Последний Охотник. Том 1
Когда мы попали в общежитие, уже всё запахло жареным. Комнаты простолюдинов, а нас прям разграничили здесь, не имели замков. В то время как дворяне, например, имели все блага мира. И замки, и телевизоры внутри, компьютеры и всё в том же духе.
Я попал в комнату на третьем этаже, без цифры, а просто с буквенным обозначением УГ. Знать бы ещё, что это обозначает. В комнате на четыре койки уже всё было решено за нас, кто и где спит. Форма, такого же серого цвета, какая была у куратора Оленюка, была подписана на бирке выше груди. А внизу было место для «эмблемы».
Так что, сначала пришлось заниматься рукоделием, но с ним я справился быстро. Ускорил процесс работы рук и, отвернувшись от своих соседей, пришил себе на место эмблему рода Воробьевых. А вот когда обернулся, удивился.
— А вы, — я даже не знал, как их зовут, — чего эмблемы не пришиваете?
Моими соседями были два рыжих близнеца с весьма мудрыми глазами и умными выражениями лиц и какая-то серая мышь, парнишка на голову ниже меня, с осунувшимся лицом.
Оказалось, что рыжие — наследники какого-то там графа. И, не имея территорий, так как власть в их регионе принадлежала другой империи, были причислены к простолюдинам. Но, конечно, с некоторыми благами.
Они получали какие-то средства за заслуги родителей и были «прослойкой» между дворянством, как выразились они, и такими простыми людьми, как мы.
Мышь же не представилась и даже не разговаривала с нами. Просто молчала, опустив взгляд.
На обед нас позвал звонок, который ревел на плацу как сумасшедший. По незнанию местных правил, а нам их никто не удосужился объяснить, были и те, кто пропустил звоночек и остался без еды.
Оленюк ждал на плацу ровно три минуты с момента, как я выглянул в окно, а затем повел наш поток на второй этаж главного корпуса.
Что было интересно в этом месте, так это столовые. У каждого курса, как оказалось, она была своя. Нет, конечно, первокурсницы маги и первокурсники Кольцевые кушали вместе, но не пересекались с курсами выше.
Это я узнал от Ани, которая выискивала меня взглядом, держа в руках поднос. Ей повезло меньше, чем мне.
— Ненавижу дворян, — сказала она, усаживаясь со мной за один стол. — Это, — она сощурилась, глядя на моих соседей, — а, такие же, как и мы. Ладно.
— Я так понимаю, — усмехнулся я, — тебя подселили к девушкам из дворянских семей?
— К четырем конченным стервам, — пожаловалась Аня, наматывая лапшу на вилку. — Я когда услышала колкость в свой адрес, мол, я подстилка под Эдика Воробьева, то без доли сомнений влепила прессом по морде этой сучки, Кати Кораблевой. Да так, что её на кровать опрокинуло.
— Магией била, что ли?
— Ну а чем ещё? — нахмурилась Аня. — Короче, я получила выговор в первый же день. И уже хочу обратно в приют. В задницу этих надменных куриц!
Я, к обстановке, в которой мы оказались, относился более лояльно. Подобное отношение между двумя уровнями местных сословий слишком банально. И решается на уровне силы. Хочешь показать, что ты сильнее, чем тот, кто родился с золотой ложкой во рту? Просто докажи это. Постепенно у тебя всё сложится иначе в коллективе.
А не сможешь? Увы, сиди и терпи, пока не закипишь. Я, к слову, терпеть не собирался.
Когда я поглощал суп, мне в спину прилетело что-то мокрое. Парни за столом тут же поникли, а я развернулся, чтобы лицезреть того самого Орлова с ехидной улыбкой. Эдик, к слову, сидел с ним за одним столом, но не так активно улыбался.
— Что вылупился, баран? — крикнул тот, хотя между нашими столами было всего три метра. — Проблем хочешь?
— Тебя мама не учила, что хлебом бросаться нельзя? — спокойно спросил я. — А чего это я спрашиваю? Ты же…
Ну, в целом, я добился того, чего хотел.
Учитывая обстановку, прославиться задирой, да ещё и в первый день, было глупостью. Тем не менее, если бы я сейчас начал прогибаться под такого идиота, то… блин, это бы закончилось печально.
