Найду тебя во тьме (СИ)
- Раздеваемся, господин фотограф, раздеваемся, нам ещё ласты примерять на образ городского нудиста.
- Нельзя забывать о тыкве с горящими глазами... - с надеждой сказал Сват. - Или ты любишь тыквенную кашу, и ради неё готов на всё? Так ты только скажи, и я стану волшебником. Все тыквы в городе твои.
- Правильная тыква, это та, на которой можно ездить, - парировал Степан. Бехтерев же скинул с ног кроссовки и принялся расстёгивать рубашку под распахнутым пиджаком. Студент озадаченно выдавил:
- Ты чего?
- Ласты мерить будем? - брови Свата вопросительно взлетели и застыли. Его тонкие пальцы коснулись очередной пуговицы, а за спиной Стёпы тихонько засмеялась молоденькая продавщица спортивного отдела. Студент сглотнул и поспешно пробормотал, чувствуя, как пылает лицо:
- Дома в ванне примеришь.
И едва слышным шёпотом добавил:
- Придурок охреневший...
- Как ты самокритичен, Аркадьевич, - усмехнулся Сват, но пуговицы расстёгивать перестал. - Как тут не стать при... дурком рядом с тобой.
- Чего? - обалдел студент. - Ты мастер передёргивать...
В магазине почему-то стало жарко. Морзе облизал пересохшие губы и подавился комом в горле. А Сват улыбнулся и с отеческим добродушием сказал:
- Парень, я могу не только слова передёргивать. Хочешь, дома покажу, с чем ещё можно это делать?
- Иди ты... знаешь куда, - буркнул Степан, скатываясь в дурное расположение духа. Пикировка с фотографом перестала быть интересной. Захотелось просто придушить это слепое чудовище. Как он там недавно думал? Геи - тоже люди? Чёрта с два они люди... Они просто озабоченные извращенцы. Студент посмурнел, быстро собрал покупки в пакет, бесцеремонно отобрал у Бехтерева портмоне, расплатился, и вскоре они вышли из торгового центра на свежий воздух, если так можно назвать сухую жару, висевшую под бледно-голубым небом июня. Обида на Свата тут же испарилась, и студент сказал, наблюдая за сосредоточенной Фишкой, руководившей передвижением Свата по тротуару:
- Я так и не могу понять, кто из вас у кого в кильватере?
- Думаю, мы органично смотримся параллельно, - ответил Сват.
В кармане джинсов Стёпы завибрировал мобильник. Он извлёк телефон и ответил на звонок:
- Да, мам...
- Стёпа, ты можешь приехать? - в голосе матери сквозила усталая горечь. Сердце Морзе глухо стукнуло в рёбра: "Опять... Сколько же можно!" Он настороженно ответил:
- Ты же знаешь, что не могу. Он снова начал?
- Как же я устала, - вздохнула мама в их доме.