Авантюристы (СИ)

— Хах, — выдохнул парень. — Вот так жизнь. Получается, мои убили твою мать. А твои — моих родителей. Только не надо мне про Легион затирать, — выставил он ладонь. — Мария создала ту ситуацию.
— Я и не собираюсь, — пожал плечами.
— Так, может, нам прямо сейчас сойтись в бою, а? — в глазах парня я отчетливо увидел тех самых демонов, которых он подавлял.
— Я тебя уделаю, — ответил ему равнодушно. — Мы оба это знаем. К тому же это будет означать нарушение приказа Такена. Тем самым мы поставим под угрозу всю миссию.
Ну, это я приврал, конечно. В благородный поединок играть не собираюсь. Дам Тамаре отмашку, та подавит способности Гатса, и дальше я его убью. Вот и всё.
Так что миссия встанет под угрозу в вопросе деморализации отряда. Но и то не шибко сильно. Единственная, кто серьезно воспротивится, — Калия.
— Да, дилемма, — ответил Гатс медленно, беря демонов под контроль и становясь снова обычным парнем. — Значит, на твою помощь мне рассчитывать не стоит.
— Если ты про то, чтобы оставить здесь Тича с его командой, а самим пойти искать силу, то… Сам решай. В любом случае пока слишком непонятная ситуация, чтобы что-то планировать.
Гатс коротко кивнул и посчитал разговор законченным. Да, незавидное у него положение. Ведь ему, по факту, надо прогнуться под меня. Точнее, это только в его понимании прогнуться. Так-то, будь у нас нормальные отношения, ничего такого не было бы. Остальным же гнуться не надо. То, что часть отряда со мной пойдет, само собой разумеется.
Если вообще пойдем. На первом-то месте наше задание, а пока непонятно, как дальше закрутится.
* * *
Разговор с Гатсом на кое-какие мысли натолкнул. Парень отошёл, отправился на другую лодку, а я вдаль попялился да задумался, огляделся, поискал взглядом наших, прикинул расклады.
Коллектив — сложная штука. Если вспомнить, что никто из нас не железный, то становится понятно — два месяца по пещерам лазили, рисковали. Надо бы обеспечить отряду качественное расслабление. Не прямо сейчас, ситуация пока не располагает, но в ближайшее время.
Да и кое-какие углы сгладить.
С этой мыслью я направился в сторону Калии.
Отряд разделился так, чтобы каждый свой участок контролировал. Это если не считать тех, кто и так работал. Девушка сидела на пиратском корабле, в задней его части. Ну, не то чтобы сидела. Возилась с орудиями, которые были установлены в этой части лодки.
— Нашла что интересное? — спросил я.
— Вот эта штука, — откликнулась она. — Имеет сложный механизм и, кажется, работает на их особом металле. Смотри сюда, — она откинула крышку и показала фиолетовые пластинки.
— Похоже на то, — глянул я заинтересованно. — Надо будет потом на местный рынок вооружений заглянуть.
Пушка просила… хах… самую крутую пушку. Тич, уверен, будь девушкой, уже бы попросил у меня самый крутой корабль. Тамара только силу просила, а не какую-то вещь.
— Чего хотел-то? — спросила Калия, не пожелав вести светскую беседу.
— Почему сразу хотел? Может, посты проверяю или поболтать заглянул.
— По лицу твоему видно, — хмыкнула Калия. — А ещё ты поругался с Гатсом, походил задумчивый и направился ко мне.
— Ничего-то от тебя не скроешь, — улыбнулся я. — Не хочу показаться грубым, но…
— Так, не груби, — перебила она, отстав от орудия и сложив руки на груди.
— Кхм… — смутился я самую малость. — Тогда буду бестактным. Что там у вас с нашим здоровяком?
— К чему этот вопрос, Спар? — прищурилась она.
— К тому, что скоро у нас появится возможность остановиться с комфортом, — прямо ответил я. — Вот и думаю, не планируете ли вы уединиться наконец-то, и к чему это приведет.
— На грубость не тянет, а вот бестактности — перебор, — закатила она глаза и отвернулась от меня.
Обойдя её, облокотился на борт, так, чтобы лицо видеть.
— Мария рассказала тебе, что мы с ней родственники?
Калия взгляд на меня бросила и кивнула.
— Значит, рассказала, — заключил я. — Но ты этого не рассказала Гатсу. Он удивился, когда я ему это поведал.
