Страсть – не оправдание

Выбор…
Делия
Я проснулась как от толчка. В горле жутко жгло. На мне была лишь тонкая ночнушка, но казалось, будто я завернута в мех.
– Доброе утро, – прозвучал голос Гвоздя. Он сидел в кресле, наблюдая за мной.
Я была так рада его видеть, что расплылась в улыбке. Он мой герой. Клянусь, думала, что сдохну вчера, когда парни накормили меня гадкой пиццей. Ну ладно, я сама их об этом попросила, но после стало так плохо, что мало что запомнилось. Знаю только, что явился Гвоздь и дал всем пинка. Кажется, он носил меня на руках, но я не уверена, было ли это взаправду или просто причудилось.
Гвоздь не улыбнулся в ответ, оставаясь сосредоточенным и нахмуренным. На секунду мне даже показалось, что в его черных глазах отражается печаль и вина.
– Что? – насторожилась я.
– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался охотник, проигнорировав мой вопрос.
Конечно, мне хотелось крови. И не просто. Я нуждалась в той, самой сладкой и потрясающей на вкус. Беса.
– Жива, – невесело ответила я. А затем вспомнила кое-что и оживилась. – Мое сердце ожило. Это случилось после…
Тут я замялась и отвела взгляд. Не думаю, что готова кому-то рассказать о том, что произошло с Бесом. Даже единственному человеку, которому не безразлична.
– Я знаю, – ответил Гвоздь.
Я подумала, что он говорит о сердцебиении, но в его взгляде было глубокое понимание. Кажется, он знал и остальное.
– И что теперь? – поинтересовалась я, сжимая ладонью горло. Жажда ощущалась все сильнее.
Гвоздь устало опустил голову и потер переносицу.
– Ты не послушала меня, когда я сказал вести себя хорошо.
Если бы я могла покраснеть, то обязательно бы сделала это.
– А теперь я не знаю, чем тебе помочь, Мышка.
Я застыла, пытаясь прочесть ответ на его лице.
– Что это значит?
Ко мне подкралась смутная мысль, что мое ожившее сердце вовсе не хорошая новость, а безвыходная ситуация, которая так угнетает Гвоздя.
– Я же… Ты не собираешься… Убить меня?
Он молчал целую вечность, не поднимая взгляд. А мне становилось все жарче. Я просто отказывалась верить, что он так поступит. Только не Гвоздь.
– Не я один решаю, Делия, – наконец отозвался мужчина. – Сейчас, увы, твоя жизнь не от меня зависит.
А от кого? От Беса? В таком случае, мне кранты.
Охотник встал с кресла и протянул мне руку.
– Идем. Тебе нужно поесть.
Я отрешенно последовала за ним, в состоянии думать лишь о том, что все это какая-то глупая шутка. Из зала послышались голоса парней. Сегодня они были на удивление тихими. Мое сердце панически заколотилось от осознания, что я могу встретить главаря охотников. И, кажется, прямо сейчас решится судьба одной маленькой глупой вампирши.
– Слушай, Гвоздь, – взволнованно шепнула я, останавливая его в коридоре прежде, чем мы вышли бы ко всем. – Я же никого не тронула. И, клянусь, мне даже не хочется их крови. Только… его.
Гвоздь сцепил зубы и развернулся, чтобы пойти дальше, но я настойчиво вцепилась в его руку.
– Но я и к нему не подойду. Обещаю! Я буду держаться от него подальше. Я могла бы…, – не зная, какие аргументы еще привести, ляпнула первое, что пришло в голову. – …Я буду служить тебе. Ну, знаешь, как пожизненный долг. Ты станешь моим защитником, а я буду помогать тебе. Все, что скажешь.
Я нахмурилась от того, как ужасно это звучало, и быстро дала заднюю.
– Ну, не все…
– Делия! – нервно оборвал меня Гвоздь. – Я уже сделал все, что мог. Сейчас ты молча зайдешь в гостиную, откроешь холодильник и достанешь бутылку виски, наполненную кровью для тебя. Поняла?
Мне оставалось только коротко кивнуть и покорно исполнить указания.
Когда я показалась остальным, они резко смолкли. Только Кей и Курт расплылись в широких улыбках, а Череп подмигнул. Бес играл в бильярд с Юлой. Он и секунды не задержал взгляд на мне. Демонстративно отвернувшись, поставил на стол кий и ударил по шару.
