Шестой (СИ)
— Испугался, — даже не пытаясь солгать, выдохнул Ибо, чувствуя себя очень странно. Он знал, видел, чувствовал, что это — его тигр. Тот, с кем он всю зиму бегал по лесу и чей мех перебирал, дремля под утробное мурлыканье. Но тот, кого он видел сейчас перед собой… Нет, его тигр был совершенен, просто… слишком совершенен для него, обычного человека.
— Испугался меня? — в глазах незнакомца заискрился смех. Ибо покачал головой.
— Не знаю.
— А сейчас? Тоже боишься?
— Кто ты? — вырвалось у Ибо еще до того, как он успел обдумать свой вопрос.
— Сяо Чжань. Я лекарь Тигриного племени.
— Зачем вы забираете наших людей?
— Забираем? — Сяо Чжань чуть склонил голову к плечу, и Ибо узнал это выражение недоумения. — Все те, что пришли от вас, сделали это добровольно, связав свою жизнь со своими половинками судьбы из нашего народа. Те, кому повезло их найти, счастливы.
— А я? — Ибо почему-то почувствовал себя обиженным. Но ничуть не удивленным тому, что услышал.
— А за тобой пришел я, — Сяо Чжань протянул ему руку и улыбнулся так, что Ибо показалось — взошло второе солнце. — Ты пойдешь со мной?
— Нет, — внезапно сам для себя ответил Ибо, испугался и…
… проснулся.
Рывком сел и зашипел от боли, которой огрызнулось на его движение затекшее от долгого сидения в одной позе тело. Вспомнил сон и выругался.
— Ну что за идиот… — По-другому себя-во-сне он и назвать не мог. Хотя, может у того Ибо были свои причины. По крайней мере, ничего о том, что еще у него было за душой, Ибо-реальный не знал. Может, у него там родители или детей полный дом.
Ибо зевнул и потер лицо, морщась. Чтобы он еще раз уснул на стуле… В кресле типа самолетного ему спать не привыкать, но стулья — все-таки перебор. Надо было с ноутбуком сразу идти хотя бы на диван. Там и плед есть. В памяти всплыло слишком реальное ощущение тигриного меха под пальцами, и Ибо вздохнул. В последние дни в его жизни стало слишком много тигров. Даже если это всего лишь названия песен и прыгающий световой силуэт над сценой. Но Чжань-гэ в виде тигра представлялся очень хорошо.
— Ибо? — дверь тихонько хлопнула, и порог переступил сам Сяо Чжань. Зевающий и расслабленный, без очков, а потому щурящийся и выглядящий невероятно мило и беззащитно. — Ты что, спал здесь?
Ибо улыбнулся, вставая навстречу.
— Не мог уснуть, — честно признался он. Накануне было слишком много эмоций. О части которых он не хотел признаваться даже самому себе.
— Так понравился вчерашний вечер? — спросил Сяо Чжань, с видимым удовольствием входя в его протянутые руки.
— Да, — Ибо кивнул без раздумий. Концерт ему действительно понравился. Но еще больше ему понравилось то, что Сяо Чжань, хоть и был в восторге, смотрел на Тэмина больше с профессиональной точки зрения. Как и сам Ибо. И после они обсудили выносливость и парочку замеченных фишек, а не внешность Тэмина или степень его сексуальности, хотя по этому поводу и было о чем поговорить.
— «Понравилось» и все? — Сяо Чжань лукаво улыбнулся, и Ибо вздохнул. Порой он забывал, насколько проницательным был его Чжань-гэ и как хорошо его знал.
— Я был счастлив, когда ты сказал, что я красивее.
— А ты сомневался? — Сяо Чжань рассмеялся и наконец его обнял, потерся щекой о щеку. — Ты глупый ребенок, Ибо, но я все равно тебя люблю. Для меня нет никого лучше тебя.
Ибо поймал его губы в первом утреннем поцелуе и счастливо вздохнул. А тигр… Может, ему удастся упросить Чжань-гэ надеть ободок с кошачьими ушками?
========== Экстра 7 ==========
Комментарий к Экстра 7
Даже не спрашивайте, что курил Муз…
— Говорила мне мама: иди учиться на врача, всегда будешь сытым и при деле, — Сяо Чжань с головой зарылся в кучу тряпок, и его голос Ибо еле слышал.
— А ты что? — Ибо нервно переминался с ноги на ногу, поглядывая то на дверь, то на окно, за которым уже давно царила непроглядная ночь. Сюда звуки никогда не спящего города почти не долетали, поэтому ему даже особо прислушиваться не надо было, чтобы услышать звук подъезжающей машины. Но он все равно слушал. На всякий случай.
