Биография нечисти (СИ)
— Водка хорошо, но лучше бы принял внутрь, — усмехнулся Бухарин. — Двигай за мной! Посмотрим, что у тебя там творится.
Они прошли по коридорчику и вошли в светлое помещение, которое служило и приёмным отделением и операционной.
— Женечка! — позвал доктор. — Приготовь инструменты. У нас появился больной.
Из соседнего помещения выглянула моложавая женщина, которая с интересом посмотрела на Макса. Бледное лицо, короткая стрижка, проницательные карие глаза и не сходящая с тонких губ ироничная улыбка. Она явно знала себе цену и оценивала каждого визитёра с некоторым пренебрежением. Очевидно в этом была какая-то проверенная житейским опытом тактика, когда холодность и презрение создают между врачом и пациентом незримый барьер. Это обеспечивало субординацию и настраивало на деловой лад.
— Садись на кушетку и снимай валенок, — приказал Бухарин. — Сейчас поглядим, кто тебя там пробовал на вкус.
Макс сразу же почувствовал некоторую неловкость. Он не мылся три дня, от его одежды воняло болотом, не лучше пахло и изо рта. А когда дело дошло до обуви его лицо и вовсе зарделось стыдом. Дырявый промокший насквозь ботинок, грязный носок и замызганный бинт на ступне, вызвали в душе настоящую панику.
— Молодец! Ещё денёк и сепсис со всеми вытекающими тебе обеспечен, — усмехнулся доктор. — Разве можно так раны бинтовать? Ты бы глиной ещё залепил…
Бухарин почистил рану перекисью, и когда пришла Женечка забрал у неё поддон с инструментами.
— У тебя там инородное тело. Видно даже без рентгена, — произнёс врач. — Сейчас сделаем укольчик и…
Доктор взял скальпель и усмехнулся.
— А может ну её эту анестезию?..
— Я вообще-то не очень переношу боль, — дрогнувшим голосом, промямлил Макс. — Мне бы хоть таблетку…
— Да, шучу я, шучу! — рассмеялся Бухарин. — Таблетку ему. Таблетки пить будешь потом, когда вернёшься на «большую землю». Если вернёшься, конечно.
После укола нога онемела, и Воробьёв успокоился. Он уже не следил чем занимается хирург, но не прошло и минуты, как в жестянку на столике что-то со звоном упало.
— Заберёшь потом, — бросил врач. — Будет тебе сувенир на память.
2
Взяли с него по-божески, всего пять тысяч. Возможно не будь он знаком с Кирьяном, его бы ободрали как липку, но всё вышло так как вышло. Бухарин сделал ещё несколько уколов и посоветовал попить антибиотики, на случай если не остановятся воспалительные процессы.
«Пожалуй он прав. Неплохой сувенир получился, — подумал Макс. — Сделаю оправу и повешу на шею. В качестве оберега».
Инородным телом, которое врач извлёк из ноги оказался клык «скрелинга». Сантиметра два, желтоватый как слоновая кость, чуть расплющенный с боков, он напомнил искривлённую лопатку с крошечными зазубринами на рёбрах. Немудрено что он так крепко увяз в мясе. Всё получилось бы хуже, если б тот «скрелинг» был гораздо проворнее и сильнее. Доберись он зубами до кости и вряд ли Макс отделался бы так легко.
— Ну чего? Вылечился!? — у ступеней стоял Димон. — Цены в ночлежках охренительные. У тебя что-нибудь осталось?
— Есть немного, — отозвался Макс. — Ты договорись на два места, а я тут поброжу ещё.
Воробьёв достал из кармана остатки наличности и сунул часть приятелю.
— Поторгуйся немного! Так чтобы нам на обед ещё осталось.
Димон забрал деньги и радостно улыбнулся.
— Значит живём?!
— Живём! Хочу потолковать с кем-нибудь про планшет. Может инфой какой-нибудь разживусь.
3
Своего решения убраться из «Зоны» Воробьёв не изменил. Просто предусмотрительно отложил реализацию этого плана на следующий день. Вернуться за «периметр» можно было только с помощью наличных, а его бюджет имел огромную дыру, которую могли заткнуть только своевременные финансовые вливания со стороны Кирьяна.
