Ректор, жги! (СИ)
Лебедева повернула голову и сразу же столкнулась глазами с темным взглядом Лорда ректора, только что спасшего ей жизнь. Вольдемар Эстера стоял у края спортивной площадки, созерцая потрясающие "успехи" своей протеже на ниве физического развития.
— Даааа... — протянул ректор, качая головой, — такими темпами скорее всего буду писать я. Эпитафию на памятнике. Что Вы себя совсем не бережёте, Анастасия? Решили избежать нашей договорённости путем самоубивания?
Настя демонстративно поднялась на ноги, отряхивая штаны, а затем гордо промаршировала к группе скучковавшихся испуганных однокурсниц. Ну, как гордо... Хромая и подволакивая ноющую от удара о землю ногу.
Издевается, гад черноглазый.
— Луарж, увеличьте нагрузки для мистрис Анастасии. Ей это, судя по всему, жизненно необходимо.
Настя проводила взглядом удалившегося ректора, всей душой желая тому провалиться сквозь землю со своим мнением о том, что ей нужно, а что нет. Ну, ничего, наступит и на её улице праздник. Она ему такой счёт за книжечку выставит, что Лорд ректор будет плакать горючими слезами. Ничего, что вопрос с написанием романа пока не решён. Она разобьётся, но что-нибудь придумает.
С того дня Луарж вообще озверел, в понимании блондинки. Такое чувство, что он готовил её к выживанию в любых экстремальных условиях.
После физических занятий, начинались теоретические предметы. Это было для девушки ещё большим испытанием. Слова, вылетаемые из уст преподавателей, казались ей радужными мыльными пузырями. Очень красиво, а смысла никакого. А это, на минуточку, первый курс. Начало всей науки. Однако упрямство Насте было не занимать. Она добросовестно записывала за учителями все, что они говорили. Потом открывала в своей комнате конспекты и умывалась злыми слезами, потому что ничего, совершенно ничего не понимала в наборе буковок, запечатленных её рукой. Эманации, энергия, стазис сил, направление вектора движения стихии... Что это вообще? Неужели все эти, далеко не блещущие гениальностью одногруппники, понимают, о чем идёт речь? Хотя, они-то как раз выросли в атмосфере подобной магической лабуды. Это ещё хорошо, практика начнётся не раньше, чем первокурсники освоят теорию. Правда, Настя подозревала, что до этого момента просто не доживёт. Или её прикончит Луарж, принявших слова ректора об увеличении нагрузок слишком близко к сердцу, либо взорвётся какой-никакой, а все же мозг, от обилия информации, которую переварить он был не в силах.
В итоге, Настя возвращалась в свою комнату к вечеру, вымотанная и выжатая, как лимон, падала в постель и, изучая потолок, думала о том, что тот, кто в таком ритме ухитряется заморачиваться поисками "истинной", чтоб ей пусто было, пары, либо робот, не способный вообще уставать, либо маньяк, склонный к физическому мазохизму. В душе было только одно желание, вообще с личной жизнью никак не связанное, разбежаться и убиться о стену головой.
В какой-то момент Настя даже задумала и попыталась осуществить побег. Бог с ними, с этими обещанными ректором благами. Не жили богато, и нечего начинать. Лучше в своём скучном безмагическом мире ломать руки и ноги, имея хотя бы маленький шанс остаться целой и невредимой, чем тут лечь трупом сто процентов.
Дождавшись ночи, Настя осторожно пробралась к ограде, прекрасно помня расположение маленькой дверцы. Положила руку. Постояла. Дёрнула калитку. Ничего.
— А куда это мы собрались на ночь глядя?
Рядом зависло в воздухе клубящееся облако.
— Будь человеком, открой,.—зашипела Настя, оглядываясь на предмет свидетелей её побега.
— Не могу. Я не человек. К тому же без разрешения Лорда ректора не имею права.
— Ротфорд, пусть идёт.
Лебедева вздрогнула от раздавшегося за спиной знакомого голоса, но не обернулась, истерично дергая калитку во всевозможные стороны.
— Вы уверены? — поинтересовался Дух у Вольдемара, который стоял, облокотившись о высокое дерево. — Ну, хорошо. Под Вашу ответственность.
Дверца распахнулась и Настя, налегавшая на неё всем телом, кубарем выкатилась на улицу, спугнув двух приблудных кошек.
