Проклятие чёрного единорога

Жрец никак не мог поверить в то, что орденские чародеи не сумели противостоять какой-то лесной ведьме. Хотя теперь этот нелицеприятный момент уже и не столь сильно удивлял Дэрея Сола. Если можно допустить, что в самом сердце ордена Единого завелась разлагающая гниль, то на этом свете уже нет ничего невозможного.
И даже он, Дэрей Сол, зная источник проблемы наверняка и будучи наделенным Его силой, не может побороть страшную болезнь, не умеет распознать, кто именно из членов ордена, а может быть, даже из самого почетного Совета, изменил условия священных ритуалов в пользу нечестивых дел.
Открытая солнцу долина У́вас располагалась вдоль реки Лодо и была засажена виноградниками, которые по праву считались гордостью страны. Круглый год здесь выращивали свыше сорока сортов винограда, часть которого использовалась для производства вин, а другая шла на продажу, в том числе в далекие заморские страны. Гроздья ягод сияли на солнце всеми оттенками рубина и янтаря. Зеленые террасы плантаций тянулись почти до самого Самториса.
Ближе к реке были разбиты яблоневые сады. И здесь под сенью деревьев на небольшой поляне собрались путники – все, как один, одетые в серые плащи. Несмотря на дружественные настроения, они почти не разговаривали, пряча лица в тени глубоких капюшонов, и лишь склоняли головы, чтобы поприветствовать каждого вновь прибывшего гостя.
Когда же все, кто должен, подошли, в центр круга выступила девочка. В отличие от остальных, плащ на ней был темно-красного цвета. А у ног девочки играла маленькая серая лисичка с острым носиком и золотистыми глазками.
Вышедшая сняла капюшон. Это была совершенно обыкновенная девочка около тринадцати лет, самой заурядной и незапоминающейся внешности.
– Итак, мои безымянные друзья, настал восемнадцатый лунный день, – заговорила она странным протяжным и по-взрослому низким голосом. – Мы собрались с вами на этом перекрестке, согласно договоренности. Нам предстоит решить непростую задачу: целей много, а меры против них должны быть… необычными. Да и не может быть делом обычным лишение жизни самих жрецов Единого…
– Убивать их не только опасно, но и бесполезно, – проговорил один из незнакомцев тихим бесцветным тоном. – Судя по тому, что происходит, убийство, совершенное пять лет назад, результата не принесло. Прирежь жреца-преступника, и он станет мучеником в глазах народа. А дело его продолжит цвести пышным цветом.
– Именно, – кивнула девочка. – Гниль объяла корни гораздо глубже, чем мы подозревали пять лет назад. Верховный жрец Кунда Кор не просто пристрастился к Источнику чистой витали, но возжелал бо́льшего и извратил ритуал Единого, обменивая на силу, – девочка поморщилась, – человеческую кровь. Опьяненный властью, он возомнил себя Создателем! Он вывел на новый уровень эксперименты, извращающие саму суть природы. Несмотря на все наши усилия искоренить сор, после смерти преступника причислили к рангу Великих Духом. Его дело продолжили верные последователи, а привязанных к легкодоступной силе жрецов стало еще больше.
Но мы, сьидам, должны выполнять долг. Мы искали пути, и мы нашли их. – Она выдержала паузу, обводя присутствующих пристальным взглядом. – Мы должны раскрыть, чего стоят эти высокочтимые жрецы! И сделать это так, чтобы Верховный жрец не смог отвернуться… Все вы знаете, что, согласно закону Энсолорадо, он обязан рассмотреть и расследовать любое обвинение, предъявленное членам его ордена… даже посмертно. В случае же, если нельзя будет доказать невиновность жрецов, в силу вступит закон об отречении. Имена преступников и их достижения будут преданы забвению, их семьи выгонят из города…
– Немыслимо! По Закону мы не имеем права судить целые семьи, – возмущенно произнес один из безымянных. – И уж тем более запугивать целый город! Мы исполнители, а не судьи… Кайкэс, Мутэс, Сурдэс – не смотрю, не слушаю и молчу, то есть не выношу личных суждений!