Оглядываясь по сторонам, он неторопливо двинулся к ангарам. В них ютилась многочисленная, конкурирующая друг с другом братия доморощенных ремесленников. Его мыслями снова овладела таинственная аббревиатура «ЛПР». А «Узловая» была неплохим местом, чтобы выяснить, что она означала.
«В первую очередь надо разобраться с планшетом из Радонска, — подумал он. — Если всё что рассказал Колосков хоть отчасти правда, то получится сенсационный репортаж».
На воротах ангара оранжевым пятном болталась тряпичная вывеска. Макс заметил её ещё издалека.
— «Ремонт и апгрейд», — прочитал он. — «Дёшево, качественно, без обмана, без контрафактных комплектующих».
Он немного постоял перед входом, прикидывая сколько с него сдерут, после чего открыл дверь и вошёл внутрь. Пахло расплавленной канифолью, раскалённым железом, жаренным луком и ещё чёрт знает чем. Ангар был разделён металлическими перегородками, которые отделяли одного кустаря от другого. Народа болталось немного, и ждать своей очереди Максу не пришлось.
Мастерская занимавшаяся апгрейдом располагалась в углу, практически у входа. Это был хорошо укреплённый металлический короб, в котором сидел усатый крепыш по фамилии Пузик.
— Заходи, добрый человек? — заметив посетителя, позвал он. — Сломалось чего или что-то прикупить требуется?
Лысеющий, с бегающими серыми глазками, он напоминал опрятненького, в меру упитанного хомячка. По опыту Воробьёв знал, что от таких безобидных с виду хомячков можно ожидать любого фортеля.
— Занимаешься ремонтом гаджетов? — спросил Макс.
— Смотря каких, — усач добродушно улыбнулся и жестом позвал к себе в короб. — Надо взглянуть, гаджеты ведь тоже всякие бывают.
Воробьёв протиснулся в железную будку и вынул из рюкзака планшет.
— Хе-х! Копеечная штамповка! — хмыкнул Пузик. — На кой он тебе сдался? Хочешь такой же продам по сходной цене?
— Другой не нужен! Этот планшет дорог мне как память, — сказал Воробьёв.
— Ну-ну! Аккумулятор вздулся, окислились контакты, может и микросхема сгорела, — заметил Пузик. — Не уверен, что получится разогнать это барахло.
— Тебе-то какая разница! — пожал плечами Макс. — Разбирай! Деньги всё равно возьмёшь!
— Разумеется! — оскалился мастер. — За каждый выкрученный шуруп.
Он повозился минуту с заскорузлыми болтами, пренебрежительно поддел отвёрткой съёмную часть корпуса и с силой дунул на запылившееся «железо».
— А штамповка-то не копеечная! — чуть погодя, произнёс Пузик. — Ошибся маленько, сделано на заказ. Такие в обычном магазине не купишь.
Макс догадался, что ремонтник уже заметил наклейку с аббревиатурой. Его движения стали аккуратными, исчезло пренебрежение и чрезмерная болтливость. Пузик вынул старый аккумулятор, перепаял на плате сгоревший конденсатор, внимательно осмотрел чипы постоянной памяти.
— Откуда у тебя этот комп? — наконец поинтересовался усач.
— Было одно дельце, вот и разжился по случаю!
— Я бы мог дать за планшет десять тысяч. Конечно при условии что сохранились какие-то данные на носителе.
Пузик молча собрал устройство и посмотрел на клиента.
— Ну так что? Продашь?
— Давай сначала посмотрим работает он или нет!
Ремонтник криво улыбнулся, повозился в картонной коробке у ног и достал новый аккумулятор. Поставил батарею в разъём и включил питание.
— У меня работает всё! Столько всякого электронного барахла через руки прошло, что с завязанными глазами могу разобрать и собрать такую вот штуку…
Устройство загрузилось, и на экране высветились пять промаркированных цифрами папок. В последовательности знаков чётко прослеживалась определённая логика, которая говорила о какой-то внутренней системе с помощью которой накапливались данные, но понять её можно было только раскрыв папки. А делать это прилюдно Макс не собирался.
— Даже не запаролено, — процедил Пузик. — Небось на туристическом маршруте нашёл? Столько посторонних сейчас по «Зоне» болтается и не такое теряют. Могу накинуть ещё пару тысяч. Больно вещица качественная…
— Эту качественную вещицу я оставлю себе, — Макс подтянул планшет к себе и отключил питание. — Говори сколько с меня?