Ректор, жги! (СИ)

— Это совсем не то, что ты думаешь.
— Моя драгоценная Леди, девушка та самая писательница, — поддакнул император, которого вообще-то никто не спрашивал.
Ректор метнул на друга красноречивый взгляд.
— Что? — развёл руками Аргус, — сам знаешь, лучше сказать мамочке правду сразу, чем она подсунет нам зелье истины, как в тот раз, когда мы планировали побег в Туманные горы, чтоб удостовериться, на самом ли деле все драконы вымерли.
— Нам было по шестнадцать,—резонно возразил Вольдемар. — С тех пор мы несколько изменились.
— Мы — да. А она, — император кивнул в сторону брюнетки, — очень даже нет. Так что лучше я сам все расскажу, чем меня вывернут наизнанку её методы дознания.
— Значит вы утверждаете, что данная девица и есть автор столь прекрасного романа?
Матушка задумалась, теребя тонкими красивыми пальцами локон волос.
Вольдемар почувствовал волнение. Подобный жест означал, что в хорошенькой головке его родительницы рождается нечто крайне ему неприятное.
— Через пару дней я устраиваю приём. Будь добр, приведи свою писательница.
— Мама! Об этом никто не должен знать! Для всех она случайно найденная в лесу жертва обстоятельств.
— Да на здоровье. Я всего лишь хочу с ней познакомиться и обговорить возможность создания столь же прекрасной истории, в которой главная героиня будет написана с меня. Обещаю, секрет твой сохранить.
— Это какое-то издевательство, — простонал ректор, с ужасом представляя встречу своей родительницы и достаточно своеобразной Анастасии Лебедевой.
— Вольдемар!
— Леди Мелисса, я даю Вам свое императорском слово, что просьба Ваша будет выполнена.
— Спасибо, милый. Ты и Фред, кстати, тоже приглашены.
Брюнетка благосклонно позволила Аргусу поцеловать ручку, затем, поднявшись с кресла, ухватила под мышку подозрительно тихую псину, и чмокнув ректора в щёчку, удалилась из спальни.
Фред облегчённо выдохнул, император без сил рухнул в освободившееся кресло, а Вольдемар показал им обоим очень популярный в соседнем мире  жест средним пальцем.
— Знаешь, друг мой, тебе маменька ничего не сделает, а я читал секретные отчёты и волосы на моей голове шевелились от масштабов её деятельности. Хочешь обижайся, хочешь нет, но эта женщина за один час способна совершить переворот в стране, не вставая с постели за чашечкой утреннего чая. Поэтому, не обессудь, но между вами двумя я быстрее выберу её в качестве союзника. Хотя, ты мне, естественно, очень дорог.
Вольдемар посмотрел на императора, прекрасно зная, что на самом деле, тот костьми ляжет ради друзей, если придётся.
— Да ладно. Всё равно, сколько от неё не бегай, она однозначно найдёт способ встретиться. Теперь нужно решить сложную задачу с присутствием Анастасии на этом увеселительном мероприятии.
— А что? Есть проблемы?
Ректор кивнул Фреду, задавшему вопрос, и  вспомнил, что твориться вокруг этой бедовой девицы, даже, когда она просто стоит на месте. Более того, он уже представлял, в какую кругленькую сумму ему выльется попытка договориться с ней о посещении бала.
— Ваше императорском величество! Вы целы?!
В спальню забежал толпа стражей, половина из которых имела вид очень помятый и, можно сказать, плачевный.
— Только что была совершенная наглая в своей откровенность вылазка неизвестного врага. Двое подверглись воздействию сонного порошка, троих просто вырубили ударом по голове, а пятеро дерутся за нужник из-за внезапного расстройства желудка. Мы чрезвычайно испугались за Вашу жизнь. — отчитался красный и потный начальник охраны, решивший уволить всех своих стражей к чертям и набрать новых.
— Вот видишь? — повернулся император к ректору—И это она всего лишь хотела поговорить.
Вольдемар отмахнулся от друга,  мысленно прикидывая, сколько запросит самоуверенная девица за свое присутствие на матушкином празднике жизни. Такими темпами и разориться недолго.
  