— Когда надоест заниматься ерундой, постучите три раза, Ротфорд Вас пустит обратно, — сказал ехидно красавец ей вслед, а затем благополучно прикрыл калиточку.
И все? А как же поуговаривать? Схватить за руку и не отпускать?Ну, и ладно!
Настя промаршировала к городским воротам. Заметив её форменное платье, стража безмолвно отворила вообще-то тщательно запираемые на ночь высокие створки. Просто.... Маги... Они все же немного... В общем, ну, их ко всем демона Диких земель. Хочет девица шляться ночью по лесу. Её право.
Настя кружилась среди деревьев, постоянно возвращаясь на одно и то же место часа три, не меньше. Даже просто уйти в другую от столицы сторону у неё не получалось. Будто коза на выпасе. Вроде бы ходит свободно, а длинная привязь дальше положенного не отпускает.
В итоге, порядочно испачкавшись и сбив ноги об очередные огромные корни, торчащие из земли, она села на землю, да немного с тоски всплакнула. Потом плюнула, растерла и потопала обратно к городу.
Стражу, открывшему ворота с ехидно улыбкой на устах, погрозила пальцем прямо перед лицом и, чуть не пуская слюну от злости, прошипела.
— Вот только попробуй что-нибудь сказать.
Солдатик обезоруживающе поднял обе ладони, намекая, что будет нем, как рыба, но в спину удаляющейся блондинки все же хихикал. Видимо, с высоких сторожевых башен, окружающих город, ночная охрана вдоволь налюбовалась её метаниями между трех сосен, благо лес упирался практически в столичные стены.
Настя подошла к калитке, тяжело вздохнула и постучал три раза. Дверца тут же открылась, пропуская её на территорию Академии.
— Сволочи, — громко констатировал блондинка, непонятно к кому обращаясь.
В ответ—тишина. Хорошо хоть, поглумиться не явились.
Однако стоило ей войти в окутанное темнотой здание, просторный холл тут же вспыхнул магическим светильниками. Лорд ректор стоял посреди комнаты, заведя руки за спину.
— Нагулялись, Анастасия?
— Весьма. Люблю, знаете ли, шляться ночами по дурацкому лесу.
— Я заметил, что Вы вообще любите все дурацкое.
— Не преувеличивать. Не все. Иначе я и Вас бы полюбила.
С этими словами девушка направилась в сторону своей комнаты, игнорируя жгучий взгляд ректора.
— Анастасия!
Она мысленно выругалась, но все же остановилась, чувствуя, как он не спеша подходит со спины. Вольдемар осторожно взял её за плечо и развернул лицом к себе. Настя несколько оторопела от того, насколько близко они оказались друг к другу. Ректор смотрел ей прямо в глаза своим выразительным, горящим зелёными искрами взглядом.
— Да... Вы бы меня полюбили... — красавец наклонялся все ближе, почти уже касаясь губами её губ. — Вот только уж кому-кому, а Вам правила точно известны. Героиня должна быть глупа, наивна и невинна. Первый пункт есть, а остальные... Проверим?
Настя отшатнулась от источающего флюиды соблазна мужчины, чуть не вписавшись пятой точкой в стоящую сзади скульптуру родоначальника Академии, а потом рванула в сторону спальни, слыша за спиной его тихий довольный смех. Играется, гад. Ну, ладно. Посмотрим, кто будет устанавливать правила.
Всю оставшуюся часть ночи злая блондинка разрабатывал план своих дальнейших действий, в которых ректору отводилась самая главная роль. Однако, успев вздремнуть буквально часик перед издевательствами Луаржа, Настя видела во сне эти чёрные глаза и красиво очерченные губы, которые приближались... приближались... приближались...
Девятая глава
Вольдемар Эстера сидел в глубоком удобном кресле, стоявшем рядом со столом, который ломился от изысканных яств. По обеим сторонам от него, точно так же, закину ногу на ногу, расположились Фред, получивший очередной выходной, и император, которого государственные дела одолели настолько, что он вызвал друзей в свои личные покои, пообещав, в случае их отказа, сейчас же сбежать в соседнее государство, переодевшись бродячим фокусником, благо прошлое Ловца эту маленькую истеричную авантюру ему позволит осуществить.