Девять смертных грехов. Часть вторая (СИ)
Умение чувствовать опасность, умение распределять чистоту между атакой и нападением, и главное… Умение чувствовать друг друга. Даже без чистоты принцессы отряд продолжал оставаться единым целым, и я, окутывая их своей чистотой, тоже учился. Учился управлять идальго, возвращая их на ту самую волну.
— Пожалуй, тебе надо будет сказать ей спасибо, когда вы снова увидитесь, — заметило сердце, когда я подправил на мгновение выпавшего из общего рисунка Чистюлю. — Камни, чистота — все тлен. А вот опыт управления отрядом, который ты с нее копируешь, вот настоящая ценность.
Я кивнул.
Прошел еще один день, и за это время я столько раз восстанавливал привитый нам рисунок боя, что понял его на новом глубинном уровне. Теперь я мог не только чинить его, теперь я знал, что смогу построить подобную схему управления отрядом с нуля. Причем как со своими, так и со случайными идальго.
Остальные тоже не тратили время зря. Почти каждый поднял в бою по уровню чистоты, драгоценные камни занимали уже три мешка, а Монашка и Чистюля неожиданно смогли добиться успеха во время медитации у источников. Возможно, это была случайность, но я был уверен, что им помогли подаренные мной капли розы и лилии.
Начался четвертый день нашего похода, и когда в очередной раз пришло время возвращаться к источнику, башня содрогнулась. По стенам пробежали красные линии, твари скверны разбежались по дальним углам, а на границах этажей появились призрачные силуэты гигантских воинов.
— Что за чушь⁈ — возмутился Белый, когда проход к нашему источнику преградила стена чистоты. Вроде той, что мы встречали на испытании, только этой для прохождения требовалось не меньше сотни граалей.
— Это… — я прислушался к затихающей дрожи башни. — Это кто-то зашел в башню обычным способом, без ключа, и активировал ловушки и испытания.
Мы все невольно переглянулись. Разница между двумя состояниями башни Карла Великого была просто колоссальной. Все казалось таким шумным, ярким и… Слишком опасным для первокурсников. Еще бы, сотня граалей — это каким должен быть отряд, чтобы даже всем вместе выдать такую прорву чистоты и открыть себе проход! А мы тут бродили просто так.
— Как думаешь, кто это? — спросил Торопыга.
— Принцесса говорила, что директор рассчитывает на добычу с мертвой нежити в башне. Возможно, он как раз кого-то и направил, чтобы ее собрали.
— И что будем делать? — спросила Монашка.
Я не успел ответить. Сначала услышал хруст камня, отозвавшийся стоном башни, а потом из стены выглянул кончик розового щупальца с острым клыком на конце. Сразу стало понятно, кто же вызвался помочь директору и как профессор Седонья может быстро путешествовать по башне. Она просто использовала вторую форму, чтобы прокладывать себе путь внутри стен.
В этот момент кончик щупальца собрал вокруг себя достаточно массы для формирования человеческого тела, и оно приняло форму профессора с привычно поджатыми губами.
— А вот и наши потеряшки, — криво усмехнулась Седонья. — Думаю, вам придется постараться, чтобы объяснить директору, как вы сюда забрались.
После этого профессор, даже не подумав никого слушать, снова приняла вторую форму, окутала нас и вытащила сначала на первый этаж башни, а потом и наружу.
* * *
— Я считаю, что его нужно отчислить, — это было первым, что я услышал, когда профессор наконец-то выпустила меня из своих щупалец.
Мы оказались в кабинете директора втроем. Всех остальных она, похоже, высадила где-то в другом месте.
— Давай сначала послушаем нашего юного ученика, — Карл Арагонский поднялся из-за огромного дубового стола, занимающего половину его кабинета.
Я кивнул, соглашаясь с его предложением, и прокашлялся, собираясь с мыслями. Заодно огляделся по сторонам — все же интересно было, как именно живет и работает директор Примеры.