— А я решил, что в музыкальной школе учиться будет проще. Нашел!
Сяо Чжань наконец выбрался из наваленной в кучу одежды, держа в руках парик и что-то цветное. Ибо отшатнулся почти с ужасом.
— Я это не надену!
Сяо Чжань только вздохнул и подошел ближе.
— А жить хочешь?
Ибо только глаза закатил. Ответ был очевиден, но желания напяливать на себя это не прибавляло.
— Может, все-таки так обойдемся?
— Ибо, — судя по лицу Сяо Чжаня, тот еле сдерживал себя от того, чтобы не сделать Ибо больно. — Это женский оркестр. И берут туда только женщин. А у нас на хвосте вся китайская триада, поэтому прекрати капризничать и надевай.
Сяо Чжань сунул Ибо все, что держал в руке, и отошел в сторонку. Ибо с сомнением посмотрел на рыжеватый парик, покосился на Сяо Чжаня и залип, глядя на то, как тот переодевается. Брюки, рубашка, ремень — все это оказалось сначала на полу, а потом в объемной дорожной сумке. Словно почувствовав его взгляд, Сяо Чжань обернулся и возмущенно вскинул бровь.
— Ибо, если мы из-за тебя опоздаем на поезд, я лично переплавлю твой саксофон на что-нибудь более полезное.
— Я никогда не носил женских тряпок.
— Как будто я носил, — Сяо Чжань поджал губы. — Это не так страшно, как кажется.
Ибо обреченно выдохнул и принялся раздеваться. Лиф с вкладками казался ему самой страшной вещью, но с ней он все-таки справился. Ощущения были странные, но привыкнуть к ним было можно. Если вниз не смотреть. Зато платье на него село, как влитое. И парик вроде как не пытался удрать с головы.
Ибо повернулся к зеркалу и удивленно сморгнул. В отражении он узнал разве что только нос. И глаза. Да и то, если убрать слишком длинную челку. А рыжий, кстати, ему идет. Хотя оттенок потемнее бы. И юбку покороче, а то в подоле запутаться можно.
— Ты посмотри, какая красотка… Кстати, если у тебя уши не заросли, стоит одеть сережки, я тут где-то видел, — за плечом Ибо появилась жгучая брюнетка с забранными в высокий хвост длинными волосами и прядями, обрамляющими лицо. Ибо обернулся, окинул Сяо Чжаня долгим взглядом и вздохнул, предчувствуя грядущие проблемы и ощущая обиду на острую несправедливость. Сяо Чжань даже в женских тряпках выглядел сногсшибательно.
— Может, тебе старушкой, а? — тоскливо спросил он. — Ну или дамочкой лет «пятьдесят за».
— А что не так? — Сяо Чжань оглядел себя, даже к зеркалу повернулся.
Взгляд Ибо упал на обтянутую тканью аппетитную задницу, и уровень грядущих проблем подскочил до максимума.
— У меня рук не хватит отбивать тебя от озабоченных мужиков, — Ибо передернул плечом, опустил глаза вниз и чуть не шарахнулся в сторону. Кажется, он поторопился с выводом о скорости привыкания к внезапно обретенной женской груди.
— Кто бы говорил, — Сяо Чжань рассмеялся и вернулся к куче на полу. — Скажи спасибо, что нынешние девушки носят кроссовки даже с платьем, иначе нам пришлось бы хуже. Хотя твои растоптанные кроссовки я бы все-таки сменил.
— Эй, они у меня любимые.
— Это заметно.
Сяо Чжань покрутился перед зеркалом и, удостоверившись, что от девушек их почти не отличишь, принялся собирать разваленную кучу обратно, дабы замести следы мелкой кражи, учиненной им в кладовке гардеробной театра. Идея забраться сюда принадлежала Ибо и на самом деле была шуткой, но Сяо Чжань воспринял ее всерьез. Ибо оглядел учиненный ими беспорядок, безжалостно скрутил волосы парика и, задрав подол платья, принялся помогать. До отхода поезда сорок минут, а им еще до вокзала добраться надо…
*
… — Как они в этом ходят? — Ибо начал ворчать еще в поезде. Толпа людей его обычно не напрягала, но слишком длинное платье и стягивающий грудь лиф делали свое дело, и он чувствовал себя ужасно неуклюже. И завидовал Сяо Чжаню черной завистью, которому, видимо, его узкое и короткое платье ничуть не мешало. Он даже шел так, словно по подиуму: жопка вправо-влево, вправо-влево…