Разница между нами была не особо весомой. Он, как и я, — первый уровень. А физическую составляющую тела я мог поднять так, как было нужно мне. Поэтому, в целом, я не особо опасался дворянина.
— Он второй, — прошипел один из близнецов. — Ты куда лезешь-то, Вить?
— Второй? — нахмурился я, оборачиваясь к своему столу. — А что он на первом курсе делает?
В целом, ответ был, только я его не успел дослушать. Орлов схватил меня за воротник и вытянул со скамьи, швырнув на пол. Тут же прекратился стук ложек по тарелкам. В столовой воцарилась тишина, и все взгляды были прикованы именно к нам.
Я как ни в чём не бывало поднялся, отряхнул свою форму и недовольно пробормотал:
— Ну чего ты в самом деле, свежая же униформа. Сам стирать будешь.
— О-о-о-о! — маги и Кольцевые почти синхронно протянули. В основном аристократы, кстати. — Это зале-е-е-ет!
Орлов хмыкнул, довольный началом, стукнул кулаком об ладонь, а затем демонстративно повертел шеей, разминая её.
— Ну, — он ехидно улыбнулся, наклоняя голову влево. — Жопа тебе, шакал.
Только вот ничего он так и не сделал. Когда я подошёл и дал ему щелбана, в этот миг мышцы его шеи уже замедлились. И не могли прийти в исходную позицию в тот момент, когда он разминался. И в некотором роде остальным могло показаться, что его просто защемило, ибо заорал он знатно.
Напряжение-то было, а вот справиться с ним он не мог.
Мой жест был расценен как вызов. Только вот бить его я не стал. За это бы точно никто меня по голове не погладил.
— Да не бойся ты, — усмехнулся я. — Не буду я тебя бить, считай — прощён.
Под очередное: «о-о-о», и вопль Орлова, я вернулся на своё место, ну а затем, на крик, в столовую пришёл куратор. В этот же миг мышцы шеи пришли в привычную «временную петлю». Растянулись, и голова вернулась на место.
Орлову влетело по первое число, мол, нарушает порядок и вообще, для первого дня стоять и орать посреди столовой — дурной пример для остальных.
Это не решило нашу с ним проблему, но, по крайней мере, немного оттянуло её на задний план.
Занятия первого дня были простыми. Теорией. Нам рассказывали про местные уставы. Про то, что первый месяц мы не можем даже мечтать выйти за территорию. Затем нам объяснили очень дословно и популярно, что за стенами мы в опасности. Границы барьера, который поддерживает подстанция под замком, распространяются лишь на двадцати метровую зону от стен. И если мы выйдем за неё, то можем попасть под дикий портал.
А их тут было немало…
Именно из-за них здесь и было принято освоить замок, чтобы у курсантов была постоянная практика в драках против Теневых. Замок в своё время зачистили, поставили подстанцию, возвели барьер и обезопасили. Также отремонтировали.
Второе занятие тоже вышло теоретическим. Но ещё более нудным.
Мы выслушивали основы усиления групп мышц, которые можно было сделать как медикаментозно, так и с помощью самых настоящих зелий, сделанных на основе Теневых. Они не заинтересовали меня, так как, со слов преподавателя, этим занимались специальные службы, которые экспериментировали с кровью Теневых.
В общем, жизнь била своим ключом. Но первый день всё равно мне преподнёс массу всего странного. Особенно тренировка, которая случилась вечером, и где мы недосчитались двоих студентов. Орлова, кстати, и Мышкина Стаса, который оказался той самой «серой мышью» из моей комнаты.
* * *— Где оно, где-где-где? — Мышкин плевал слюной, разбрасывая всё на своём пути. — Я чувствую запах ядра! Где оно?
Психуя, Теневой первой степени мутации одной теневой волной уничтожил кровать одного из близнецов вместе с матрасом.
Затем очередь пришла к койке Вити, который показался ему слишком подозрительным. Золотая жила, которую он учуял, находилась в прикроватной тумбе Виктора и… сильно пахла.
Стас вытащил два ядра и хищно облизнулся…
— Два… два… я стану сильнее, — он вёл себя как безумец, постоянно облизывая губы удлинённым языком. — Я… я… я смогу продлить свой облик…