Десятая глава
 
— Ротфорд!
Тишина.
— Ротфорд, я прекрасно знаю, что ты меня  слышишь. Не выводи свое начальство. Я итак очень зол.
 
Облако нехотя материализовалось из пустоты.
— Что желаете, Лорд ректор?
— Где сейчас Анастасия Лебедева?
— Захотелось "остренького", да, Эстера?
Ректор развернул руку ладонью вверх, позволяя разгореться на кончиках пальцев черному пламени, способному в одно мгновенье отправить вредный Дух по ту сторону Грани.
— Стоп! Зачем же так нервничать? Не бережёте совсем свои нервы. Всё понял. Анастасия Лебедева в данный конкретный момент присутствует на уроке естествознания.
— Покажи.
Дух, не любивший подобные трансформации, вздохнул, но, чувствуя раздражение ректора, все же поплыл контуром, преображаясь в гладкое зеркало, поверхность которого отображала то, что происходило в одной из учебных комнат.
Интересующая ректора девица сидела за столом, подпирая голову рукой, и периодически клевала носом, норовя упасть лицом в раскрытую тетрадь. Глаза её то и дело закрывались тяжёлыми сонным веками. В какой-то момент она даже достаточно громко всхрапнула, тут же заслужив негодующий окрик Эрики Вартус, той самой блондинки, что пыталась поразить ректора своей походкой в день его первого появления на территории Академии.
— Мистрис Лебедева, Вам, судя по всему, не очень интересно узнать, по какой причине драконов в нашем мире больше нет?
— Ну, что Вы, — вскинулась писательница, рьяно тараща глаза на преподавательницу, — я прямо все свои годы только об этом думала, мечтала, можно сказать. Драконы и их история красной нитью проходят по моей судьбе.
Эрика недоверчиво хмыкнула, но продолжила свой рассказ.
— Достаточно, Ротфорд.
Зеркало задрожало и пошло рябью, вновь обратная вид облака.
— Как успехи у студентки?
Вольдемар не сталкивался с Анастасией уже несколько дней, если говорить более точно,  с того вечера, когда наивная девица пыталась сбежать из Академии. Она же не знала, что он самым бессовестным образом накинул поводок на её сознание. Рванет, чего доброго, и правда, обратно . Заблудится в межмирье, ищи её потом. Будто других дел у него нет. Поэтому блондинка  не могла отойти от городских стен, блукая между тремя скромными деревцами окраины леса, чем знатно повеселила ночную стражу и увеличила количество слухов вокруг своей персоны.
— Вторая неделя обучения. Продвижений в теории нет. Успехов в физическом развитие нет. Вечерами изучает свои записи, матерится  и периодически плачет. Несколько раз ходила в библиотеку. Упала, уронила на себя стеллаж. Больше попыток проникнуться знаниями не осуществляла.
Вольдемар задемчиво потёр подбородок, размышляя о том, каким бы чудесным образом захватить с собой на матушкин бал девицу так, чтоб ему это не стоило заоблачной суммы, и чтоб все присутствующие на званном вечере остались целы.
— Ротфорд, по окончании занятий приведи её ко мне.
— В кабинет?
Ректор задумался. На рабочем месте практически постоянно присутствует Аделаида. У него вообще иногда возникает ощущение, что секретарша там живёт. В какой бы момент он не пришёл, цербер всегда на страже.
— Нет. Давай лучше в личные покои. Я сегодня останусь здесь.
— Ооооо... — начал было Дух.
— Молча. Без комментариев. Просто доставь девицу ко мне. Так, чтоб её никто не видел.
Сторож Академии многозначительно преобразовался в туманный женский силуэт, главным достоинством которого была огромная грудь, а потом с тихим звуком, подозрительно напоминающий стон, исчез в воздухе.
Что за жизнь...Даже бесплотный Дух треплет нервы. Как же хорошо было на службе. Все ясно и понятно. По одну сторону границы — люди. По другую — нежить, которая враг, а врага надо убивать.
Вольдемар тяжело вздохнул и вышел из своих апартаментов, направляясь в сторону рабочего кабинета.
Довольно лицо Аделаиды не понравилось ему сразу.
— Добрый день, Лорд ректор, — пропела секретарша елейным голосом.