Я тоже не стала пялиться на него. И на других. Мне были неприятны их взгляды, хотелось спрятаться. Но пить все же хотелось больше.
 
Подойдя к холодильнику, я открыла его и начала искать свой “завтрак”.
– Э-э-эм… Гвоздь? Здесь ничего нет.
Я повернулась к нему и наткнулась на обреченный взгляд. Будто для него это было приговором.
– Глаза открой, – донесся грубый голос Беса. Раздался еще один звонкий удар по шарам, и он добавил:
– В самом низу. За водкой.
Гвоздь напрягся, словно струна, а я бросила на него раздраженный взгляд и перекривляла Беса.
– За водкой, – пробубнила себе под нос и полезла на самую нижнюю полку. – Нечего ему больше делать, как переставлять мою еду. Будто он мало гадости сделал. Чем они вообще питаются, если в холодильнике только алкоголь? Пиццей?
Я ожидала, что, как вчера, меня стошнит от одного лишь запаха. Но когда открыла бутылку, не поверила собственному нюху. Несравнимый аромат ударил в нос, от чего мой рассудок помутился. Я присосалась к горлышку с такой страстью, что едва не раздробила бутылку, но вовремя подумала о том, что слизывать с пола будет неловко.
Делая жадные глотки, не могла оторвать глаз от спины Беса, хоть и знала, что он не обернется. Он дал мне свою кровь? Добровольно? Или это Гвоздь нашел способ обмануть мою жажду? Господи, это блаженство!
Я обреченно застонала, когда последняя капля скатилась по горлу, но останавливаться не собиралась. Была достаточно сыта, чтобы не хотеть вонзить клыки в Беса еще какое-то время, но предложи он еще столько же – ни за что не отказалась бы.
Разбив бутылку об угол столика, начала вылизывать донышко, ничуть не беспокоясь, что выгляжу как сумасшедшая. А когда закончила, с надеждой взглянула на Гвоздя.
– Еще есть?
Тот посмотрел на меня непривычно теплым взглядом, ну точно как папочка на умилительного младенца, и мягко улыбнулся.
– Тебе хватит. Пока что.
Конечно, теперь, когда я чувствовала себя значительно лучше, мне захотелось расставить все точки и выяснить свое положение здесь. А еще узнать, что, черт возьми, произошло? Но почему-то озвучить хоть один вопрос казалось очень неуместным.
Они все смотрели на меня с застывшим ожиданием. Я же понятия не имела, как себя вести, и вновь посмотрела на Гвоздя, надеясь на поддержку.
– Лучше? – уточнил он.
Кивнула, начала тихонечко собирать осколки разбитой бутылки.
– Делия остается? – спросил он громко. Меня взволновало то, что это был вопрос, обращенный к остальным. Раньше он требовал, даже шантажировал, а сейчас…
Я посмотрела на осколок в своей руке, и в одно мгновение все встало на свои места. Меня же тянуло к Бесу с первой секунды. Каким-то образом возникла зависимость от этого мужчины. А затем мое сердце забилось. Наверняка для него. Любая другая кровь омерзительна, и лишь его – источник жизни. Гвоздь задал вопрос ему. Будет ли Бес кормить меня вечно? Оставляет ли он меня… себе?
Переведя взгляд на Беса, подумала, что он наверняка осознает сложность ситуации. Осмотрела остальных и сделала вывод, что они, вероятно, – нет.
– О, теперь тебя интересует наше мнение? – съязвил рыжий, забивая очередной шар в лузу. – Чего так? Кровососка уже не нужна?
Я посмотрела на Гвоздя, взглядом задавая тот же вопрос. Раньше он говорил, что я уникальный вампир. Стойкая, не утратившая человечности, чувства сострадания и, возможно, любви. Он хотел исследовать меня, найти отклонения. Ген, который подавлял вампирскую кровожадность. А теперь будто присматривался ко мне. Сомневался.
Я не чувствовала особых изменений в своем мировоззрении. Мне по-прежнему не хотелось становиться монстром. Я мечтала однажды увидеться с родителями и избавиться от жажды. Единственным и существенным отличием было осознание, что теперь вся моя жизнь зависит от прихоти противного злобного мужлана, который вовсе не джентльмен, когда дело касается вампиров. И самое ужасное, даже зная это, я поймала себя на мысли, что полечу к нему, как мотылек летит на свет, если только поманит пальчиком.