 
— К чему ты это, Спар? — начала заводиться Калия.
— Спокойнее, — попросил я. — Пойми меня правильно. Я не собираюсь указывать тебе, как жить. Просто хочу прояснить ситуацию и узнать твоё мнение. В детстве как-то проще было… — хмыкнул я. — Там всегда понятно, кто друг, кто враг. Кого надо защищать, кого бояться, от кого держаться подальше, а кого бить со всей силой. Взрослая жизнь какая-то слишком уж запутанная.
— Это уж точно, — Калия криво усмехнулась. — Но я не понимаю, что ты хочешь от меня.
— Спросить, что у вас с Гатсом, — пожал я плечами. — А то ты сейчас процентов на десять его девушка и процентов на сорок ученица Грозы, которую он убить хочет. Как бы выбирать не пришлось. И как бы до беды не дошло.
— Сомневаюсь, что у нас что-то получится, — ответила Калия, подумав.
— У вас всё совсем заглохло?
— Ну, это ты спокойно спишь со всеми, кто нравится, — ответила она с вызовом. — Не все такие простые.
— Это уж точно, — развеселился я. — Что могу сказать. Какое бы решение ты ни приняла, я в любом случае тебя поддержку.
— Даже если я выступлю против Грозы? — приподняла она бровь. — На стороне Гатса?
— Ну… — протянул я, прикидывая расклады. — В этом случае я тебя выдерну из боя и оставлю их разбираться. Хе-хе, — представил я эту картину.
— Ничего смешного тут нет, — насупилась Калия. — Это, между прочим, ты меня с Гатсом сводил! Тоже мне, сваха!
— О да, тогда это казалось хорошей идеей. Мрачный тип — одна штука. Мрачная девушка — одна штука. Что могло пойти не так? — улыбнулся я.
— Как оказалось, всё, — поддержала Калия улыбку. — И что мне теперь делать? — вздохнула она, подходя к борту и заглядывая вниз.
— А что хочешь, — повернулся и я.
Мы оказались достаточно близко, чтобы я её дружественно плечом толкнул, мол, не унывай.
— Просто знай, что в любом случае поддержу.
— Почему?
— В смысле? — не понял я вопроса. — Это же очевидно.
— Мне — нет.
— Кхм… — прокашлялся я. — Ты — своя.
— И?
— Этого мало? — удивился я.
— А Гатс — свой? — зашла она с другой стороны.
Я покосился на редкие облака, на переломанные просторы внизу и ответил не сразу, а после долгой паузы, подбирая слова.
— Он — свой. Но не так, как ты или другие.
— В чем разница? Он друг тебе? — Калия повернулась ко мне, отчего стало немного неуютно, слишком уж пристально изучала меня.
— Нет, не друг. Вот ты — друг. А он — нет.
— В чем разница? Кто для тебя друзья?
Вопрос озадачил. Я всегда считал, что это и так понятно, но сейчас осознал, что ответ подобрать не так уж легко.
— Сложно сказать. Друзья — это те, в кого я готов вкладываться.
— Тич — друг?
— Ты решила про всех спросить? — кинул я на неё взгляд, хмыкнув.
Калия смотрела необычайно серьезно.
— Хочу разобраться, — пояснила она.
— Тич друг, — ответил я. — Но он не в моем ближнем круге. Сейчас ты спросишь, в чем отличие, — подловил я её, когда она уже рот открыла, чтобы спросить. — В свой ближний круг я готов вкладываться, думаю о том, как устроить их будущее. Это мои девушки и мой отряд. В который и ты входишь, если что.
— Но в Тича ты не готов вкладываться? — заключила она.
— Нет. Он сам по себе. У него свой ближний круг есть. Попросит помощи — помогу. Нужно будет вытащить из беды — вытащу. Надо будет поддержать — поддержу. Понимаешь, о чем я?
— В целом, понятно. А Гатс тогда на каком месте?
— На месте полезного механизма, который неплохо работает, при определенных условиях.
— Звучит… по-такеновски, — покрутила Калия рукой.
— Если ты про то, что все мы инструмент, то да, — согласился я.
— Почему тогда ты заступился за Гатса, когда он на Вологодских напал?
— Потому что не хотел, чтобы бойня началась, — ответил я.
— Только поэтому? — прищурилась девушка.