– Верно, – вкрадчиво согласилась девочка в красном. – Кайкэс, Мутэс, Сурдэс – три самых ярких звезды в созвездии Охотника. – С каждым сказанным словом ее голос набирал силу и остроту. – Сьидам, – с нажимом произнесла девочка, – тот, кого Единый наделил правом судить и выносить приговор, сделав его Судьей над всеми тварями! А мы, – она перешла на почтительный шепот, – его верные слуги…
 
На некоторое время воцарилась тишина. Наемники опустили головы, то ли обдумывая сказанное, то ли попросту не решаясь говорить.
– Но что помешает Совету переложить всю вину с себя на кого-то еще? – наконец спросил один из них.
– Да то, что одного из жрецов уже взяли за мягкое место… простите, с поличным, – рассмеялся другой безымянный высоким и мелодичным голосом. Интонации его в равной степени могли принадлежать как мужчине, так и женщине. – Староста деревни выступил с обвинением, так что теперь у короля и нынешнего Верховного есть возможность призадуматься…
– Однако каким образом жрецам удавалось все это время скрывать свои преступления от короля и не замешан ли в этом нынешний Верховный? – раздался вопрос.
– Сол – особенный жрец, можете поверить мне на слово, – ответил все тот же наемник неопределенного пола. – Он не может быть замешан по своей сути. Но это не означает, что у него нет собственных недостатков. А от Рэя Бранко жрецов прикрывает один из главных министров, которому король на старости лет, увы, безоговорочно доверил ведение внутренних дел.
– Все верно, – подтвердила девочка. – Нам предстоит распутать сложную сеть, в которую вплетены многие знатные и высокопоставленные люди… А распутывать сети легче всего, извлекши их из пыльных сундуков на свет Единый! Запомните, и это очень важно: вы должны произнести обвинение и покарать одновременно. – Она обвела всех присутствующих внимательным взглядом, а затем одарила очаровательной детской улыбкой. – Как – на ваше усмотрение. Но сделать это нужно таким образом, чтобы заметили все… Помните, самый последний бедняк должен узнать об обвинениях! О ваших деяниях должны помнить, а лучше всего – складывать сказания.
В руках у путников появились карты города. И на каждой из этих карт только им ведомыми знаками были отмечены цели.
– Задание сложное, – продолжила девочка, – город наводнен полицией, и мы находимся в опасной близости от мстителей, поэтому вам дается немалое время на подготовку – до черной луны. Когда же ночное светило погрузится в тень, у вас будет ровно три ночи на то, чтобы выполнить задание и убраться из города. Новичкам я хочу напомнить, что вингенсы умеют выслеживать нашу братию даже на лисьих тропах. И лисьих троп в этой местности, а тем более в самом городе, открыто не так много. Так что используйте любые возможности. Не мне вас учить… И будьте настороже: хотя после праздничных ритуалов наши жертвы и одурманены переизбытком силы, но в открытой схватке шансов у вас не будет. Вопросы есть?
Собрание хранило молчание.
– В таком случае это все. – Девочка накинула на голову капюшон плаща. – Берегите себя.
С этими словами она взяла на руки своего зверька, сделала шаг назад и растворилась в тени яблони, как будто ее и не было вовсе. Следом за ней последовала одна из фигур в сером плаще.
Некоторое время они молча шли вдоль тенистых яблонь, а затем шпалер, обвитых виноградными лозами. Наконец девочка обернулась, а ее лисичка, воспользовавшись остановкой, соскользнула с рук на землю. Когда они вышли на свет, зверек спрятался от солнца под алым плащом хозяйки.
– У тебя есть что-то для меня? – спросила девочка, заботливо поправляя плащ так, чтобы ее питомцу было удобнее.
– Да, волшебный артефакт, – ответила фигура в сером плаще, протягивая небольшой сверток. – Подарок из Истра́на.
– Малахитовая шкатулка? – удивленно проговорила девочка, развернув обертку. – Давненько мы ее искали… Надеюсь, ты не прибегала к ее силе?
– Свое главное богатство я уже получила много лет назад, – покачала головой наемница. – Но сейчас мне нужен твой совет. Я знаю, что это против правил…