Сам кабинет был не таким и большим, примерно как наша спальная комната. Один стол, одно окно, зато почти во всю стену, за которым открывался вид на центральную площадь. Я оценил высоту — похоже на последний этаж. Помимо окна и стола в кабинете был огромный шкаф, заставленный книгами, сотни старых потертых обложек, полка с драгоценными камнями, серебряный ящик… Я на мгновение задержал на нем взгляд, прикидывая, какие секреты и от кого там мог прятать директор. А потом я уставился на последнюю стену и вздрогнул.
Там висел ковер с закрепленным на нем всевозможным оружием. Современное и старое, из королевства и других стран, там было множество всего интересно. Алебарды, копья, кинжалы и луки… Но мое внимание сразу остановилось на одном из мечей. На вид самый простой он выделялся разве что рукояткой, похожей на два сложенных кроличьих уха, а еще исходящей от него жаждой.
Да, той же самой, что я ощутил от странной формулы на дне главного источника башни Карла Великого.
— Это второй меч из серии смертных грехов? — не выдержал я.
— Да, — Карл усмехнулся, а профессор Седонья еще больше поджала губы. — Это действительно меч жадности. И как ты его узнал?
— Доводилось видеть похожие, — осторожно сказал я.
Директор смерил меня задумчивым взглядом, словно о чем-то догадываясь, но больше ничего спрашивать не стал.
— Мы не забыли, зачем я его привела? — профессор Седонья напомнила о себе. — Он пролез в башню, рисковал доверившимися ему учениками и собирал, между прочим, добычу с мертвой нежити, которая ему не принадлежит. Думали, я ничего не замечу?
— Не нужно драматизировать, Сибилла, — директор спокойно улыбнулся. — Насколько я помню, молодой человек получил свой ключ честно во время испытания и…
— Он получил обычный ключ, но без грааля, он бы не открыл ворота! И даже с ним ему никогда бы не пролезть так высоко! Получается, он привлекал к секретам Примеры посторонних! Это нарушение всех мыслимых правил безопасности!
Я ничего не стал говорить, просто вместе с болтовней профессора вытянул вперед руку и начал формировать на ней новый ключ к башне Карла Великого.
— Как интересно, — глаза директора блеснули. — Значит, у нас появился молодой талантливый алхимик? И ты смог полностью отключить защиту башни?
Я кивнул.
— Значит, офицеры скверны не просто отвели тебя к котлу, но и чему-то научили, — задумался Карл Арагонский. — То-то я думал, что вас слишком долго держали в плену. Теперь все понятно.
— Получается, он в сговоре с тварями скверны! — профессор Седонья сделала новый вывод.
— Не думаю, что это так, — улыбнулся директор. — Вы же видели ключ, молодому человеку точно бы хватило таланта выпустить наших пленников, но он этого не сделал.
— Но может! Как ответственная за защиту Примеры я требую, чтобы его удалили отсюда, и готова отстаивать свое мнение даже перед королем…
Кажется, решив вывести конфликт на новый уровень, профессор Седонья перегнула палку. Глаза Карла Арагонского блеснули чистотой, а меч жадности медленно слетел со своего места и скользнул к нему в руку.
— Не стоит пытаться отбирать у меня то, что принадлежит мне по праву, — голос директора был похож на дуновение ветра. Он был везде и нигде одновременно. — Мы готовим лучших идальго королевства и делаем это потому, что не боимся их талантов. Если молодой Мануэль де Луна открыл силу алхимика благодаря офицерам скверны — пусть. Мы не будем запрещать использовать ее, а наоборот, позволим развить. Кстати, профессор, мне кажется, вы достаточно опытны, чтобы позволить себе не одного ученика, а двух?
Я внимательно слушал речь директора. Было приятно, что он защищает меня, хотя, если посмотреть на это через призму меча жадности, становилось жутковато… А вот то, что он сказал о профессоре — получается, Седонья тоже алхимик! Значит, она путешествовала через стены башни не только благодаря второй форме, но и с помощью своих знаний. А ведь у нее не было доступа к книгам Каркаданна, к источнику крови скверны, а значит, и полноценный ключ она создать не могла. Тем больше уважения вызывали ее способности… Хотя доверять и относиться лучше к профессору-кракену я не собирался.