Найду тебя во тьме (СИ)
========== 1.НЛО, как Неопознанный Лающий Объект. ==========
Степан выпустил на лицо одну из своих проверенных самоуверенных улыбок и протянул руку за конвертом. Декан факультета, низенький пожилой Роберт Эммануилович Лорский, обладатель беспорядочной седой шевелюры, острого носа и роговых очков с голубоватыми стёклами, иронично хмыкнул:
- Вы, молодой человек, прекрасны в своей самоуверенности. Вам кто-нибудь это говорил?
- Вы сами и говорили, - ответил парень, с сомнением глядя на разложенные по столу профессора конверты. Снова старик взялся чудить. Вчера, на последней лекции по основам социальной медицины, Лорский благодушно известил их группу, что этим летом всех студентов второго курса ждёт практика. Степан, который готовился к этому с первого дня учёбы, чуть не закричал от радости.
Он и выбрал-то специальность "социального работника", можно сказать, по зову сердца. Никогда не мог спокойно пройти мимо старушки, глядящей с какой-то обречённостью на полуразвалившуюся лестницу, или не помочь инвалиду забраться в автобус. Когда ещё в одиннадцатом классе Мороз узнал, что в его городе появился филиал Государственного Института Социальных Технологий, он сразу же твёрдо решил, что подаст в него документы. Друзья долго кто пальцем у виска крутил, кто просто плечами пожимал. Одна только Ирка Верёвкина поддержала, одноклассница и соседка по лестничной площадке. Их семьи многие годы дружили домами, так сказать. И дети были неразлучны ещё с детского садика, в который тоже ходили вместе. Был, правда, ещё один понимающий - Славик Тюленев, тоже одноклассник. Он жил с мамой и совсем старой бабушкой. И не понаслышке знал, каково это - беспомощный человек в доме. Именно Славик, проведав о планах Мороза, сказал главные слова, окончательно убедившие Степана в выборе будущей профессии: "Ты бывал у нас и видел мою бабушку. Знаешь, как мы о ней заботимся... А сколько таких одиноких? Молодец, Морзе". Так Степана звали все школьные годы. Ударение в его фамилии, Мороз, падало на первое "о". И не раз возникали недоразумения, особенно в первый год учёбы в школе. Семилетний Стёпка чуть не до слёз отстаивал свою фамилию перед учителями. В результате вся школа запомнила, как правильно надо её произносить. Но постепенно ребята в классе переделали сложное слово в прозвище. А вскоре и учителя начали между собой называть маленького упрямого шатена по фамилии изобретателя устаревшей, но знаменитой на весь мир азбуки Морзе.
К концу школы Степан превратился в крепкого парня среднего роста и атлетической комплекции. Физкультуру он любил и не пропускал. Правда, когда физрук заикнулась о карьере в спорте, раз и навсегда твёрдо расставил точки над "ё": ему это не интересно. До конца последнего года в школе парень продолжал бегать, подтягиваться и всякое такое едва ли не лучше всех одногодок. А там и школа кончилась, ЕГЭ пролетел спокойно, сдача документов в институт тоже прошла без особых накладок. Степан сумел пройти по баллам на одно из пяти бюджетных мест, отданных филиалу головным вузом. Из-за этого преподаватели сразу принялись проверять парня на знания и остались довольны. Парень не мог похвастаться глубокими познаниями по школьным предметам, но провалы в знаниях перекрывал непробиваемым апломбом, помноженным на природное обаяние. Так и отучился два курса, мечтая о том дне, когда сможет, наконец, начать помогать людям, которые не в силах сами о себе позаботиться. И теперь этот день практически настал.
Степан уверенным движением взял со стола первый попавшийся конверт, не испорченный никакими надписями и картинками. Лорский ещё вчера предупредил:
- В социальных службах не принято назначать одиночное обслуживание. Это большая роскошь, молодые люди.
Профессор глянул на аудиторию поверх роговых очков, поджал губы и продолжил:
- Но нам они пошли навстречу. Городская служба социального обслуживания на дому согласилась направить вас на практику на тех условиях, которые необходимы нашему институту. Один студент - один обслуживаемый. Я видел список нуждающихся в вашей помощи. Они все разные люди, с разными характерами и судьбами. Но у них есть одно общее - они живут в одиночестве. С некоторыми будет трудно, я бы даже сказал - очень трудно. Надеюсь, вы понимаете, почему?
Ребята и девушки в аудитории глухо зашумели. Роберт Эммануилович покивал, слушая голоса, и сказал:
- Молодцы. Это будет первая ваша практика, от которой зависит очень многое. И я говорю не про оценки. За эти две недели решится главный вопрос - останетесь вы в профессии или нет. Не каждый выдержит то, с чем вам предстоит столкнуться. Будет и смешное, и страшное. И я, чтобы потом не говорили, что у меня есть любимчики, и что я кому-нибудь подсунул подопечного полегче и поприятнее, решил дать шанс судьбе.