веню к лифту, прижал его к лифтовому зеркалу и выпустил только в квартире, где Веня вздохнул наконец полной грудью воздух и задышал быстро, пытаясь компенсировать гипоксию.
 
— Ч-четвертый пункт, — еле прошептал он. — Никакого урона моему здоровью, Роберт! Я чуть не задохнулся! Прости уж, но Рембо алкал жизнь, а не искал смерти, вот и я не хочу умирать!
— Причем тут Рембо? — невинно спросил Роберт, быстро его раздевая, Веня тут же прикрыл рот и ответил после паузы:
— Ни при чем, так, к примеру сказал. А что, мы уже переходим к ласкам? А поговорить?
— В процессе поговорим, — Роберт умело срывал с него детали гардероба и прикусывал нежно время от времени обнажающееся тело, с восхищением его оглядывая. Бросил Веню в одних носках на постель и сорвал с себя одежду, кидаясь на него страстным львом — Веня успел подумать, что Верлен вряд ли в его годы так бросался, поэтому резво перекатился на другую сторону постели и пяткой уперся Роберту в лоб.
— Меня откровенно смущает, что мы не договорились, Роберт, — пожурил он его, стягивающего с ноги носок. — Как-то нервно на душе.
— Рембо бы не нервничал, — укорил Роберт, — Он бы бросился в омут страсти с головой. Отчаянный был поэт. Это я так, к примеру.
Веня тут же спохватился, сорвал со второй ноги носок, забросил на люстру и готовно приоткрыл рот уточкой — он всегда так целовался — нет уж, никаких чопорных и неуместных обсуждений, Роберт прав, Артюр был порывист, страстен, но совершенно не делец, не зря умер в нищете. Роберт от рта уточкой умилился, вытащил из тумбочки смазку с презервативами и бросил их около напрягшегося Вени.
— Это зачем? — грозно спросил Веня, отменяя уточку. — Я же сказал…
— Венечка, — прошептал жарко Роберт, наклоняясь и целуя его шею. — Геи, дорогой мой, всегда ласкают друг друга в презервативах. После певца Фредди Меркьюри мы теперь на воду дуем, так СПИДа боимся, понимаешь, мой сладкий?
— Аа, — Веня расслабился и замлел под поцелуями и ласками. — Не знал, извини, на форумах такое не писали. Дай мне тоже один, я на пальцы натяну.
— Такое не пишут, мы же застенчивы и храним свои секреты свято, — Роберт абсолютно беззастенчиво вылизывал его соски, от чего Веня покрылся мурашками и слабо застонал, открывая дрожащими руками один презерватив и натягивая на два пальца правой руки презерватив — пока быть геем ему очень и очень нравилось. Натянув презерватив, посмотрел придирчиво на левую руку и натянул на два пальца левой тоже презерватив — какие все-таки геи молодцы, как следят за здоровьем! Пока натягивал, не заметил, что Роберт уже спустился к его паху и втянул в рот отвердевший член.
— Ааа, аааа, это не-не-не-ги-гиенично! — потрясенно протянул Веня, впервые в жизни получавший минет. — Яяя не буду так делать! Но ты продолжай, мне нравится! — и запрокинул голову назад, застонав протяжно. Роберт творил что-то декамероновски несусветное — Веня рвал пальцами простыню и дрожал мелко, пылая от возбуждения, от скользкого пальца в анусе вскинулся изумленно: — З-зачем?
— Это такая практика минета, Венечка, — оторвавшись от его члена, сообщил Роберт. — Тебе хорошо? Ну и отлично, расслабь попу, там чудесная точка есть, простатой называется, к ней и иду пальцами.
Практика минета была восхитительной, Веня ее очень оценил, разочаровавшись только, когда Роберт оттянул оргазм невежливым сжатием мошонки, но от пальца на чудесной точке Веня поплыл окончательно, раскинул ноги шире и начал насаживаться на пальцы, которых было уже больше двух точно, но вскоре их перестало хватать — Веня прорычал по-мефистофельски, засверкал глазами грозно: