Поцелуй любви для зануды (СИ)

— Меня будут допрашивать?
— Это скорее беседа. Для допросов, обычно, приглашают в другое место. Не переживайте, я буду присутствовать при вашем разговоре и, если что, вмешаюсь.
— Спасибо, Тео, — говорю со всей искренностью.
Мужчина слегка улыбается в ответ и отвечает:
— Идите домой, Лаурисса. У вас усталый вид.
Киваю, осторожно поднимаюсь, чувствуя себя уже значительно лучше, чем еще даже пять минут назад. Взяв премию, вдруг, кое-что вспоминаю и спрашиваю у Тео.
— Скажите, а если мне нужно связаться с одним человеком…, а у меня нет средств связи, то как это можно сделать?
Мужчина какую-то секунду смотрит на меня, как на восьмое чудо света, а потом шарудит в своем столе и достает какую-то коробочку, протягивает мне.
— Просто подумайте, с кем хотите поговорить. Прибор, конечно, уже старый, но еще рабочий. Пользуйтесь в свое удовольствие, пока не купите лучшую модель.
— Еще раз спасибо. До завтра, — говорю, выходя из кабинета.
Так. Тео наверняка заглянет в мой отдел, чтобы проверить, ушла ли я домой, значит, нужно будет отсидеться в женском туалете. А вот что делать полдня завтра? Хотя… у меня ведь есть должник в этом мире. Причем два раза должник. Ехидно улыбаясь, представляю нахальную лыбу Киана и его жгучие глаза. Давай, прибор, работай!
— Слушаю! — раздается в трубке неожиданно грубый голос.
— Киан? — уточняю на всякий случай.
  
Глава 14
 
— Нет! Это декан Родерик. И завтра на парах кто-то, кто звонит с незнакомого номера и думает, что самый умный, очень пожалеет, что побеспокоил занятого преподавателя.
Интересно, а может быть, что Киан тот самый декан, о котором говорили девушки-студентки в мой первый вечер в этом мире, когда мы шли в библиотеку? Очень может. Хотя…, возможно, в этом мире все деканы и заведующие библиотеками выглядят как Киан и Тео.
И тут мне приходит в голову немного пошутить. Ну а что? Надо же отыграться за тот первый вечер, когда блондин меня нещадно троллил.
— Ох, Кииииан, — говорю с придыханием, — мне тааак нравится, когда ты такой грозный. Сердце сладко замирает…
— Я сейчас как…
— Да! — перебиваю собеседника. — Я была плохой девочкой, накажи меня, мой господин…
— Что за ахинея?! — по голосу, Киан уже в крайней степени обалдевший.
— Все мои сто килограмм просто ждут твоей твердой мужской… руки… Ааах… ха-ха-хаааа
Не сдержавшись, начинаю просто по лошадиному ржать в эту коробочку, аналог нашего, Земного, мобильника. Вот прям до икоты.
— Постыдились бы…, ик, господин декан…, ик, соблазнять молоденьких студенток… ик…
— Лаурисса??! Ты, что, пьяна? Опять?!
— В смысле, опять? Тот раз не считается, меня опоили какой-то… ик, травой! Ик! И нет, я не пила. Ик! Я собственно, чего звоню…
— Да уж, мне тоже интересно, — язвит Киан.
— Ты мой должник. Ик! Сейчас подожди… — набираю в рот воздух и медленно считаю до десяти, не дыша.
— Лаурисса?? Эй?! Ты еще тут?
— Я же сказала — подожди. Что же ты такой нетерпеливый? Ик! Блин! Так вот. Раз ты мой должник, то жду тебя завтра в восемь утра возле библиотеки. Ик.
— Зачем?
— У вас тут есть базар? Рынок? Ярмарка? Какое-нибудь место, кроме элитных бутиков, где можно купить приличную одежду, еду и немного отдохнуть? Ик.
О! Вроде бы, икота стихает.
— Есть. Буду в восемь, не опаздывай — говорит брюнет.
— Да когда это я…, — но Киан уже отключил связь. — Вот, гад!
Остаток вечера я просидела в туалете, выжидая, пока все коллеги разойдутся по домам, потом тихонько пробралась в свой отдел и заснула, едва улеглась на диван.
Утром подскакиваю с быстро бьющимся сердцем. Снился сон. Страшный какой-то. Но о чем, уже не помню. Чуть успокоившись и убедившись, что есть время спокойно выпить чаю и привести себя в порядок, облегченно выдыхаю.
Ровно в восемь я уже сажусь в экипаж Киана. Он кивает приветственно, открыв дверцу и помогая залезть, но пока едем, молчит. Ну, и я не нарушаю тишину. Раздумываю, хватит ли мне премии с авансом, чтобы купить все то, что хочется. Климат в этом мире странный. Вроде как ранняя осень, но деревья все зеленые и даже цветут. Может, весна? Вообще, у них тут есть смена сезонов? Мне нужно покупать сарафаны, или теплый свитер? Судя по тому, какими темпами Тео идет на сближение, мне придется слегка задержаться в этом мире. А, может, и не слегка.
  
Из раздумий меня вырывает голос Киана:
— Приехали. Выходим.
Не дожидаясь его помощи, спрыгиваю на землю и внимательно осматриваюсь. Передо мной располагается огромная площадь. Возле дороги стоит парочка открытых киосков, или как у них тут называются подобные заведения. Оттуда веет великолепными запахами чая, кофе и выпечки. Сглотнув резко набежавшую слюну, осматриваюсь дальше.
Площадь круглая, с фонтаном посредине. А по кругу площади, в два ряда: более широкий внешний и более узкий, внутренний, стоят десятки открытых прилавков со всякой разной всячиной. Мама дорогая! У меня разбегаются глаза от ярких красок, вкусных запахов и обилия товаров.
— Давай сначала перекусим. А то пойдем в ряды голодные, накупим всякой ерунды, — говорит здравый смысл в виде Киана.
— Согласна.
Мы идем к ближайшему киоску, берем напитки. Блондин — чай с огромным мясным бутербродом, а я выбираю местный аналог кофе со сливками и булку с вишневым вареньем. Угощает Киан, категорически и почти злобно отказавшись, чтобы я заплатила за свой заказ. Усевшись на лавку, едим. Не стесняясь набитого рта, спрашиваю у блондина, чего это он сегодня такой задумчивый? Получаю грубый ответ, что меня это не касается и замолкаю до конца нашего общего завтрака.
Если честно, меня совершенно не напрягает поведение моего спутника. Подумаешь, не с той ноги встал, со всеми бывает. Я не принимаю его грубость на свой счет и продолжаю радостно улыбаться, дожевывая булку и представляя, сколько всего интересного я сейчас найду.
Пару раз ловлю на себе хмурые взгляды блондина, не выдержав, спрашиваю, приподняв удивленно брови:
— Что??
— Ты запачкалась вареньем, — отвечает, прожигая во мне дырки своими огненными глазами.
— Ой. Сейчас, — лезу в сумочку за зеркалом и салфетками.
У вас всегда получается найти и достать из огромной дамской сумочки именно то, что вам нужно? У меня — никогда. Вот ни разу. Вечно сначала копаюсь рукой, нырнув по локоть, потом суну голову, чтобы точно найти. Заканчивается, это все тем, что я, перевернув сумку вверх дном, высыпаю все содержимое на стол, или на колени, уж куда придется. И только тогда нахожу нужное.
Вот и сейчас, запихнув обе руки в сумку, судорожно в ней копаюсь, в надежде найти зеркало. Увы! У меня уже очки запотели от усердных поисков, а этой гадской отражающей поверхности нигде нет!
— Ты пыхтишь, как еж, — сообщает мне Киан, усмехаясь краешком губ.
— А вот и нет! — отвечаю, ни на секунду не отрываясь от поисков.
— А вот и да. Возьми, — блондин протягивает мне белоснежный носовой платок.
Ну, вот как у него это получается? Раааз! И достал жестом фокусника. Носовой платок и меня! Выдергиваю у него из пальцев ткань, буркнув благодарность, чувствуя себя какой-то неопрятной замарашкой, которая даже в собственной сумке не способна найти то, что нужно. Вытираю уголки губ.
— Не там, — сообщает как-то резко погустевший мужской баритон.
Опять тру губы, теперь уже сверху, чуть захватывая кожу под носом, мало ли…
— Не там, — уже откровенно веселясь и горячо сверкая глазами сообщает Киан.
— Ты издеваешься! — говорю обвиняюще.
— Я тебе что, малолетка, чтоб так глупо шутить? — тут же рычит блондин, разом растеряв хорошее настроение.
— Но я все вытерла!
— Не все, — Киан с раздражением вырывает у меня свой платок и, придвинувшись настолько близко, что наши ноги соприкасаются, протягивает руку к моему рту.
Его глаза буквально впиваются в мои губы, затапливая цветные радужки черным зрачком.